'Я прошел десятки битв,

но ни одна не далась так сложно, как сражение с днём обычной жизни.'

Дисан Неистовый

Никогда не думал, что вид обычной двери, самой обычной, вызовет чуть ли не эйфорию. Мы открыли её, и никакой пелены за ней не оказалось. И, наверное, мы излишне долго и бездумно пялились на простой проём, раз со стороны представителя Академии будто бы раздался тихий смешок. Показалось или нет, но это что-то отрезвило нас, и так, по одному, мы вышли в новый дивный мир.

Покинули приёмную комнату и очутились в большой зале, заставленной огромным числом столов и стульев. Пустых и нет. Потому как многие сотни, а может, и тысячи занимали наши новообретённые братья и сёстры, что-то ожесточённо заполнявшие. Присмотрев свободное местечко, направились к нему, попутно оглядываясь.

Зала большой была не только по горизонтальному направлению, но и по вертикали — потолок её пусть не терялся во тьме и не свисали оттуда кристаллы-сталактиты, но всё равно имел все метров десять до себя. Освещение помещению давали окна почти во всю эту высоту, расположенные по левую руку от нас. На правой стороне от пола до потолка простиралась глухая стена, но не голая, а с картиной во всю себя, и конца её совсем не виднелось с нашего расположения.

Изображалось на ней поле битвы гигантской ширины. Невероятно детализированное поле битвы с Ордой Зверей. Противостояние не только на земле, но и в воздухе. Если не ошибаюсь, то это легендарная фреска сражения Первых с Третьей Ордой. С Первой и Второй их просто-напросто не произошло — не обладало человечество на тот момент Силой Предела, не родились ещё воины, способные составить конкуренцию изменённым животным… Настоящие Тёмные десятилетия, чуть не поставившие крест на всей цивилизации. При случае обязательно вернусь сюда вновь, чтобы в деталях и неторопливо рассмотреть эпохальное полотно.

Усевшись за стол, приступили к более подробному изучению выданных старшим листов. Ими оказалась невменяемо длинная и подробная анкета — каких там только вопросов не нашлось! Такое ощущение, что на их основе собираются собрать не только наши социальные данные и физические параметры, но и полный психологический портрет составить. Потому как вопросы вида «какой ваш любимый фрукт?», «как вы поступите в ситуации, когда…» совсем не вяжутся ни с чем в предстоящей учёбе. Теперь стало понятно, что же так усердно все собравшиеся чёркали на листах. И мы убили клятых часа два на бумажки эти, если не больше! Но справились в итоге, а после встали и устало побрели куда-то вперёд, в конец залы, где виднелось что-то, отличное от бесконечных столов, стульев и усталых лиц.

Там и впрямь обнаружились упомянутые другие старшие, которые принимали анкеты, что-то вручая взамен. Этим чем-то оказалась небольшая пластинка. Такая же чёрно-серебристая, как форма старших, и тоже с гербом Академии. А под ним была выбита новая комбинация букв и цифр. И, как подсказали старшие, означали они место нашего будущего жилья.

Мне досталась пластина с надписью 1-Б-10–55. И первые два разряда — «1» и «Б» — совпадали у всех, кроме Мелы. У неё вместо «Б» значилась «С». Коллективным разумом дошли до мысли, что «Б» — вероятно, братья, «С» — соответственно, сёстры. Похоже, что и здесь девочки и мальчики живут раздельно, как и в интернатах наших. А «1» — скорее всего, первый курс, как и в случае с группами обучения, к которым нас приписали. Что же до «10» и «55», то внятных идей не нашлось, а уточнять не стали, а если точнее, то просто забыли. Морально-волевые, на которых мы держались до последнего, начали подводить.

Напоследок старшие указали направление, куда путь держать после выхода из залы, а также подсказали, что приём учеников продолжится до самого вечера, так что кормить нас будут уже только завтра, а сегодня приходим в себя — заселяемся, приводим тела и разум в порядок, отсыпаемся. Форма и всё прочее необходимое уже ожидает нас в комнатах.

И мы перешли на следующий уровень!

