1965 год. Эктабон. Осень.

Ночь была холодна. Шёл сильный ливень. Две семьи неожиданно для себя обнаружили младенцев, укутанных и уложенных в плетёных корзинах. Семье Энтроус подкинули — пепельноволосую девочку с ярко-голубыми глазами и белоснежной кожей. Семье Олдри — кареглазого мальчика, который неустанно улыбался.

Обе семьи решили оставить детей себе, оформив опеку над подкидышами. Но они ещё не знали, что это всё было спланировано…

* * *

Яркое дневное солнце заливало улицы светом. Воздух пах свежестью.

Сира вышла из леса в небольшое поселение. Вокруг стояли небольшие хижины. В центральной части было множество лавок с продавцами. Мужчины занимались силовой рутиной, кто-то кузнец, а кто-то строил новые хижины. Женщины в длинных шерстяных платьях, подпоясанных плетёными ремнями, о чём-то негромко переговаривались. А рядом бегала босая ребятня в туниках, веселясь и дурачась.

Сира сняла капюшон плаща. Люди узнавали её — кто-то кивал, кто-то просто смотрел, но никто не останавливал. Она шла вперёд, к хижине с острой крышей.

Когда она вошла внутрь, в зале уже стояла дожидавшаяся её женщина в солидном возрасте с длинными пепельными волосами, на лице которой время уже давно оставило свои следы.

Внутри пахло воском от свечей и травами, а свежесть лесов приятно контрастировала с этими запахами.

Женщина медленно повернулась к Сире, её голубые глаза блестели в свету дня, но излучали серьёзность.

— Ты вернулась… — проговорила та.

— Всё готово.

— Скоро всё начнётся, Сирстел.

— Что дальше, матушка?.. — задала вопрос Сира, на который женщина отвечать не спешила.

* * *

Неизвестный сидел за мониторами в полной тьме, просматривая записи с камер видеонаблюдения. На одной из тех был запечатлён мужчина в брюках и чёрной футболке. Прямо перед ним в лесу возникло аномальное образование — портал с зелёным свечением. Он втянул его в себя так, словно кто-то невидимый сделал толчок ему в спину.

На экране белым текстом горела временная метка: 23.09.1980; 13:59. Наблюдатель сделал пометку в логе, затем снял трубку со стационарного телефона и прокрутил циферблат.

— Местный детектив был замечен вошедшим в зелёную аномалию, — сухо доложил он и положил трубку, переключив запись на мониторе.

* * *

Фэйрис открыла глаза. Она стояла прямо возле своей школы. Вокруг школьники в серых пиджаках и длинных юбках шли по холодной улице. У мальчишек — начес в стиле «мокрый гель». У девчонок — чёлки, залитые лаком. Слышались смех и разговоры. Солнце светило весьма ярко.

Всё выглядело так же, как в её времени. Это было её время. Её родная эпоха. Но теперь она здесь чужая…

Фэйрис показалось, что всё то, что было ранее — это не более, чем её вымысел. Что закрыв глаза — ей это всё привиделось. Но она была промокшая насквозь. Всё ещё ощущала холод, будто ливень семнадцатого века только что прекратился. Всё помнила. Всё чувствовала.

Мимо проходящие подростки косились на неё. В корсаже и плаще семнадцатого века она выглядела здесь чуждо. Но она не обращала на чужие взгляды внимания — внутри по прежнему всё содрогалось.

Школа, на которую Фэйрис смотрела, вздымалась к серому небу острыми шпилями. Её тёмно-красный кирпич с серыми вставками был гораздо ярче при лучах дневного солнца. Она напоминала викторианский монастырь, откуда прозвучал громкий звонок на занятия и куда разом зашли все школьники. Улица опустела.

Фэйрис заметила, как некогда нерабочий фонтан уже обливался водой. Но взглянув на памятник посередине она ощутила головокружение. Статуя Бенджамину Эктабону сохранилась, однако кинжала теперь при нём не было.

Она не могла уже стоять на ногах. Неподалёку находилась скамья. Она, обессиленная, села на ту, глядя в пустоту.

— Фэйрис?.. — послышался голос возле неё.

Она подняла взгляд, не в силах сказать и слова — перед ней в светлой куртке стояла Кейт Локфилд, явно ожидавшая её здесь.

— Кейт?..

— Я рада тебя видеть. Добро пожаловать домой. Нам предстоит многое обсудить.