– Что-то здесь нечисто… – зарычала Шия. – Не двигаться!

Автомат, с которым она не расставалась, был направлен на шеренгу пленников.

– Вы остаетесь здесь! Никто никуда не уходит!

Почему у всех настолько обескураженный вид? Каким образом Александр, здоровый и полный сил мужчина с напечатанными на 3D принтере органами, упал замертво?

Шия подобрала с пола разблокированный планшет и проверила его. Успел ли Игорь ввести какой-то код, пока она не контролировала устройство?!

Вроде бы нет. Руки связаны у всех – как и раньше. Экран планшета не изменился…

Шия скомандовала Олегу снова привязать всех к стульям. Игорь немного переживал за Бэллу, в руках которой был цилиндр, но она ловко спрятала его в рукаве.

Камер в каюте не было, и террористка призадумалась.

Что-то важное произошло, пока их не было, но она не могла взять в толк, что именно. Что-то изменилось, и дело было даже не в смерти Александра.

Однако слишком долго размышлять Шие не хотелось – она уже давно потеряла терпение.

Сунув планшет Игорю под нос, женщина безапелляционно заявила:

– Интернет работает. Звони отцу – иначе вас всех ожидает мучительная смерть. Я начну с того, кого мне жаль меньше всего, – Шия указала на Михаила, который сразу боязливо поежился. – Следующей будете вы, Бэлла. Во-первых.. возраст. Во-вторых… ученых лично мне больше жаль, чем вас. Затем будут убиты Рафаэль, Борис и наконец Нина. Я постараюсь каждому сделать очень больно. Они умрут мучительной смертью – из-за тебя, Игорь.

Стальные, безжалостные нотки в голосе Шие заставили всех – не только пленников – затрепетать от страха.

Игорь, однако, не мог не думать о цилиндре в руках Бэллы. По разговору старика с женой выходило, что это ключ к спасению. Игорь встретился взглядом с Бэллой, словно спрашивая, так ли это. Она еле заметно кивнула.

– Госпожа Шия, пожалуйста, не убивайте меня, – пролепетал Михаил. – Мы же цивилизованные люди… Мы же можем договориться.. А еще я могу рассказать…

Игорь мгновенно догадался, что собирается рассказать Михаил. Он наверняка хотел выменять собственное спасение на историю о цилиндре, вытащенном из груди Александра.

Чтобы не дать ему этого сделать, Игорь громко объявил:

– Звоню отцу. Вы ведь этого хотите, так?!

Не дожидаясь ответа Шии, парень назвал еще один десятизначный код.

***

На экране появилось изображение старинной телефонной трубки. Заиграла расслабляющая музыка, похожая на ту, что звучит, когда пытаешься дозвониться в государственное учреждение.

Игорь звонил по номеру, которым никогда до этого не пользовался; это был номер на случай крайней необходимости.

– Кто это? – спросил голос, когда музыка оборвалась.

– Требуется срочный разговор, – безэмоционально ответил Игорь.

– Соединяю.

…Седовласый мужчина с небольшой, полностью белой бородой, лицо которого было знакомо всем или почти всем на земном шаре, ни капли не похожий на Игоря, возник на экране.

Он устало, спокойно и даже несколько равнодушно оглядел картину, которая открылась перед ним.

Террористка заговорила:

– Здравствуйте.

– Здравствуйте, Шия.

Обращение по имени если не выбило почву из-под ног женщины, то слегка ее пошатнуло.

– Вижу, у вас мой сын. Вам нужны деньги? – приподняв брови, поинтересовался мужчина.

– Нет.

– У вас какие-то… политические требования?

– Нет.

– Тогда что?

– Мне нужен пакет регистрационных сертификатов и ключ подписи для подключения нового узла к инфраструктуре ГЛАЗ.

Услышав это, мужчина впервые по-настоящему внимательно взглянул на собеседницу. На его лице мелькнуло подобие улыбки.

– Хотите быть всесильной, Шия? Мечтаете получить доступ к базам данных? Знать все обо всех? – слегка заговорщически спросил он.

– Это вас не касается, – отрезала Шия.

