Шия яростно открыла огонь из рубки, найдя оставленное там оружие. Это был огонь не на поражение, а скорее для устрашения сбежавших пленников – чтобы они понимали, что к рубке им приближаться не следует.

Бэлла, Рафаэль, Борис и чуть позже подошедшие к ним Нина и Игорь остановились посреди коридора, не понимая, куда им теперь идти. С одной стороны – в своей каюте – их поджидал вооруженный Роберт. С другой стороны стреляла Шия.

– Я, кстати, прочел в инструкции, что в каждом номере есть аптечка, – заметил Игорь. – А мы как раз рядом с моей комнатой…

Пятеро беглецов шмыгнули в каюту Игоря, которую тот сразу запер изнутри. Бэлла, сжимающая в руках спасительный цилиндр, осталась стеречь вход – на случай, если дверь будет отперта служебным ключом и явятся незваные гости.

…В ванной Нина послушно, без всякого сопротивления делала все, что говорил Игорь, чем немало удивила его.

Опершись об умывальник, она приподняла окровавленную, порванную на боку водолазку. Игорь аккуратно промыл рану и как следует ее рассмотрел.

В коридоре, когда Нина стоически объявила, что ее «задело», Игорь не поверил ей ни на секунду. Он ожидал увидеть как минимум застрявшую в животе пулю.

– К счастью, тебя действительно задело, – вынес он вердикт. – Но крови очень уж много…

У Игоря были нежные пальцы, и его прикосновения, пока он промывал и обрабатывал рану, заставили Нину отвлечься от ноющей боли в боку.

Обычно ей не нравилось, когда кто-то незнакомый, даже врач, дотрагивался до нее, но оказалось, что с Игорем ей легко давались не только философские разговоры.

В прикосновениях не было ничего сверх того, что полагалось в этой ситуации. Нина всегда тонко чувствовала такие вещи, и отсутствие сальных намеков расслабило ее еще больше.

– Спасибо, Игорь, – пробурчала она. – Я и не думала, что ты так в этом… хорош…

Парень заклеил царапину широким чудо-пластырем, найденным в аптечке, как следует перебинтовал Нине туловище, а потом дал обезболивающее. Он также принёс ей свою футболку, чтобы она могла переодеться в чистое и сухое.

Удивительно – Нина даже почувствовала смутное сожаление, что все так быстро закончилось и Игорю пришлось переключиться на Рафаэля.

Она легла на диванчик в каюте, дожидаясь действия обезболивающего, и в подробностях еще раз вспомнила произошедшее в ванной.

«Игорь не перестает удивлять», – подумала Нина, отмечая, что дело было даже не в приятных пальцах и легких прикосновениях, а во внимательном взгляде и в заботе, которую она почувствовала по отношению к себе.

У Рафаэля была ранена рука.

Пуля, видимо, отразившаяся рикошетом, прошла сквозь мышцу навылет под костью, ближе к подмышке. Это случилось, когда он споткнулся и упал на спину, назад.

Плечо было обработано и перебинтовано, рана не выглядела устрашающей, но парень плакал и дрожал.

– Неужели я больше никогда не буду механиком?... – вопрошал он сквозь слезы, глядя на перевязанное плечо.

– Брось, – перебила его Бэлла, не отвлекаясь от двери. – Сейчас лечат все.

Игорь вспомнил страшный обстрел, устроенный Робертом и Олегом…

Почему-то с Михаилом – может быть, не очень прозорливым, но не признающим насилие, – окончательно умерла надежда на счастливый конец истории.

В памяти парня также возник упавший лицом вперед Александр, из груди которого вытащили искусственное сердце.

– Бэлла, мне очень жаль, – проговорил Игорь. – Насчет твоего мужа…

– Мой муж умер год назад, – отрезала женщина хмуро. – Я не могла по-настоящему попрощаться с ним, перевернуть страницу… Знаю, звучит глупо, но не могла. Вот результат.

По сконфуженным лицам Бэлла догадалась, что нужно пояснить, кем был ее сосед по каюте:

– Всегда смеялась над историями об искусственном интеллекте, который имитирует человека после смерти. Однако сама я, как оказалось, была не способна жить без Александра. Шестьдесят лет вместе – это не шутка. В самом начале отношений мы удивлялись, какие мы разные. С течением времени он действительно стал моей половиной. Половиной меня. Точнее, мы слились в одну двухголовую, четырехногую сущность…

Бэлла оглядела внимательных слушателей и продолжила рассказ:

– Незадолго до смерти мужа, когда уже было понятно, к чему все идет, я обратилась в специальную фирму… Они создали уникального андроида – точную копию Александра с искусственным интеллектом, куда загрузили все его знания, воспоминания, привычки и прочее… Добавили чего-то своего, кажется…

Бэлла уставилась в потолок, горько проговорила:

– Больше всего на свете мне хотелось осуществить нашу мечту и полететь с ним в космос… Именно с ним. Обязательно с ним!..

После паузы она продолжила:

– Мы с этим андроидом жили нормально, ладили. Я отдавала себе отчет, что это бесчувственное существо. Бесчувственное, безэмоциональное. Для него не существует боли… Он может сказать, что понимает мою боль, но это ложь, всегда ложь! Он запрограммирован так говорить… И все же иногда я забывала об этом. Не смейтесь надо мной… Я все понимаю.

Бэлла взглянула на серебристый цилиндр в своих руках, который сверкал и переливался на свету, как звезда.

– От создателей этих андроидов мы узнали, что искусственное тело питается от компактного энергетического модуля. Другими словами, от мощной батареи… Если извлечь ее из корпуса, она может работать как лазерный резак.

