Do I Wanna Know? — Arctic Monkeys

Понедельник прошел в относительном затишье, если не считать трех гневных сообщений от Стью, который клялся, что «этот британский мафиози еще попляшет». Люси просто заблокировала его номер до вечера вторника — нервные клетки перед подписанием века нужно было поберечь.

Ближе к полудню телефон Лю снова пиликнул. На экране высветилось сообщение от скрытого номера:

«Жду вас завтра в одиннадцать утра в своем офисе, Люси. Дресс-код: кэжуал. Будьте готовы к долгому дню. Если мы подпишем контракт, домой вы вернетесь только к ночи. Г. С.»

Она хмыкнула. Кэжуал так кэжуал. По крайней мере, не придется снова перерывать шкаф в поисках платья, которое сошло бы за подходящее для светского общества. Люси выбрала бежевые брюки палаццо, лавандовую рубашку мужского кроя и, конечно, не забыла про кулон, подаренный мистером Сноу.

Во вторник в одиннадцать она уже стояла в офисе «Snow & Co» на тридцать седьмом этаже.

В руках она сжимала ту самую кожаную папку Сноу.

— Мисс Спринг, мистер Сноу ждет вас, — секретарша указала на массивную дверь.

Люси бросила на нее взгляд. Высокая длинноногая брюнетка в строгом деловом костюме. Очень красивая.

Люси смотрела на нее чуть дольше, чем собиралась.

«Интересно, — ехидно подумал ее внутренний паникер, — а у мистера „Я очень богат“ в контракте с секретаршей тоже прописаны тактильные контакты и форс-мажоры?»

Так, Лю, соберись. Ты пришла сюда работать, а не оценивать кадровый состав «Snow & Co».

Она толкнула дверь.

Генри сидел за своим огромным столом из мореного дуба, но стоило Люси переступить порог, как он поднялся ей навстречу. Сегодня никаких строгих черных костюмов: клетчатые бежевые брюки и белое поло с короткими рукавами.

Люси нахмурилась.

Слишком хорош. Это ловушка.

— Доброе утро, Люси, — Генри улыбнулся, обходя стол. — Рад, что вы добрались без происшествий. Присаживайтесь, пожалуйста.

Он указал на глубокое кожаное кресло.

— Чай? Блэйз уверяет, что этот сорт доставляют прямиком из Прованса и он творит чудеса с утренней головной болью.

Люси уже открыла рот, чтобы отказаться, но заметила стоящее на краю стола серебряное блюдце.

На нем лежало лавандовое печенье.

Она посмотрела на печенье. Потом на Генри.

Тот сидел с самым невинным видом.

— Чай? Печенья? — Люси приподняла бровь, с сухим, победоносным стуком опуская матовую кожаную папку прямо по центру его стола. — Вы чрезвычайно заботливы, мистер Сноу. Но я пришла по делу. Мы с моим… юридическим отделом сочли нужным добавить в контракт несколько крошечных, чисто косметических правок. Прежде чем я соглашусь на ваши чаепития.

Генри потянулся к папке.

— Правки? Как увлекательно. Надеюсь, вы не слишком сильно завысили пункт о своих гонорарах?

— Что вы, мистер Сноу, ваши миллионы в полной безопасности, — Люси опустилась в кресло, закинув ногу на ногу. — Мы сосредоточились на более насущных вещах. На безопасности моей талии и суверенитете губ. Открывайте Приложение номер четыре.

Генри перелистнул первые страницы и добрался до строчек, вписанных синей ручкой между печатными абзацами.

Люси следила за его лицом.

— «…взимается пеня в размере стоимости одной серебряной ложки по курсу ломбарда в Сохо»? — Генри прочитал это вслух и поднял на нее глаза. — Мисс Спринг, вы серьезно хотите измерять захваченные сантиметры вашей талии в столовых приборах?

— Исключительно в целях строгого бухгалтерского учета, мистер Сноу, — улыбнулась Люси. — Серебро нынче в цене. А если ваши руки окажутся слишком блуждающими, я открою собственный ювелирный магазин.