Отец Игоря задумался, посмотрев куда-то вбок, а затем поинтересовался как ни в чем не бывало:

– Вы ведь его уже запустили? Ну, орбитальный вычислительный узел?

Шия хмуро молчала.

– Я просто знаю, что Игорь сейчас в космосе… – пояснил мужчина. – А вы просите сертификаты регистрации узла… Одно с другим несложно соединить.

Шия продолжала молчать.

– Речь ведь о спутнике, правда? – уточнил он.

По ее реакции он понял, что угадал, и вздохнул.

– Понятно. Ваши бы таланты, да в нужное русло…

– Игорь умрет, если не дадите сертификаты, – отрезала Шия. – Все зависит от вашего решения.

– Отнюдь. Все зависит от вашего решения, Шия, – последовал ответ. – Это у вас в руках оружие, а не у меня.

– Вы готовы пожертвовать сыном?

– Не готов.

Глаза Игоря округлились. Он не верил своим ушам.

– Тогда отдайте сертификаты, – потребовала Шия.

– Нет.

«Это уже чуть больше похоже на правду», – отметил Игорь.

– Вы жертвуете сы…

– Я и не жертвую сыном, – перебил ее мужчина, в голосе которого не слышалось ни злости, ни отчаяния. – Это вы требуете принести его в жертву.

Последовала длительная пауза.

Шия пристально смотрела собеседнику в глаза. Тот больше ничего не говорил, словно и впрямь ждал ее решения.

Опытный переговорщик, ничего не скажешь!

Игорь даже слегка восхитился виртуозным умением отца переложить ответственность на другого – качеством, которое в личном общении неоднократно доставляло ему боль…

Шия скривила губы и сухо произнесла:

– Интересная у вас семья. Игорь, кстати, предполагал, что вы не отдадите сертификаты. Отказывался вам звонить. Говорил, лучше умереть с достоинством.

Не дождавшись реакции, Шия продолжила:

– Как он сказал?.. «Хороший план, но ты исходишь из предпосылки, что родители меня любят». Мне пришлось пообещать мучительную смерть всем этим людям, – она повернула планшет вбок, – чтобы заставить его позвонить вам.

Шия обратилась к Игорю:

– Какие-то последние слова? Мне? Отцу?

– Нет.

Короткий холодный ответ Игоря удивил Шию не меньше, чем поведение его отца. Пару секунд она вглядывалась в каменное лицо пленника.

Седовласый мужчина, между тем, вздохнул и грустно заметил:

– К сожалению, мое мнение об Игоре всегда было гораздо выше, чем его мнение обо мне.

Услышав это, Игорь не смог сдержать сдавленной усмешки. Даже сейчас, даже в такой – особенно в такой – ситуации родитель предпочитал разговаривать цитатами из старых фильмов. Причем в третьем лице, не обращаясь напрямую к нему.

Ничего другого от отца Игорь и не ожидал.

– А я кое-что скажу, – произнесла Шия, разворачивая планшет к себе. – В жизни справедливости нет – это я уже усвоила. Но после смерти, надеюсь, вы будете гореть в аду. За свои грехи. В первую очередь – за Университетскую трагедию.

Нижняя губа Шии дрогнула, а ее голос охрип:

– Я была в той аудитории. На том экзамене. Я выжила, в отличие от многих моих друзей. Я знаю о ваших грязных экспериментах с прототипами ГЛАЗ. Знаю о манипуляциях. Знаю, как вы пытались замести следы. Это ведь вы распорядились убить в тюрьме единственного выжившего стрелка? Чтобы он случайно не ляпнул ничего на суде? Наверняка вы… Потом охотились на меня с помощью своего монстра, ГЛАЗ. Посадили моих соратников – за то, что они хотели знать правду. Вы не отец нации и не спаситель! Вы истязаете миллиарды людей ради собственного обогащения. На ваших руках – кровь. А началось все с Университетской трагедии. Горите в аду вместе со своей женой.

Мужчина слушал ее внимательно, не пытаясь возражать. Шия и не ждала от него слов. Договорив, она оборвала связь.

