К середине XV века Куба была населена несколькими индейскими племенами общей численностью 300–800 тысяч человек (по данным разных специалистов).

Историки предполагают, что первые индейцы прибыли на Кубу из Южной Америки примерно в 530 г. до н. э.

28 октября 1492 г. к острову Куба подошли корабли первой экспедиции Колумба, на пути с Багамских островов к Эспаньоле прошедшие вдоль северо-восточного побережья острова. Вторая экспедиция Колумба в 1494 г. исследовала южное побережье Кубы.

В 1493 г. папа Александр VI издал буллу «Inter caetera», в которой, среди прочего, предписал Испании завоевать Новый Свет и обратить его жителей в католицизм. Полная карта Кубы была составлена лишь в 1509 г. Себастьяном де Окампо, а реальная колонизация началась в 1511 г., когда Диего Веласкес де Куэльяр на трёх кораблях с тремястами людьми выплыл с Эспаньолы и основал поселение, современный Баракоа. Переселенцы встретили ожесточённое сопротивление индейцев таино во главе с касиком Атуэем, незадолго перед тем бежавшим с Эспаньолы от зверств испанцев.

Карибское море и Куба на карте Хуана де ла Коса. 1500 г.

К 1514 г. сопротивление было подавлено, Атуэй и его сторонники взяты в плен и сожжены на костре, и испанцы установили полный контроль над островом. Индейцы либо ушли в труднодоступные горные районы, либо были согнаны в специально созданные резервации, и в больших количествах умерли от инфекционных болезней. В 1513 г. Веласкес де Куэльяр, ставший губернатором Кубы, перенёс столицу в Сантьяго-де-Куба. В 1514 году была основана Гавана.

В 1513 г. Фердинанд II Арагонский ввёл для местных жителей в американских колониях специальную систему владения землёй, энкомьенду, аналогичную крепостному праву. На Кубе эта система не имела успеха, так как индейцы либо умерли, либо ушли в горы. Для исправления ситуации были ввезены рабы-индейцы с соседних островов и американского континента, но и они при возможности уходили в горы.

В 1528 г. испанцы занесли на Кубу чуму. В ходе эпидемии к 1530 г. погибла большая часть коренного населения. К концу XVI века численность чистокровных индейцев из коренного населения острова уменьшилась до 4–5 тысяч человек.

В экономике Кубы главную роль играли производство табака и сахара. Для этого требовалась рабочая сила, и, так как попытки привлечь к этому индейцев оказались безуспешными, испанцы стали ввозить чёрных рабов.

Теодор де Бри. Казнь индейского вождя Атуэя, возглавлявшего сопротивление испанским завоевателям. 1598 г.

К концу XVIII века число негров-рабов на Кубе достигло 25 тысяч человек. В XIX веке на остров было завезено 900 тысяч чёрных рабов.

В 1807 г. Британия объявила работорговлю вне закона, и вскоре другие страны последовали её примеру. Испания отменила рабство в 1820 г. Тем не менее работорговля продолжалась, хотя и в меньшей степени, до середины 1880-х годов.

В XX веке негритянское население Кубы в основном вымерло, а часть растворилась среди других этносов.

В XX веке на Кубе говорили: «У нас нет белых». И действительно, к 1970 г. на острове проживало 9690 тысяч человек, из них кубинцев 9570 тыс. человек (98,3 %). Испанцев было 35 тысяч, китайцев 10 тысяч, евреев 10 тысяч, американцев 2 тысячи человек и т. д.[10]

А кем были кубинцы к 1970 г.? «В антропологическом отношении примерно половину составляют белые, по ¹/₄ — негры и мулаты. Белые называются на острове креолами, смешанное испано-негритянское население — мулатами и квартеронами (последние имеют более светлую кожу)»[11].

Среди прибывших на Кубу испанцев женщины составляли лишь 20 процентов. Поэтому испанцы охотно брали в жёны красивых индианок. В конце XVIII — начале XX века их сменили негритянки.

К 1970 г. государственным языком на Кубе был испанский. В кубинском разговорном диалекте было много заимствований индийского и африканского происхождения, употреблялись в нём и сокращённые варианты испанских слов.