Жаль только, что не во владении Силой Предела, а только локацию сменили. В очередной раз. На выходе из залы встретил нас сперва длинный и широкий коридор с бесчисленными ответвлениями, где каждое обозначалось новой цифро-буквенной комбинацией. Если бы не рядом идущие товарищи и прочие бредущие и спешащие браться и сёстры вокруг, то подумал бы, что опять в какой-то лабиринт угодил. В конце же указанного пути красовалась простая и понятная обещанная цифра «1» — не номер курса обучения, получается. И рядом с ней ждала нас лестница, уходящая куда-то вверх…

Что ж, нельзя не отметить тот факт, что Враг оказался коварнее, чем можно было только представить в самых кошмарных фантазиях. Ступеньки нанесли свой ответный удар. Когда мы уже потратили все возможные и невозможные силы, они явились перед нами бесчисленной армадой.

И мы приняли неравный бой!

Первой потерей стала Меланита — нужный этаж, отмеченный буквой «С», встретился почти сразу. Ну как сразу. Он оказался девятым, что раскрыло тайну третьего разряда в комбинации. У Мелы, кстати, код выглядел как 1-С-9–55. Так что путём теперь уже нехитрых размышлений пришли к очевидному: последняя часть — это номер комнаты.

Дальнейший же путь выдался недолгим, потому как наш «братский» этаж шёл следующим. Чему мы были несказанно рады. Без понятия, чем руководствовались коменданты или кто там отвечает за расселение, что придумали систему с чередованием этажей: чёт — мальчики, нечёт — девочки. Но сейчас это сыграло нам на руку — сил оставалось сущие крохи. Причём даже у Шкафа — заметно было, как его периодически пошатывает, словно вот-вот упадёт…

Добравшись до этажа, с облегчением вступили на него, а Кирон так и вовсе с невнятным всхлипом полез обниматься с полом. Осуждали ли мы его? Ни в коем случае. Мы искренне и незамутнённо завидовали ему в тот момент.

Пол. Ровненький. Без ступенек! Да на нём лежать же можно удобно! Что это, как не рай?..

Но остатками разума понимали, что, последовав примеру Круглого, дальше уже не двинемся. Прям как он. Так что пришлось хватать его за руки да волочь дальше по коридору. Попутно придя к выводу, что Кирон недостаточно круглый, ведь будь иначе, его можно было бы как мячик или бочку покатить вперёд.

Заключительные десятки метров с дополнительной нагрузкой и вовсе тянули на какой-то из двенадцати подвигов, но — выдюжили! Повезло ещё, что у Кирона последним числом на пластине значилось «51» — самое меньшее из всех наших: у Аркоса — «53», у Миктлана — «57».

Двери, кстати, вновь самые обычные. Никаких откатных или загадочных с кристаллом-ключом. Для того, чтоб попасть внутрь всего-то и требовалось, что приложить пластину к эмблеме Академии над ручкой. После чего происходил тихий щелчок, и дверь приоткрывалась. Так что, отворив комнату с номером Кирона, просто затащили того внутрь, а после направились по своим. Чётные и нечётные номера тут располагались друг напротив друга, так что получился небольшой участок коридора, по одной стороне которого нам и предстояло обитать. Весьма неплохо. Расстояние жизни не станет преградой для дальнейшего общения команды. Тем более, кто знает, какие тут порядки социальные царят — смесь-то весьма гремучей получается из всех, да к тому же есть ещё и наша юношеская энергия.

Войдя в своё новое жилище, с усталым интересом произвёл его беглый осмотр. Чисто в поисках мягкой и горизонтальной поверхности для желанного сна. И таковая нашлась сразу — стояла в тёмной глубине комнаты прямо напротив меня. На левой стене ничего не виднелось, а вот справа присутствовала ещё одна дверь. И за ней обнаружилось то, чего никак не ожидал. Роскошь! Индивидуальные удобства. И желание долгожданного сна пало под натиском другого — сна, будучи чистым и свежим в такой же постели.