***

Тяжелая тишина воцарилась в каюте капитана.

Игорь серьезно обдумывал слова Шии. Остальные пленники в страхе ожидали своей участи – кроме, разве что, Нины, которая никогда не нервничала раньше времени.

Нарушила тишину именно она:

– Я читала об Университетской трагедии – она произошла за несколько лет до того, как я поступила в вуз. Мы с вами, видимо, в одном учебном заведении учились, только на разных факультетах...

Вена набухла на правом виске Шии – лицо женщины дрожало от ненависти.

– Никогда не забуду, как я вылезла из-под парты и увидела, что эти звери сделали с моим потоком… – выдавила Шия. – В книгах о Холокосте иногда бывают фотографии. То, что я увидела, выглядело примерно так же. Слой мертвечины. Только в книгах незнакомые люди. А я увидела трупы друзей…

Ей пришлось остановиться, чтобы сделать несколько тяжелых вдохов.

– Я стала копать… Оказалось, – Шия насмешливо повысила голос, – команда разработчиков ГЛАЗ – куда входила твоя мать, Игорь, – хотела узнать, как изменение интернет-алгоритмов повлияет на людей, склонных к насилию. Им хотелось узнать, понимешь? Они нашли людей, склонных к насилию! Изменили алгоритмы! И вот, узнали.

Шия молча прошлась по каюте, а затем обернулась к Игорю и медленно проговорила:

– Единственный, кто мог рассказать об этом, скончался в тюрьме. Повесился, когда камеры перестали работать. Очень вовремя! Позже у меня появился еще один свидетель, тяжело больной. Он умер гораздо быстрее, чем ожидалось, – после того, как поговорил с нами!

Каждое слово Шии было выстраданным – тяжелым, как камень.

– Поговаривали, что Университетская трагедия была нужна именно для того, чтобы люди потребовали внедрения системы типа ГЛАЗ. Тут уж у меня доказательств нет, – закончила Шия. – Если это так, то у твоих родителей – ценой десятков жизней – получилось обмануть всех. Даже меня. Я ведь тоже агитировала за ГЛАЗ.

Она усмехнулась, вспомнив далекое прошлое – свои интервью и дебаты…

– Не знаю, Игорь, в курсе ли ты, чем занимается твой отец и как он расправляется с оппонентами… Однако об этом мне пришлось бы рассказывать слишком долго. Наше время подходит к концу.

Шия вскинула автомат.

– Нет, нет, – в голосе Нины впервые послышались тревожные нотки. – Не надо. Это неправильно!

– Замолчи, – только и бросила женщина. – На моем месте ты бы поступила так же, если бы речь шла о твоей мечте.

– Мне очень жаль, – хмуро выдавил Игорь, и Шия замерла.

Он поднял на нее глаза и искренне, с чувством продолжил:

– Мне правда очень жаль! Твои однокурсники должны были жить! А виновные должны были понести наказание. Манипуляции, контроль, слежка – это безнравственно. Ты абсолютно права. Убей меня, если тебе станет легче. Но, пожалуйста… – взмолился Игорь, – пожалуйста… отпусти остальных.

Шия вдруг прочла на лице парня неподдельное сочувствие. Она не ожидала этого – и слегка отшатнулась.

Игорь сочувствовал ей – вместе с ней проживал ее боль и не оправдывал своих родителей. Он по-настоящему ее услышал!

Женщина запаниковала. Игорь смотрел ей в лицо прямо – в его глазах не было страха.

Убийство невиновного Игоря стало слишком похоже на наказание, кару для его родителей – ту самую жертву, о которой говорил отец; глупую попытку компенсировать одной смертью другие. Убийство не имело смысла – и Шия в полной мере вдруг ощутила эту бессмысленность.

Выстрелить в бесстрашного человека она не решалась, а Игорь не собирался облегчать ей задачу. Так они и замерли на пару секунд. Неизвестно, чем бы все закончилось, –

– но вдруг планшет Игоря стал вибрировать. Вместо имени на экране отображался код.

– Что это? – произнесла Шия.

– Это… моя мать, – удивленно ответил Игорь.

***