До 60-х годов XVIII века на Кубе действовали ограничения, введённые Испанией на внешнюю торговлю, с целью поддержания монополии на экспорт из Карибского бассейна. В частности, колонии имели право торговать лишь с испанскими судами. После открытия кубинских портов на острове начался торговый бум, который привёл к резкому росту благосостояния, до такой степени, что в XIX веке наблюдался приток на Кубу белых эмигрантов из Испании.

К 1860 г. Куба практически стала монокультурной страной, специализировавшейся на производстве сахара, и была одним из его крупнейших производителей в мире. Все прочие товары импортировались, большая часть из США, которые были крупнейшим торговым партнёром острова и покупали 82 % кубинского сахара.

Чернокожая рабыня-прачка с детьми. Гавана. 1880 г. Пожилая чернокожая рабыня. Куба. 1880

У американской буржуазии на Кубе имелись крупные экономические интересы. К середине 90-х годов XIX века туда было вложено около 50 млн долларов, в основном в плантации сахарного тростника, а также в горное дело и другие производства. В первой половине 1890-х годов торговый оборот США с Кубой достиг 100 млн долларов. В эти годы он составлял в среднем 6–7 % всего внешнеторгового оборота США. Куба была главным транспортером сахара в США.

Пожилая чернокожая рабыня. Куба. 1880 г.

В 1826 г. в Пуэрто-Принсипе (провинция Камагуэй) произошло первое вооружённое восстание с целью получения независимости Кубы. Его предводители, креол Франсиско де Агуэро и мулат Андрес Мануэль Санчес, после поражения восстания были казнены. За этим последовали другие восстания. Ведущими национальными фигурами на Кубе в 1830-е годы были Феликс Варела и поэт Хосе Мария Эредиа. В это же время возникло реформистское движение, критиковавшее Испанию за коррупцию и работорговлю. Лидером его был Хосе Антонио Сако. Движение не принесло результатов, более того, Куба в это время лишилась права посылать представителей в испанский парламент.

24 февраля 1895 г. на Кубе вспыхнуло очередное восстание против испанского владычества. Американцы поддерживали кубинских повстанцев деньгами и оружием. А в американской печати развернулась беспрецедентная антииспанская кампания. Говоря «беспрецедентная», я имею ввиду 1895 г. Ну а позже по сценарию антииспанской кампании в Штатах будут разворачиваться и массированные антигерманская, антисоветская, антияпонская, а позже атикитайская, антииракская, антиюгославская, антииранская и другие кампании.

Заправляли антииспанской кампанией газетный магнат Уильям Херст и ещё один воротила жёлтой прессы — Пулитцер, издававший газету «Уорлд». Испанские войска, сурово расправлявшиеся с кубинскими повстанцами, щедро поставляли материал своим противникам. Так что газеты Херста и Пулитцера даже конкурировали друг с другом в описаниях жестокостей испанцев, творимых ими на Кубе.

Приёмы американской прессы хорошо иллюстрирует следующий эпизод. Херст послал на Кубу известного художника Ремингтона, поручив ему сделать зарисовки, показывающие зверства испанцев. Вскоре тот прислал Херсту из Гаваны телеграмму: «Всё спокойно. Здесь нет беспорядков. Войны не будет. Я возвращаюсь». По сообщениям американских биографов Херста, тот послал художнику следующий ответ: «Прошу остаться. Вы обеспечите рисунки, а я обеспечу войну»[12].

Херст выкрал частные письма испанского посла с нелестными отзывами об американском президенте Мак-Кинли и опубликовал их в своем журнале «Нью-Йорк Морнинг Джорнэл» с соответствующими комментариями.

Гавана в 1851 г.

25 января 1898 г. на рейд Гаваны без согласия испанского правительства прибыл американский броненосец «Мэн». Вопреки желанию местных властей он простоял там три недели, а вечером 15 февраля занял позицию напротив испанской береговой батареи. Ночью в носовой части броненосца в районе снарядных погребов прогремел взрыв. Корабль затонул, погибло 266 моряков.

Пуэртас-де-Монтсеррате, Гавана, Куба. Художник Фредерик Мале. 1855 г.

