Итак, наконец-то вы вырвались в отпуск, прилетели в отель, назойливый носильщик дотащил чемодан до номера, дверь открыта. Что станете делать дальше?

Лично я с женой и детьми немедленно проходим в комнаты, заглядываем в ванную, выходим на балкон, осматриваемся и лишь затем раздеваемся, открываем чемоданы и начинаем обживаться. Поведение моей семьи ничуть не отличается от животных – собака в новой квартире тоже будет бегать по всем углам, нюхать и знакомиться с местностью. Нас тянет исследовать новое. Дети стучат по стеклу в зоопарке, догадываясь – новый звук привлечёт внимание животных. Да и сами мы непременно оглянемся, если кто-то дотронется до нашего плеча. Сильнее всего мозг реагирует на новую информацию. Мало ли что – а вдруг она несёт угрозу или говорит о чём-то крайне важном?

Получение новой информации – одна из врождённых потребностей человека.

Получение новых сведений не равнозначно изменению привычной модели поведения, прокладке новых нейронных путей, о которых мы говорили выше. Мы просто узнаём больше о ситуации, находясь в привычном для нас положении. Скажем, время от времени Тёмный Друг решает, что ему не хватает сведений о чём-либо. На заре человечества – узнать, кто это вооон там сидит в кустах. Сейчас – разобраться, стоит ли инвестировать в крипту. Хотя замученный ЕГЭ школьник начнёт яростно протестовать – изучать новую информацию людям, в принципе, нравится. Правда, лишь ту, которая интересна им самим. Удовлетворив любопытство, мы испытываем позитивные эмоции. Потому что чем больше информации – тем точнее поведение.

Новизна притягательна. Для проверки возьмём самца крысы и, вообразив себя доброжелательным божеством, засунем его в коробку с четырьмя самочками в период течки.

Морально неустойчивый крыс моментально начинает спариваться со всеми, пока силы не покинут его. Но мы же доброжелательное божество. Поэтому кладём в коробочку ещё одну самочку. Новенькую. И вдруг, увидев её, наш крыс понимает, что в принципе он способен ещё на один разок. Причина – после первых оргазмов уровень дофамина снижается. Наступает такая послесексовая пассивность – post coitum animal triste est. Но вид новенькой особи заставляет мозг заново запустить выработку дофамина, мол, «смотри, возможность распространить генетический материал».

Самцу крысы для достижения оргазма требуется примерно две с половиной минуты. Для пятого подряд совокупления с одной и той же самкой – уже семнадцать минут. А вот если нужно по разу с пятью самками – всё будет примерно также быстро, как и в первый раз.

Тяга к новенькому проявляется не только при смене партнёров, но и в склонности менять место работы или проживания. Из-за этой особенности маркетологи постоянно создают чуть отличающиеся версии товаров, в искусстве множится образ «прекрасной незнакомки», а не «хорошо знакомой дамы». Тягу к новизне активно эксплуатировали во времена ярмарок невест – молоденьких девушек вывозили в свет не в родном городе, где их знали с детства, а отправляли к родственникам, лучше – в столицу.

Отсутствие же интереса к новому – плохой признак. Пластом на диване мы чаще всего лежим во время депрессии ночью в одиноком октябре.

Так что новизна – это лёгкий ответ, один из первых, приходящих на ум при вопросе «чего мы хотим». Именно поэтому многие люди называют путешествия достойной целью в жизни. Хотя непосредственно в путешествиях эти же люди способны испытывать тревогу, пытаясь «успеть всё», как будто отдых разновидность работы.

Вдобавок в современной культуре создан практически культ непрерывного потребления новизны. Точнее, принято считать, что разнообразие помогает развитию личности и приносит удовольствие. Миф о важности «личностного роста» пришёл из романтизма. С тех пор стало нормой мнение, что человек должен раскрыть собственный внутренний потенциал, для чего желательно получить максимально широкий жизненный опыт. В результате кажется, что необходимо постоянно развиваться, узнавать как можно больше нового, ну или как минимум, хотя бы делать вид, что этим занимаемся.

