— Как он только посмел?! — бушевала мать. — Уорфорд, а ты как мог?…

— Должно быть, его парик сбил меня с толку, — объяснил отец. А затем, как всегда случалось в преддверии бури, сообщил, что у него назначена встреча, и исчез.

По счастью, новость о необычайном процессе над Вороном Рэдфордом он принес, когда в гостях у Уорфордов сидела бабушка Дора. Даже леди Уорфорд не удалось бы разыграть трагедию под громовой хохот пожилой дамы.

— Вот видишь, Клара! — сказала мать, пока леди Экстон утирала слезы с глаз. — Мы станем посмешищем. У всех пасквилянтов будет праздник!

— Если согласитесь на этот шутовской суд, очень может быть, — заметила бабушка Дора. — Я бы на вашем месте не соглашалась. По-моему, вам за этого молодого человека надо хвататься обеими руками и не упускать. Другого такого зятя вы за всю жизнь не найдете!

— Очень на это надеюсь, — отрезала мать. — Зять-барристер! А его отец? Чудак, женатый на разведенной! Не удивительно, что так и остался без титулов. Худшего жениха Клара выбрать не могла, даже если бы искала с самого рождения!

— Он спас Кларе жизнь, а вас беспокоят титулы? — воскликнула бабушка Дора. — Какие еще нужны доказательства, что этот джентльмен — достойный человек и любит вашу дочь?

— Вопрос не в его достоинствах, — заметила Клара. — Вопрос в том, ЧТО СКАЖУТ ЛЮДИ.

Мать смерила ее взглядом, означающим, примерно: «О неблагодарная дочь!»

Клара внутренне поморщилась. Соображения матери были не совсем лишены смысла. Как мать самой красивой и завидной лондонской невесты леди Уорфорд вызывала у окружающих зависть, ревность, негодование и немало иных недружелюбных чувств. Многие в свете все отдали бы за то, чтобы насладиться ее унижением. О скандальном мезальянсе ее дочери будут судачить, отпускать шуточки и выражать фальшивые соболезнования… может быть, не вечность, но достаточно долго. И это будет очень, очень болезненно.

Леди Экстон смотрела на дело по-другому.

— Надеюсь, вы не о том беспокоитесь, что скажет леди Бартэм? Позвольте напомнить, вы маркиза Уорфорд. Какое вам дело до того, что говорят другие? Особенно женщины невеликого ума, у которых вся жизнь проходит в сплетнях, поскольку ни на что более серьезное они не способны?

Краткое и точное описание того, что так душило Клару в так называемой светской жизни: разговоры, состоящие из одних нескончаемых мелочных сплетен.

— Приятно слышать, что вы, тетушка, можете себе позволить пренебрегать мнением света, — парировала мать. — Но нам, простым смертным, приходится в нем жить. И некоторые из нас не стремятся стать предметом жалости или плохо скрытых насмешек.

Леди Экстон поднялась с места.

— Фрэнсис, вы меня разочаровываете. Сильный, здоровый, умный, амбициозный молодой человек готов идти на любое унижение ради вашей дочери, а вы думаете только о том, что скажут ваши приятельницы! Не знаю, смеяться или плакать. Клара, пойдем, ты меня проводишь.

— Не вздумайте везти ее к себе, тетушка! — воскликнула мать. — Вы, уж простите, скажу прямо, причинили ей уже достаточно вреда!

— Я? П-ф-ф! — И бабушка Дора величественно выплыла за дверь, а Клара за ней следом.

— Ради твоего блага, моя дорогая, буду молиться, чтобы этот процесс мистер Рэдфорд выиграл, — сказала леди Экстон своей двоюродной племяннице, когда они вышли в коридор. — Можно было спорить и дальше, но когда я поняла, что речь лишь о том, что станут говорить в свете, решила лучше поберечь голос. Нет на свете ужаса столь всеобъемлющего и неуязвимого для доводов разума, чем ужас перед тем, что над тобой будут смеяться и притворно жалеть. Чем пойти на такое, твоя мать скорее примет яд.

Если бабушка и преувеличила, то совсем ненамного.

— Вы сделали все, что могли, — сказала Клара. — Дальнейшее оставим мистеру Рэдфорду. Уверена, ему случалось браться и за более сложные дела.

Браться-то случалось, но всегда ли получалось выигрывать?

Видимо, сомнения Клары отразились на лице, поскольку бабушка Дора добавила:

— Не беспокойся, моя дорогая! Он спас тебя от смерти, а с твоими родителями уж как-нибудь справится!

— Не уверена, что это проще, — ответила Клара. — И что, если у него не выйдет?

— О, не сомневаюсь, тогда ты выкинешь что-нибудь отчаянное… отчаянное и интересное!