Уже забравшись в постель и, неспешно разминая налившиеся усталостью ноги, Тася перебирала в памяти воспоминания прошедшего дня. Таинственный полумрак и помпезность Собора Святого Петра… Никогда в жизни она не видела такого изобилия мрамора и божественно прекрасных изваяний, вызывающих не меньший трепет, чем осознание значения этого места для католиков всего мира.

Пафос этого места немного сбивал мальчишка лет трех, увлеченно ползающий на четвереньках прямо в центре огромного, величественного зала. Что, впрочем, совершенно не смущало многочисленных туристов, с открытыми ртами бродящих между роскошных, покрытых изящными росписями, церковных нефов. Тася усмехнулась, вспомнив, как пробиралась через толпу китайцев, оживленно галдящих перед Пьетой Микеланджело, а потом потрясённо застыла перед скульптурой, всматриваясь в скорбное и пленительное в своём трагизме лицо Девы Марии…

Площадь перед собором, памятная Тасе по новостям в телеке, оказалась совсем не такой большой и помпезной, как она ожидала. Многочисленные туристы фотографировались здесь на каждом квадратном метре, остужая потные лбы в изящных фонтанах, которых здесь было два. Тася тоже окунула руки в прохладную воду, и тут же получила порцию брызг в лицо.

– Прекрати! – невольно улыбнулась она, уклоняясь от смеющейся сестры.

Та набрала воды в ладони и бросилась догонять убегающую Надю, едва не столкнувшись с нарядной парой молодоженов, фотографирующихся на фоне собора.

– Скузи!– Быстро нашлась Маруся, сделав комплимент невесте в пышном белом кружеве. – Сей белло!

Та радужно улыбнулась и прижалась к груди высокого брюнета в смокинге.

– Ты с ума сошла? – пожурила Тася сестру, когда та вернулась к фонтану. – Мы же в Риме!

– Вот именно, сестрёнка! Мы в Риме! Наслаждайся жизнью и улыбайся! Идем, посмотрим на Собор Святого Ангела. Сфоткаю тебя на фоне Тибра!

Тибр, в отличие от римской архитектуры, не впечатлил Тасю. Закованная в монументальные берега река еле влачила свои темно-зелёные, мутные и довольно мелкие воды. Заключив, что тратить время на селфи на фоне Тибра не стоит, девушки отправились на поиски фонтана Треви…

…Тася закончила с массажем ног и вернула Марусе тюбик с кремом.

– Спасибо. Знаешь, я почти ничего не захватила из дома. Всё забыла. Последние дни, будто по голове пыльным мешком ударили.

– Это из-за проблем с Максом?

– У нас с ним нет проблем, – Тася отвела взгляд, а потом, удивив саму себя, добавила. – Я думаю подать на развод.

– Чёрт возьми! – Маруся резко села на кровати. – Ты серьезно?!

– Видишь ли, – Тася осторожно подбирала слова. – Я не уверена, что всё ещё люблю его. И что он любит меня…

– Конечно, любит! Он что, дурак, чтобы не любить такую красавицу?! Что он натворил?!

– Я думаю, может, мы больше не подходим друг другу? – избежала Тася прямого ответа на вопрос.

Задумчиво покачав головой, Маруся крепко обняла сестру.

– В любом случае, тебе не надо решать это прямо сейчас! Давай спать! Завтра будет сумасшедший день…

Следующий день действительно оказался под завязку насыщен событиями. С утра пораньше отправившись в забег по достопримечательностям, к полудню девчонки совершенно выдохлись. Они выпили пять бутылок минералки, прокатились на римском метро, увидели Колизей, поглазели на толпы на остановках, вызванные очередной забастовкой транспортников и даже купли у араба на улице нарядный соломенный зонтик, который, впрочем, не спас девушек от алых пятен на лицах.

В полдень путешественницы загрузили чемоданы в машину и уже через четыре часа въехали в, пронизанную мягким светом, старинную, Лукку. Желтые и белые домики под красными черепичными крышами создавали ощущение бесконечного солнца на улицах, сразу подняв настроении уставшим путницам.

Апартаменты, в которые они вползли с чемоданами по узкой скрипучей лестнице, располагались на третьем этаже пережившего не одно столетие домишки, на окраине Лукки. Похоже, владелец дома значительно вложился в переустройство здания для туристов: сантехника в ванной комнате блестела модным хромом, а на просторном заднем дворе Тася заметила отличный бассейн.

Если верить путеводителю, то город был под завязку набит историческими достопримечательностями, но наши путешественницы были не готовы покорять их в этот день. Вместо этого они совершили небольшой набег на ближайший супермаркет и провели следующие несколько часов у бассейна, наслаждаясь нежарким вечерним солнышком и фризанте (легкое газированное вино) с персиками.