– Только вот андроид перестает функционировать, – дополнил Борис.

Бэлла кивнула.

– Без батареи он умирает, как человек без сердца…

У Нины возник логичный, с ее точки зрения, вопрос:

– Нельзя ли сделать второго андроида, используя те же данные?

– Данные были уникальные, – ответила Бэлла. – Незадолго до смерти у мужа скопировали мозговые соединения. Понятное дело, никто не мог скопировать душу, но… считается, что такой андроид наиболее близок к, скажем так, оригиналу.

Она подвела итог:

– Фирма обещала, что он будет вести себя как мой муж. Как вел бы себя мой муж. Не соврали… Мой настоящий Александр действительно пожертвовал бы собой ради того, чтобы мы спаслись.

За дверью воцарилась тишина. Кажется, террористам тоже требовалось перебинтовать раны и придумать, как действовать дальше.

– Если это был андроид, ему и записывающий модуль подключили, ведь так? – уточнил Игорь.

– Да, в левом глазу, – ответила Бэлла, не задумываясь, зачем он задал этот вопрос.

«Нам нельзя возвращаться на «Надежду», иначе по нам ударят ракетами, – думала Нина, лежа на диванчике. – Или нет? Разбомбить легко неподвижное. А если мы, напротив, будем… подвижными? Все-таки я окончила Академию с высшим баллом по орбитальному ручному маневрированию… Кроме меня, никто не справится с этим, конечно»

Через пару минут в тишине Бэлла сама обратилась к Игорю:

– Мне уже немало лет – восемьдесят шесть – и за свою жизнь я насмотрелась на дисфункциональные семьи, а в одной из них даже выросла. Если хочешь мое мнение – родители тебя любят. По-своему, но любят. Они не показались мне бесчувственными.

Игорю было непривычно рассуждать о родителях вслух. Это был первый раз в его жизни, когда он вообще обсуждал их с кем-либо. Поэтому парень был смущен – кровь прилила к его щекам.

Он еле слышно выдавил:

– Я знаю, что они не бесчувственные.

Он знал. Более того – Игорь прекрасно понимал, что отец поступил как ответственный, принципиальный госслужащий. Не отдал данные миллионов людей террористке, даже когда та угрожала его сыну.

Кроме того – как Игорь сам справедливо заметил ранее – не было никакой гарантии, что Шия отпустила бы его живым, получив сертификаты. Другими словами, отец мог потерять и ГЛАЗ, и сына, если бы поддался на шантаж.

Получается, отец поступил правильно, рационально. Легко ли ему было совершить этот выбор? Игорю хотелось верить, что нет. Бэлла считала, что нет. Как было на самом деле, неизвестно.

– И все-таки Шия правду сказала, – хмуро продолжил Игорь, – несмотря ни на что… несмотря на ее методы. Она права относительно ГЛАЗ и моих родителей. Я прекрасно осведомлен обо всем.

– Бедный Игорь, – с наигранно скорбным выражением лица протянул Рафаэль. – Нелегко тебе, наверное, со всеми этими миллиардами…

– Рафаэль, – шикнул Борис.

– Я никогда не считал себя жертвой, – усмехнулся Игорь. – И никаких иллюзий тоже не питал.

– В начале, по крайней мере, они были идейными, – подала голос Нина. – Судя по декларации, мать не мечтала о тотальном контроле. Наоборот, понимала невозможность контролировать собственные творения.

Игорь промолчал, хотя был согласен.

– Отец тоже идейный, – продолжала Нина. – Если бы он был обычным коррупционером, парадоксально – он, скорее всего, отдал бы Шие все, что она хотела.

Игорь снова был согласен.

– Ему ведь пришлось совершить страшный выбор, которого попросту не должно было быть, – заметила Нина. – Даже я это понимаю…

Игорь поднял на неё изумленный взгляд. Он никогда не слышал, чтобы кто-то говорил о его отце с жалостью.

Неожиданно Игорь и сам испытал подобие жалости к родителю – впервые в жизни. Каким бы отец ни был, что бы он ни чувствовал, такого жестокого выбора не должно было быть!

Рафаэль и Борис, между тем, не могли поверить, что начальница так долго говорит на абстрактную тему. И не просто на какую-то тему! Она спекулировала о чужих чувствах, чего вообще не случалось на их памяти!

– Наверное, действие обезболивающих, – шепнул Рафаэлю Борис.

Нина и не думала останавливаться:

– Короче, злодеями они мне не показались. Возможно, просто попали в систему, где ценятся определенные качества, поступки. Адаптировались к ней. А дальше – как с космическим мусором. Никто не проектирует спутник с мыслью, что через двадцать лет он станет угрозой для туристических кораблей.

– Система плохая? – иронично осведомился Рафаэль.

– Да. Что не снимает личной ответственности, конечно.

Договорив, Нина встала с дивана, оглядела всех и огласила:

– Мы можем сидеть здесь, в этой каюте, и ждать космическую полицию. Правда, я не уверена, что полиция знает наши координаты. Роберт мог отключить транспондеры и систему передачи телеметрии. Поэтому есть вероятность, что быстрее полиции сюда явятся Роберт с Шией.

После паузы Нина продолжила:

– Мы также можем вернуться на «Надежду»…

Заметив страх на лицах, она договорила:

– …и я сделаю все, чтобы Роберт и Шия не убили нас ракетами.

Борис поспешил заверить Игоря и Бэллу:

– Нина очень хороший пилот.

– Если в рубке никого нет, мы могли бы разрушить панель управления с помощью лазера, – неуверенно предложил Игорь. – Тогда они не смогут расстрелять нас ракетами, наверное…

Идея понравилась всем.

***