И не прогадал! Лежать после горячего душа в полумраке тихой и безопасной комнаты, в комфорте и уюте, было чем-то настолько приятным, во что верилось с трудом после всего случившегося с момента начала Испытания. Но о большем подумать не успел — сон-таки настиг измождённый организм…

Пробуждение наступило внезапно и извне. Глубокий чёрный омут сна расцвёл яркой звездой, переросшей из видения в звук из шести раскатистых ударов. Похоже, что постарались откуда-то снаружи те здоровенные часы-эмблема с единственной стрелкой. И хотел бы проигнорировать их, но бурчание пустого желудка, отдающее лёгкой болью, намекало, что никак не избежать подъёма. Что и пришлось выполнять. Кажется, стали более понятны причины, почему никакой пищи не предлагалось вчера.

Пока просыпался-умывался, попутно внимательнее исследовал комнату. Форма у жилой части получалась в форме буквы «Г».

Помимо весьма широкой кровати — таких, как я, там все четверо легко бы легли, — была пара шкафов, тумбочек-комодов, стол да стул. Пусть и выглядящие просто и массивно, но сделаны добротно, из тёмного твёрдого дерева. Славный контраст на фоне светлых стен и прекрасное сочетание с такими же тёмными шторами, скрывающими окно и свет из него.

В шкафах и комодах обнаружился ворох разной одежды. На столе — записка с порядком действий на сегодня, в тумбочке рядом — учебные принадлежности всякие.

Согласно содержимому расписания, мозг не ошибся с подсчётом количества ударов — подъём в шесть утра, затем в семь завтрак где-то, имеющем обозначение СТ-1-О. Вероятно, расшифровывается следующим образом: «СТ» — столовая, «1» — первая, а «О» — пока неизвестно. Про столовую подумал, потому как код встречался в расписании ещё дважды — двенадцать и семнадцать. И радовал момент, что примерно знаю, куда идти, — такую комбинацию приметил вчера на одном из ответвлений в том бесконечном коридоре.

А вот следующие пункты назначения совсем незнакомы — Л-2-О, П-1-З, М-1-О. В первый следовало прибыть уже к девяти утра, и по времени значилось, что провести придётся там никак не менее двух часов. Во втором нужно быть к четырнадцати дня, а в третьем — к девятнадцати.

После ознакомления с расписанием стал понятен план предстоящих действий на день. Оставалось дело за малым — облачиться в форму из шкафа да выдвигаться навстречу новым вызовам. А если попутно удастся собрать команду воедино, то вообще замечательно будет — вчера как-то не догадались условиться о встрече.

Форма ученика Академии выглядела практически точной копией таковой у вчерашних старших. Только и разницы, что все швы лишены каких-либо орнаментов, да на внешнем кольце у герба никаких кристаллов нет. На что напрашивался вывод, что они символы местной ранговой системы.

Пояс в комплекте был самый простой, в цвет формы — широкое кожаное полотно с десятком дырок и несколькими серебристыми металлическими украшениями. Единственное особенное — пряжка в форме местного герба. Но из-за того, что верх формы почти всю её закрывал, пришёл к выводу, что с видом ремня повезло. Решил на первых порах пока что не маскировать артефакт свой — весьма схожий вид у них, если не вглядываться, то и не заметить разницы.

Напоследок, то ли как день назад, то ли как целую Вечность спустя, оглядел себя в зеркале.

В ответ оттуда на меня всё так же хмуро смотрел невысокий, худощавый парень. Только и отличий, что теперь форма хороша в плечах, да шрам, кажется, стал ещё бледнее — может, повлияла чудо-вода, которой мы с Миктланом заливались в подземелье, а может, пробудившаяся Сила Предела меняет организм. Но такими темпами, поди, и «меченым» быть перестану среди новых сверстников. Хотя в список изменений сто́ит добавить ещё один пункт — волосы сильней отросли, того гляди, косы заплетать придётся. Надо бы в список важных вопросов включить поиск местного брадобрея.

На том приготовления и закончились — брать что-то из учебных принадлежностей посчитал ненужным и излишним, и направился на выход, только и прихватив пластину-ключ.

Выйдя в коридор, испытал какое-то двоякое чувство — из комнаты напротив навстречу ступил недавно виденный субъект. Парень из той обособленной двадцатки, что привлекла повышенное внимание на площади после Лабиринта. Парень, от которого вчера так сильно веяло ощущением, что он целиком и полностью буквально сожрёт любого. Не изменилось это впечатление и сейчас, но, в отличие от того раза, сосед даже не взглянул в мою сторону и просто ушёл в направлении лестницы. А почему двоякое? Одна сторона — удивление от того, что именно он стал человеком-соседом, а вторая — то самое непонятное, неприятно-опасное, иррациональное.