Надо ли говорить, что, не дожидаясь обследования затонувшего на мелководье «Мэна», американские СМИ захлебнулись бешеным лаем: «Военный корабль «Мэн» расколот секретной адской машиной врага!», «Мэн» предательски разрушен!» — надрывалась газета «Нью-Йорк Морнинг Джорнэл», а «Уорлд» откровенно требовала от правительства войны: «Разрушение «Мэна» должно быть основанием для приказа нашему флоту отплыть в Гавану!»

Херст умел воздействовать на тупого американского обывателя. Уже через две недели после гибели «Мэна» тираж «Нью-Йорк Морнинг Джорнэл» возрос до фантастической в то время цифры — 5 миллионов!

Замечу, что ещё 6 декабря 1897 г., за два месяца до взрыва «Мэна», президент Мак-Кинли в послании Конгрессу заявил: «Если впоследствии окажется, что наши обязательства перед самими собою, перед цивилизацией и человечеством потребуют от нас применить силу, то это не будет поставлено нам в упрёк, поскольку необходимость таких действий будет настолько очевидна, что вызовет поддержку и одобрение цивилизованного мира».

Забегая вперед, скажу, что в 1910 г. американцы подняли «Мэн». Осмотрев его, эксперты установили, что взрыв произошёл внутри корабля. Это окончательно опровергло американскую версию о подводной мине или торпеде. Неожиданно по распоряжению правительства эксперты прекратили работы, а все материалы исчезли в государственных архивах.

Подъём «Мэна», стоивший американским налогоплательщикам 750 тысяч долларов, закончился в 1911 г. Разрушенную при взрыве носовую часть крейсера разрезали и отправили на переплавку, уничтожив тем самым возможность установить истинную причину взрыва, а корму отбуксировали в открытое море и затопили на глубине 1200 метров.

Материалы о гибели «Мэна» засекречены и сейчас, в XXI веке!

Повозки с сахарным тростником на станции Уоллиган-Сайдинг, Автор Д.У. Эванс. 1924 г.

Так началась испано-американская война. У испанцев не было ни одного шанса победить. В составе американского флота находилось 6 броненосцев (10–11 тыс. т водоизмещением, скорость 15–17 узлов), включая «Мэн», 2 броненосных крейсера (8–9 тыс. т, 21 узел), 6 современных двухбашенных мониторов (4–6 тыс. т, 10–13 узлов), 11 бронепалубных крейсеров (3–6 тыс. т, 16–21 узла), 14 крейсеров, 11 канонерок, 10 миноносцев, а также 12 устарелых мониторов. В постройке находилось 6 броненосцев и 16 миноносцев. 20 торговых пароходов планировалось обратить во вспомогательные крейсера.

Испанцы же имели лишь один мореходный броненосец «Пелайо», да и тот старый, введённый в строй в 1886 г., 6 старых броненосных судов, 4 броненосных крейсера и 10 малых крейсеров (скорее, вооружённых посыльных судов).

В ходе двух морских сражений американцы разбили две слабые испанские эскадры: одну 1 мая 1898 г. в Манильской бухте на Филиппинах, а другую 3 июня 1898 г. близ Сантьяго на Кубе.

Сразу после начала войны Испания приняла решение о посылке в Вест-Индию эскадры контр-адмирала Паскуаля Серверы из четырёх современных броненосных крейсеров — фактически единственных боеспособных кораблей испанского флота. Эскадра Серверы серьёзно уступала по силам блокировавшему Кубу американскому флоту и не могла оказать реальную помощь в защите испанских владений, однако должна была воодушевить общественное мнение Испании.

19 мая 1898 г., воспользовавшись тем, что главная американская эскадра контр-адмирала Уильяма Т. Сэмпсона ушла от Кубы к Пуэрто-Рико, Сервера прошёл в гавань Сантьяго-де-Куба, чтобы загрузиться углём и идти дальше к Гаване — главному центру испанской обороны на острове. Однако погрузка шла медленно, и 27 мая Сантьяго был заблокирован «Летучей эскадрой» коммодора Уинфилда Шлея, а 1 июня туда подошла и эскадра Уильяма Сэмпсона, который принял общее командование.

Американский броненосец «Мэн». Около 1897 г.

Укрывшись в плохо оборудованном порту Сантьяго, Сервера усилил оборону новыми береговыми батареями и установил в проходе в бухту минные заграждения. В случае прорыва американских кораблей испанская эскадра была готова встретить их сильным огнём. Американцы обстреливали береговые укрепления с моря и пытались затопить брандер, чтобы перегородить фарватер, но не добились успеха.