Генри рассмеялся.

— Хорошо, допустим. Но пункт четыре-два-в. Поцелуй в губы не более пяти секунд? Иначе — удар локтем? Люси, помилуйте, пять секунд — это же просто вежливое приветствие во Франции. За это время нельзя даже прочувствовать всю глубину форс-мажора.

— За пять секунд, мистер Сноу, можно переписать историю, — отрезала Люси. — И вообще, скажите спасибо, что я оставила лазейку со снайперской винтовкой. Мой юрист требовала сократить лимит до трех секунд и без всяких исключений.

Генри покрутил в пальцах перьевую ручку.

— У меня есть встречный вопрос по поводу захвата «розовая смерть». Если я правильно помню анатомию, любой захват подразумевает… очень тесный контакт. Вы уверены, что готовы применить его ко мне?

— Если вы нарушите тридцатисекундный лимит удержания моей руки без свидетелей — я применю его с огромным удовольствием, — Люси подалась вперед, оперевшись локтями о его стол.

Генри тоже наклонился вперед.

— А это что? Пункт четыре-три: «В случае несанкционированного объятия без присутствия третьих лиц, Исполнитель оставляет за собой право вонзить шпильку в его лакированную туфлю»? Люси, помилуйте. На мне сегодня мягкие замшевые лоферы. Ваша шпилька пройдет их насквозь вместе с моей стопой! Это не правка, это покушение на здоровье заказчика.

— Значит, вам придется научиться держать дистанцию, когда на нас никто не смотрит, — парировала Люси, победоносно качнув носком туфли.

— Вынужден признать, мисс Спринг… Ваша бабушка — гений юриспруденции. Знаете, Люси… Я собирался предложить вам просто бизнес-союз. Но теперь я вижу, что это будет война. И, видит бог, я согласен на каждый ваш пункт.

Он расписался под рукописными правками.

— Подписывайте, любовь моя. И да поможет нам обоим Королева.

Люси протянула руку к папке, но Генри перехватил ее пальцы.

— Время пошло, мисс Спринг, — он взглянул на часы. — И, кстати… я все еще жду ответа по поводу чая. Как насчет чашки за подписание контракта, которое выглядит как объявление войны?

Люси сузила глаза. Не пытаясь вырваться, свободной рукой она достала смартфон и включила секундомер.

— Мистер Сноу, вы нарушаете пункт четыре-два-один, — вкрадчиво напомнила она. — Свидетелей в радиусе пяти метров нет. Мой секундомер уже тикает. И если через двадцать секунд вы не отпустите мою руку, то подписывать новые контракты в ближайшее время станет проблематично.

Генри посмотрел на секундомер, но руку не отпустил.

— Пятнадцать секунд, Люси, — сказал он, наклоняясь ближе. — Вы блефуете. Ломать мизинцы будущему жениху в первый же день помолвки — это плохая примета для бизнеса. Акции «Snow & Co» упадут.

— Двадцать одна секунда. Вы рискуете, Сноу. Время — деньги, разве не вы мне это сказали ровно пять минут назад?

— Я чертовски богат, Люси, — Генри посмотрел на ее губы. — Могу себе позволить пару сломанных пальцев, синяков и даже целый сервиз. Так что там насчет пяти секунд на поцелуй? Мне как главному заказчику просто необходим аудит всех рабочих процессов. Мне искренне любопытно, уложимся ли мы в этот лимит. Ну же, любовь моя, рискнете переключить режим и запустить таймер для поцелуя?

Вот теперь Люси стало не до шуток.

— Вы играете с огнем, мистер Сноу. И в моем контракте нет пункта о компенсации ваших ожогов.

— Ради такого форс-мажора я готов переписать весь страховой полис.

На экране сменялись цифры: 00:26… 00:27… 00:28…

На отметке 00:29,5 Генри неспеша разжал хватку, но прежде чем отпустить ее руку, на на последок скользнул подушечками пальцев по ее раскрытой ладони — от запястья к самым кончикам.