Когда солнечные лучи сбежали за крыши домов, потерявшись в тенях переулков, Маруся вытащила из чемодана темно-синее шелковое платье и пару крупных сережек «под золото». Крепко сбитая, невысокая Наденька натянула на себя нечто невесомо-кремовое, что, в комплекте с босоножками на тонкой шпильке, превратило девушку в воздушное пирожное.

– Сможешь ходить на таких каблуках по камням? – засомневалась Тася, утягивая волосы в плотный хвостик. Не мудрствуя лукаво, она натянула единственный прихваченный из дома сарафан.

– А ты пойдешь в этом?!

Маруся скептически взглянула на простенький зелёный хлопок в горошек и, переведя взгляд на лаконичные сандалии, украшавшие ноги Таси, громко вздохнула.

– Конечно! – не поняла её недовольства сестра. – Мы же на юге! Чего наряжаться-то?

– Боже мой, но это же Италия! Колыбель моды и красоты! Здесь самые ухоженные женщины и самые стильные мужчины! В старинных городах живет местная аристократия и вечером люди наряжаются, выходя в город развлекаться. Мы будем выглядеть нелепо! – попыталась донести Маруся свет истины до Таси, но та была непробиваема.

– Переодеваться не буду! Либо идем так, либо я остаюсь тут, залезаю в кроватку и отрубаюсь. А вы делайте что хотите!

Сдаваясь, Маруся сердито проворчала,

– Хотя бы волосы распусти! – и потянула на плечо сумочку на тонкой цепочке.

Всё оказалось именно так, как и расписывала Маруся. В сумерках центр города преобразился. Небольшие лавки и магазинчики деликатесов осветили свои витрины, заманивая беспечных прохожих. Незаметные днем рестораны и бары, вечером загорелись множеством блестящих огоньков и сотнями свечей на нарядных террасах. Узкие старинные улочки превратились в таинственные гроты, по которым прогуливалась нарядная публика. Волшебная музыка лилась из открытых окон домов и распахнутых дверей закусочных, перемежаясь громкими взрывами смеха и оживлёнными голосами.

Вдоволь налюбовавшись на роскошные витрины и слопав по настоящему джелато, такому густому и сливочному, что блаженство разливалось на языке от первого прикосновения, девушки обосновались за столиком на террасе небольшого ресторанчика. Они решили довериться официанту, уверяющему, что местная лазанья просто бесподобна. И не прогадали! Слои тончайшего теста утопали в прослойке из томатов, сочного фарша и нежного сыра, тая во рту божественной симфонией.

Уминая угощенье, девчонки дружно хлопали в такт разудалой песне, выступавшего тут же, в ресторанчике, пожилого музыканта в забавной соломенной шляпе. В своём порыве они были не одиноки. Ещё несколько весёлых голосов громко поддерживали певца, подпевая знакомой мелодии и отбивая такт ногами. Тася не заметила, как рассмеялась вместе со всеми, когда песня закончилась.

– Простите, синьориты, вам презент от соседнего столика.

Тася недоуменно взглянула на темную бутылку вина в руках наклонившегося к ним официанта.

– Спасибо, но у нас уже есть вино! – Маруся кивнула на бутылку красного полусладкого, рекомендованного самим официантом, что украшала их стол. И была уже наполовину пуста.

– Простите синьориты, но синьоры с того столика просили передать, что очарованы вашей красотой и желают сделать ваш вечер немного приятнее. Поверьте, это очень хорошее Бруннелло ди Монтальчино урожая две тысячи третьего года!

Всю эту тираду Тася перевела девочкам, пытаясь при этом высмотреть таинственных благодетелей. Сильно напрягаться не пришлось. Молодой, симпатичный парень дружелюбно улыбнулся в ответ на Тасин взгляд. О приятеле парня, укрытом тенью террасы, можно было сказать лишь одно – он был очень крупным.

Маруся с Надей тоже разглядели симпатичных синьоров и после обмена располагающими улыбками, молодые люди подошли к столику девушек. Получив разрешение присесть за стол, молодые люди представились. Худощавого, подвижного парня звали Даниэль. Его живые, весёлые глаза, белозубая улыбка и ямочки на щеках сразу очаровали Марусю. И не составило труда заметить, что эта симпатия взаимна.

Второго парня звали Бернардо, и он казался полной противоположностью своего друга. Очень высокий, широкоплечий, он двигался с мягкой, осторожной грацией, словно боясь нечаянно уронить или сломать окружающие предметы. Длинные каштановые пряди курчавились не только на затылке, небольшая бородка Бернардо тоже завивалась мягкими завитками. Тася взглянула на его массивную, неловкую фигуру в мешковатой одежде, большие темные глаза в окружении слишком пушистых ресниц, и решила, что этот увалень определённо не в её вкусе…