Не рискуя атаковать эскадру Серверы в укрепленной бухте, американцы решили взять Сантьяго с суши. 20 июня туда подошли транспорты с американским десантным корпусом. 22–24 июня была произведена высадка, а 25 июня американские войска вместе с кубинскими повстанцами штурмовали Сантьяго.

Для участия в обороне города с кораблей испанской эскадры было отправлено около 450 человек (не считая команд, работавших на строительстве укреплений). Продвижение американцев удалось остановить.

Понимая бесперспективность для себя морского сражения, Сервера предлагал использовать ресурсы эскадры для сухопутной обороны Сантьяго. Однако в городе остро ощущался недостаток продовольствия, и комендант просил Серверу покинуть порт. Решающее же значение имел приказ главнокомандующего испанскими силами на Кубе маршала Бланко. 2 июля он категорически потребовал от Серверы немедленно прорываться в Гавану. Адмирал был вынужден выполнить приказ, хотя считал, что «попытка покинуть этот порт, несомненно, повлечёт за собой потерю эскадры и смерть большой части команд всех моих кораблей»

Адмирал Сервера располагал четырьмя броненосными крейсерами (по испанской классификации — «броненосцами 2-го класса»): однотипные «Инфанта Мария Терезия», «Альмиранте Окендо» и «Бискайя» (7000 т водоизмещения, ход 20 узлов, вооружение: по два 280-мм и десять 140-мм орудий) и только что построенный в Италии «Кристобаль Колон» (6700 т, 20 узлов, десять 152-мм и шесть 120-мм орудий). Также в составе испанской эскадры были два эсминца («истребителя») — «Фурор» и «Плутон» (по 380 т, 28 узлов). Базировавшийся в Сантьяго и участвовавший в обороне порта безбронный крейсер «Рейна Мерседес» (3000 т, 16 узлов, шесть 160-мм орудий) был на две трети разоружён и, к тому же, ранее получил повреждения в перестрелке с американскими кораблями. Поэтому «Рейна Мерседес» не могла участвовать в прорыве эскадры Серверы, но салютовала, провожая её в бой на рассвете 3 июля.

Момент для прорыва оказался благоприятным для испанцев. Блокировавшая Сантьяго американская эскадра была значительно ослаблена. Броненосцы «Массачусетс», бронепалубные крейсера «Нью-Орлеан» и «Ньюарк» ушли на загрузку угля, а флагманский броненосный крейсер «Нью-Йорк» должен был доставить адмирала Сэмпсона на переговоры с командующим армейским корпусом генералом Шафтером.

Командование оставшимися для блокады Сантьяго силами было временно возложено на коммодора Шлея. Под его началом был броненосный крейсер «Бруклин» (9400 т, 21,9 узла, восемь 203-мм и двенадцать 127-мм орудий), три броненосца 1-го класса: «Айова» (11 400 т, 16 узлов, четыре 305-мм, восемь 203-мм и шесть 102-мм орудий), «Индиана» и «Орегон» (по 10 300 т, 15 узлов, четыре 330-мм, восемь 203 и четыре 152-мм орудия), броненосец 2-го класса «Техас» (6100 т, 17 узлов, два 305-мм и шесть 152-мм орудий). В составе эскадры также был вспомогательный крейсер (вооружённая яхта) «Глостер» (800 т, 17 узлов, четыре 152-мм орудия).

Серьёзно уступая американской эскадре в общем тоннаже, силе вооружения и броневой защите, эскадра Серверы теоретически обладала преимуществом в скорости: из американских кораблей только крейсер «Бруклин» мог догнать испанские крейсера. Поэтому адмирал Сервера делал ставку на то, чтобы нейтрализовать «Бруклин», пусть даже ценой одного из своих кораблей. Остальные тогда получали шанс оторваться от тихоходных американских броненосцев. Однако на деле скорость испанских крейсеров была существенно ниже проектной. Сказывалось обрастание в тропических водах ракушками подводной части корпусов, плохое качество угля и неспособность к напряжённой работе кочегаров, которые были истощены недоеданием и участием в строительстве оборонительных укреплений. Испанские боеприпасы были плохого качества, многие орудия неисправны, уровень подготовки личного состава очень низкий (так, например, прицелы орудий оказались в бою выставленными на неверную дистанцию).