Может быть, я бы и дальше провожал уходящего взглядом, да только справа от меня раздался голос Миктлана:

— О, Власт! Доброго утра!

— Доброго! — отозвался, оборачиваясь к нему и пожимая протянутую руку.

Примечательно, что жест такого приветствия прошёл через все столетия выживания. И без потери изначального смысла, без особых искажений. Что тогда означал отсутствие оружия в руках, открытость к диалогу и мирные намерения, так и в наши времена осталось всё то же самое. Разве что понимание физической природы смертельных орудий заменило Воплощение.

Сам же Микт выглядел теперь совершенно другим человеком. Впервые-то его встретил пораненным, измождённым, чумазым, каким и сам потом становился не единожды. Пусть древние и говорили: «Не одежда красит человека, а человек одежду», — но сейчас не согласился бы с ними. Голова Светлого настолько контрастной выглядела на фоне чистой чёрной формы, что точно будет привлекать излишнее внимание. Казалось, ещё чуть-чуть, и настоящая аура святости вокруг неё засияет — настолько белыми оказались его волосы. А в сочетании с васильковыми глазами и вовсе образ производил впечатление настоящего просветлённого, только и подводила форма. В остальном же черты были самими обычными и приятными — прямой нос и такая же линия рта, средний подбородок без раздвоений или вторых и третьих этажей, слегка оттопыренные симметричные уши да высокий лоб, прикрытый длинной чёлкой. Похоже, ему тоже не помешает решать вопрос со стрижкой в скором времени. И форма сидела также без нареканий — не знаю, как местные портные добились такого, но складывалось ощущение, что всё пошито для нас чуть ли не индивидуально.

Не затягивая сильно паузу после приветствия, спросил:

— Берём Кирона с Аркосом и погнали?

На что получил согласный кивок, но что-то предпринять не успели — раздался чуть ли не синхронный звук открытия дверей со стороны нужных номеров, и в коридор явились названные, и тут же Кирон воскликнул:

— Всем привет!

Да настолько ярко звучало его приветствие, что оставалось только диву даваться, откуда в нём столько энтузиазма с утра пораньше. А хотя зачем, если можно спросить? Что и проделал:

— А ты чего радостный такой?

— Я не радостный, я обычный! — с той же бодростью прозвучал ответ.

— Э-э-э? — только и осталось обескураженно протянуть да перевести недоумевающий взгляд на Аркоса.

— Правда, — подтвердил и здоровяк.

— Чтоб я так жил! — завистливо вздохнул.

Сам-то всегда проблемы с пробуждением испытываю, точнее даже не с ним, а с взаимодействием по утру с окружающими. Они меня раздражают. Все, без особых на то причин. И собственный мозг обычно отказывается работать с ходу, нужна ему раскачка, чтоб включиться. Потому и приобщился к тому комплексу упражнений с сотнями повторений — пока он выполнялся телом автоматически, все остальные системы окончательно выходили из спячки. И как устаканится местное расписание, обязательно вернусь к выработанной за годы схеме.

Что же до внешности «неуязвимых», то их изменения не носили столь кардинальный характер, как у Светлого. Ну или я просто настоящий мужик и не разбираюсь в подобном по отношению к представителям своего же пола. То ли дело девчонки! Вот там каждая уникальна, со своей изюминкой — внешность, мимика, пластика движений. Потому могу лишь отметить цвета глаз ребят, которые во тьме подземелья как-то и не рассмотреть было, да факт изменения причёски. Так, Круглый оказался кареглазым, а тёмные волосы имели некоторую вихрастость. Аркос же обладал точь-в-точь такими же глазами, как у меня, а причёска почему-то отдавала зеленоватым оттенком. А с учётом длины я б сказал, что голова его мхом поросла. Не, ну правда, выглядело забавно, особенно если вспомнить прозвище «Скала».

После всех взаимных приветствий направились в сторону спуска.