— Тридцать секунд, — он откинулся на спинку кресла и поднял руки. — Перемирие. Я официально спас свои лоферы и вашу репутацию безжалостного партнера. А теперь, пока мы не перешли к пункту со снайперской винтовкой, я все-таки налью нам чаю.

Он потянулся к чайнику.

Люси выключила секундомер и потерла ладонь.

— Вы чертовски азартны для человека в клетчатых брюках, мистер Сноу.

— О, вы еще не видели меня в костюме для верховой езды, мисс Спринг.

Генри пододвинул к ней чашку и блюдце с фиолетовым печеньем.

— Там ставки гораздо выше. Угощайтесь. Нам нужно подкрепиться, потому что наше первое официальное задание начнется уже сегодня вечером.

Люси взяла печенье и тут же положила обратно.

— Подождите. Вы что-то сказали про помолвку?

Слова Сноу, прозвучавшие в пылу их секундного баттла, только сейчас догнали ее сознание. Она медленно опустила лавандовое лакомство обратно на серебряное блюдце и прищурилась, глядя на британца сквозь тонкую струйку пара, поднимающуюся от чашки.

— Вы сказали, цитирую: «Ломать мизинцы будущему жениху в первый же день помолвки — плохая примета». Наш устный договор в ресторане «The View» включал пункт про «фиктивную пару» для отвода глаз. Но я не помню, чтобы подписывалась на статус невесты. Вы решили повысить ставки без согласования с моим юристом?

Генри сделал глоток чая.

— Исключительно из соображений логики, лав. Просто «девушка миллиардера» — слишком размытый статус для того, что ждет нас впереди. Светские хроникеры забудут о вас через неделю. А вот «официальная невеста, ради которой Сноу готов остепениться» — совсем другое дело. За ней гораздо проще спрятать детали моих сделок.

Люси помолчала.

— Ладно. Допустим, я готова примерить это кольцо из колючей проволоки, — она откинулась на спинку кресла и скрестила руки на груди.

— Выкладывайте детали, Сноу. Куда именно мы едем и в чем заключается миссия?

Генри поднялся из-за стола. Он подошел к панорамному окну, за которым раскинулся Манхэттен, и заговорщически улыбнулся.

— Мы едем в Саратога Рейс Корс. Сегодня там открывается сезон вечерних скачек. Сливки общества, лучшие жокеи и, что самое важное, — три моих главных инвестора, которые сомневаются, стоит ли доверять «Snow & Co» управление новыми верфями.

— И как моя скромная персона должна развеять их сомнения? — Люси приподняла бровь. — Мне нужно будет незаметно подсыпать слабительное лошадям ваших конкурентов? Или профессионально отмыть трибуны после того, как вы озвучите им свои ультиматумы?

Генри рассмеялся, оборачиваясь к ней.

— Ваша кровожадность меня восхищает, Люси. Но нет. План гораздо более… зрелищный. Инвесторы считают меня слишком непредсказуемым и опасным одиночкой. Им нужна стабильность. Знаете ли, в их культуре очень ценится семейность. Поэтому прямо посреди VIP-ложи, на глазах у сотен репортеров и под прицелом камер, я сделаю вам официальное предложение руки и сердца. Вы, разумеется, изобразите глубокое потрясение и ответите «да». Я могу попросить Блэйза наставить на нас дуло снайперской винтовки и прислать вам селфи.

Люси почувствовала, как по коже пробежал легкий мороз.

— Предложение? На скачках? Под камерами? — Люси поднялась с кресла. — Надеюсь, кольцо будет настоящим, мистер Сноу. Бабушка Эл не простит, если в эфире вечерних новостей на моем пальце обнаружат дешевую подделку.

— О, поверьте, лав, — Генри сделал шаг навстречу. — Бриллиант будет настолько огромным, что вам понадобится отдельная страховка на случай перелома запястья. А теперь — марш на тридцать шестой этаж. Блэйз проводит вас к моему стилисту. Нам нужно подобрать наряд для будущей миссис Сноу.