Испанцами обсуждалась возможность скрытного прорыва ночью, под прикрытием темноты. Однако адмирал Сервера высказался за выход в светлое время, аргументировав тем, что в темноте из бухты пришлось бы идти на малой скорости, рискуя налететь в узком проливе на берег.

В 9.30 утра 3 июля 1898 г. идущий впереди испанской эскадры флагманский крейсер «Инфанта Мария Тереза» вышел из залива Сантьяго. Горны протрубили тревогу и на стеньгах были подняты боевые флаги. За «Инфантой Марией Терезой» с интервалами в 700 м следовали «Бискайя», «Кристобаль Колон» и идущий последним из крейсеров «Альмиранте Окендо», который покинул гавань в 9.50. В 10.00 из бухты Сантьяго вышли миноносцы «Фурор» и «Плутон».

Американские корабли располагались полукругом у выхода из гавани Сантьяго на расстоянии 5,5 км. К западу от бухты стояли «Бруклин» и «Техас», прямо напротив Сантьяго — «Айова», восточней — «Индиана», «Орегон» и «Глостер». При появлении испанцев американские корабли стали сразу сниматься с якорей и поднимать давление в котлах. В 9.35 «Техас» сделал первый выстрел по «Инфанте Марии Терезе». В 9.40 открыла огонь главным калибром «Айова».

Адмирал Сервера на головной «Инфанте Марии Терезе» двинулся прямо на «Бруклин», чтобы с короткой дистанции вывести из строя самый быстроходный американский крейсер. «Бруклин», на котором находился коммодор Шлей, сам пошёл навстречу испанскому флагману. Крейсера сближались на скорости в 24 узла. Когда до «Инфанты Марии Терезы» оставалось около мили, капитан «Бруклина» приказал положить руль вправо, так что американский крейсер, развернувшись бортом, смог обрушить на испанский весь свой бортовой залп. Не выдержав обстрела, «Инфанта Мария Тереза» отвернула в сторону и взяла курс параллельно берегу на запад. Вслед за ней туда устремились и остальные испанские корабли. «Бруклин», продолжая циркуляцию вправо, удалялся теперь от испанской эскадры. Чтобы лечь на курс преследования противника, флагманскому американскому крейсеру пришлось описать дугу в 270 градусов.

Битва при Сантьяго. Художник Альфонсо Санс. 1899 г.

У американцев каждый корабль действовал самостоятельно. Манёвр «Бруклина» едва не привёл его в столкновение с «Техасом», которому пришлось срочно давать задний ход. Затем меньшему американскому броненосцу пришлось уклоняться от обогнавшего его «Орегона». Тот прошёл в опасной близости и от «Айовы», которая тоже устремилась на пересечение курса испанской эскадры, несколько раз совершая повороты, чтобы давать по противнику бортовые залпы. «Айове» удалось поразить «Инфанту Мария Терезу» с дистанции в 2 мили двумя 12-дюймовыми снарядами (это были единственные попадания главным калибром американских броненосцев). На корме флагмана Серверы вспыхнул сильный пожар, он стал терять ход. Строй испанской эскадры рассыпался. Обогнав «Инфанту», крейсера «Бискайя» и «Кристобаль Колон» устремились вперёд, оставив своего флагмана вместе с имевшим самую низкую скорость «Альмиранате Окендо» сражаться против всех американских кораблей.

В это время «Инфанта Мария Тереза» и «Альмиранте Окендо» вели жестокий бой сразу с несколькими американскими броненосными кораблями. Вся кормовая часть испанского флагмана была охвачена пламенем, которое невозможно было тушить из-за разрушения пожарных систем. К огню добавился обжигающийся пар из пробитого паропровода, который заставил расчёт покинуть кормовую 11-дюймовую башню «Инфанты».

На «Альмиранте Окендо» прямым попаданием была выведена из строя носовая башня. Оказалась сбита и часть бортовых орудий. У «Окендо» на левом борту действовало лишь два 5,5-дюймовых орудия из пяти. Из-за поломок элеваторов прекратилась подача снарядов.