Обычная, размеренная жизнь представляется практически чем-то неприличным. И я грущу, когда эффектная знакомая рассказывает, что занимается сальсой, бачатой, вернулась с форума в Давосе, посещает концерты классической музыки при свечах, успешна в карьере, да ещё и водит детей на разнообразные развивашки.

Однако не стоит полагать, что стремление к самореализации заложено в нас природой. Как писал ещё Джеральд Даррел: «У животных есть свои, чётко ограниченные территории, которые определяются тремя факторами: пища, вода и пол. Обеспечьте их всем этим на ограниченном участке, и животные никуда не уйдут».

Итак, новизна нам нравится, и именно поэтому важно отделять чувства, возникающие в силу новизны, от самого события. Напоминать себе, что новый человек может произвести благоприятное впечатление вовсе не в силу каких-то своих необыкновенных качеств, а просто потому, что он – новый.

Эффект новизны быстро проходит, а вместе с ним испаряется и всё связанное с ним удовольствие.

Вспомните, как жарким летом зашли в лифт и были буквально раздавлены ароматами чужих одеколонов. Но когда долго сидишь с коллегами в одном помещении, запах скоро перестаёт чувствоваться.

И так везде: первый глоток кофе, первый кусочек восхитительного блюда, первое знакомство с чем-то интересным – на них мы обращаем внимание, отмечаем вкус и собственные ощущения. А вот допиваем ту же кружку кофе уже на автомате. Кажется, ничего удивительного, всё понятно, просто привыкли. Только пробники – ерунда. Мы не задумываемся, что точно так же Тёмный Друг перестаёт восторгаться и более глобальными вещами. Горы, море, любовь – в первый раз всё вызывает бурю эмоций. Потом – уже спокойнее.

Чем мы старше, тем сильнее ощущение, что «время летит», что последние годы промелькнули как миг. Раньше оно не летело столь быстро. Школьная и студенческая жизнь вспоминаются сотнями смешных случаев, курьёзов, первых открытий. А потом – провал. В промежутке, скажем, между тридцатью и тридцатью пятью куда-то исчезли целые пласты жизни.

Почему так? Конечно, влияет пропорциональность: для пятилетнего ребёнка лето – «это маленькая жизнь», а для взрослого – всего три зарплаты. Но главное – новизна. В детстве каждый день был полон открытий. Тёмный Друг замечал эти уникальные события и щедро тратил ресурсы на запись их в памяти. А с возрастом рутина захватывает нас, и мозг начинает «склеивать» однотипные моменты. Чем сильнее мы ощущаем, как дни уходят сквозь пальцы в песок – тем быстрее идёт наше субъективное время.

Доступный нам круг новизны, а значит, и удовольствий, мы способны истощить очень быстро.

То, что мы обращаем внимание на всё новое, вовсе не означает, что к новому нам и стоит постоянно стремиться. Пресыщение удовольствиями – это, конечно, что-то на богатом, но вести себя сдержаннее – выгоднее.

Более того, избыток новизны и не принесёт нам особой радости. Разнообразие важно лишь в случае событий, происходящих одновременно. Нет никакого смысла заказывать любимый салат на первое, второе и третье. Никто не строит парк аттракционов с десятью одинаковыми каруселями. «И, – продолжает эту логику Тёмный Друг, – значит, чем больше в будущем будет чего-то новенького, тем лучше!» Забывается, что однотипные события будущего будут разделены промежутками времени. А в таком случае всё наоборот – вернувшись в парк аттракционов через месяц, хочется увидеть те же горки, что понравились при прошлом посещении. Если между приятными событиями делать перерывы – они будут продолжать радовать нас, пусть и не так сильно, как в первый раз.

Больше всего удовольствия приносит не разнообразие. А то, что доставляет нам удовольствие.

Тягу нашего Тёмного Друга к разнообразию необходимо контролировать. Берегите свою новизну.