Испанский броненосный крейсер «Инфанта Мария Тереза». Около 1895 г.

После того как «Инфанта Мария Тереза» и «Альмиранате Окендо», спустив флаги, выбросились на берег, испанскую эскадру можно было считать разгромленной. Дальнейшее сражение представляло собой погоню за двумя оставшимися испанскими крейсерами — «Бискайя» и «Кристобаль Колон». У американцев из преследования выбыли два броненосца: «Индиана» имела минимальный ход из-за проблем с обрастанием подводной части корпуса, а у «Айовы» возникли неполадки в машинном отделении. К тому же испанцы сумели нанести «Айове» некоторые повреждения (в частности, попадания в трубы), в результате чего ход этого броненосца снизился до 10 узлов. Всего «Айова» получила 10 попаданий, «Индиана» — 2, «Орегон» — 3.

Один миноносец был потоплен, остальные корабли выбросились на берег.

Потери американцев составили всего 1 убитого (Джордж Эллис) и 10 раненых и травмированных. Испанские потери были несопоставимо выше: 323 погибших (включая убитых кубинцами на берегу) и 151 раненый. 1600 человек во главе с адмиралом Серверой попали в плен. Лишь 150 моряков смогли вернуться в Сантьяго, где вскоре тоже вынуждены были сдаться вместе с гарнизоном.

Поражение при Сантьяго означало для Испании не только окончательный проигрыш войны, но и фактическую потерю статуса морской державы. Как писал адмирал Сервера: «День 3 июля стал самой ужасной катастрофой, которую я видел, даже несмотря на то, что число погибших оказалось меньшим, чем я опасался».

Причиной поражения стало огромное неравенство в силах. Морские авторитеты ёрничали на предмет убогих результатов стрельбы американцев — при более 7 тысячах сделанных выстрелов лишь 163 попадания в корабли противника.

Ну а почему европейские государства допустили неспровоцированное нападение США на Испанию? Это хорошо иллюстрирует карикатура, на которой европейские державы режут торт под названием «Китай», а дядя Сэм за отдельным столиком готовится сожрать небольшой кекс под названием «Куба».

Американская карикатура. Пока европейские державы делят Китай в виде большого торта, дядя Сэм ограничивается маленьким кексом «Куба»

Испано-американская война был синхронизирована с новой волной территориальных захватов в Китае.

Так, Германия в марте 1898 г. принудила Китай подписать договор о передаче в «аренду» на 99 лет области Цзяочжоу с военным портом Цзяочжоувань (Циндао). Германия получила право строить в провинции Шаньдун железные дороги и разрабатывать её горные богатства.

Россия в марте 1898 г. получила «в аренду» часть Ляодунского полуострова с городами Далянь (Дальний) и Люйшунь (Порт-Артур). В июле 1898 г. Россия получила от пекинского правительства концессию на строительство южной ветки КВЖД — Южно-Маньчжурской железной дороги.

Франция в апреле 1898 г. «арендовала» на 99 лет военный порт Гуанчжоувань (Каньцзян).

Англия в мае 1898 г. захватила порт Вэйхайвэй, «узаконив» этот захват соответствующим соглашением об «аренде». Кроме того, Англия получила «аренду» на 99 лет так называемую Новую территорию на полуострове Цзюлун и примыкающих островах, присоединённую к колонии Гонконг.

Под давлением Англии и других держав цинское правительство в конце июля 1898 г. было вынуждено открыть для иностранного судоходства все реки и внутренние водоёмы империи.

Англия пыталась привлечь США к попытке остановить продвижение России в Северном Китае. В свою очередь российская дипломатия пыталась заключить с США союз против Англии.

Международное положение США несколько осложнилось летом 1897 г. вследствие нового повышения американских таможенных пошлин. Оно последовало 25 июля с принятием тарифа Дингли и усилило в Европе раздражение против США. В августе кайзер Вильгельм II во время визита в Петергоф излагал Николаю II и министру финансов С.Ю. Витте проект таможенного объединения Европы против США. Однако проект этот не встретил сочувствия, и дело ограничилось разговорами.

1 октября 1898 г. в Париже открылась испано-американская мирная конференция.

29 ноября испанское правительство заявило о своём согласии на американские условия. 10 декабря 1898 г. мирный договор был подписан. Он завершил войну между США и Испанией.

Договор предусматривал (в ст. 1) отказ Испании от всяких претензий на суверенитет над Кубой и оккупацию острова войсками США. На время оккупации США брали на себя обязательства по охране жизни и собственности на оккупированной территории. О сроке оккупации не говорилось ни слова.

В итоге остров более трёх лет находился под военным управлением США, которые провели ряд реформ: отделение католической церкви от государства, закон о гражданском браке, создание Верховного трибунала, городской полиции и сельской гвардии, роспуск кубинской Освободительной армии, отмена неуплаченных испанских налогов, введение налога на наследство, многие санитарные мероприятия.

На Кубу хлынул поток американских инвестиций. 18 апреля 1900 г. был принят закон, предоставивший избирательное право всем мужчинам старше 21 года, умеющим читать и писать и владевшим имуществом стоимостью не менее 250 долларов или служившим в кубинской освободительной армии до 18 апреля 1898 г. В том же году прошли сначала муниципальные выборы, а потом выборы в Учредительное собрание. 5 ноября 1900 г. Учредительное собрание начало работу над принятием Конституции Кубы.

Президент США Мак-Кинли уже в ежегодном послании Конгрессу 5 декабря 1899 г. заявил, что Куба «должна быть непременно связана с нами узами особой близости и прочности, если только она хочет обеспечить себе прочное благополучие».

Председатель комиссии Конгресса США по делам Кубы, сенатор от штата Коннектикут Орвиль Х. Платт 25 февраля 1901 г. поправку к законопроекту «О предоставлении кредита на содержание оккупационных северо-американских войск на Кубе (на финансовый год, оканчивавшийся 30 июня 1902 года)».

Сенат её принял после двухдневных обсуждений (43 голоса «за» и 20 «против»), 1 марта 1901 г. её поддержала палата представителей (161 против 137), а на следующий день подписал президент.

Хижина из пальмовых деревьев, построенная коренными индейцами на Кубе. 1899 г.

В Поправке Платта содержалось 8 пунктов. Первый запрещал властям Кубы передавать часть кубинской территории другой стране.

Второй пункт обязывал власти новой республики не брать чрезмерных займов, «для выплаты процентов по которому и окончательного его погашения после покрытия текущих расходов правительства обычные доходы острова окажутся недостаточными».

Третий пункт давал США право на интервенцию «для охраны независимости Кубы, поддержания правительства, способного защитить жизнь, собственность и свободу личности».

Четвёртый пункт предусматривал признание Кубой всех акций, осуществленных в период военной оккупации, и всех прав, приобретенных в этот период.

Пятый пункт обязывал Кубу соблюдать уже введённые санитарные правила.

Шестой и седьмой пункты касались территориальных вопросов: остров Пинос отходил от Кубы, и его судьба должна была решиться отдельным соглашением, также Гавана обязалась предоставить США земли для военно-морских баз и угольных концессий.

Восьмой пункт обязывал Кубу включить Поправку Платта в договор с США.

Если в Вашингтоне Поправка Платта прошла сравнительно легко и быстро, то на Кубе её принятие затянулось и встретило сопротивление Учредительного собрания. Уже 2 марта 1901 г. в Гаване прошёл митинг против Поправки, в котором приняли участие около 15 тысяч кубинцев.

25 апреля делегация кубинского Учредительного собрания была принята президентом Мак-Кинли, который обещал, что после принятия Поправки США рассмотрят вопрос о тарифных уступках Кубе. 12 июня 1901 г. Учредительное собрание приняло Поправку Платта: «за» проголосовали 16 депутатов, 11 — «против», 4 не участвовали в голосовании.

Подъём кубинского национального флага над крепостью Эль-Морро. Гавана. 20 мая 1902 г. Источник: БСЭ. Т. 13

В конце 1901 г. прошли выборы первого президента страны, а 20 мая 1902 г. провозглашена независимость Кубы, после чего американские войска покинули остров.

22 мая 1903 г. между Кубой и США был заключён постоянный договор, в который была полностью включена Поправка Платта. Договор предусматривал обещанные тарифные уступки: были снижены пошлины на ввозимый в США кубинский сахар и на поставляемые Кубе американские товары.