Шутку леди Клары о том, что Рэдфорд заговорит злодеев до смерти, он пересказал отцу. В тот момент его поглощала тревога и необходимость все держать под контролем. Но, когда он рассказывал об этом разговоре отцу, оба смеялись от души.

Джордж Рэдфорд чувствовал себя скверно: не жаловался, но по лицу было видно, что его терзает боль. Он полулежал на диване в библиотеке у окна, откуда открывался вид на реку.

Однако теперь за окном сгустился мрак; а Рэдфорд знал, что его приезды отвлекают отца от боли и сопутствующего ей уныния. Так что он говорил без умолку: делился почти всем (как всегда), умалчивал лишь кое о каких деталях (так тоже делал часто). Сегодня он умолчал о том, как поцеловал леди Клару. Впрочем, по вопросам, которые задавал ему отец, Рэдфорд понимал, что мозги у родителя по-прежнему работают как часы.

— Разумеется, стоит взять с собой леди Клару, — заметил Рэдфорд-старший. — Ты ведь сам рассказывал, как она отходила Резуна кнутом!

В первый раз рассказывая свою историю в кабинете Уэсткотта, ее милость об этом не упомянула, должно быть, не видела связи с исчезновением Тоби. Рэдфорд узнал об этом, только расспросив Бриджет, и понял, сколько говорит эта история о леди Кларе. Бриджет после этого случая смотрела на нее, как на божество, и именно поэтому ей доверилась. Так началась эта нелепая охота за мальчишкой.

— Да, она не робкого десятка, — признал Рэдфорд.

— Я никогда не верил, что с женщин надо пылинки сдувать, — сказал его отец. — Как неоднократно и по разным поводам указывала мне твоя мать, женщины не дети, хоть из них и стараются сделать вечных детей.

Ему было что сказать о женщинах; и Рэдфорд, собиравшийся провести у отца всего час-другой, сидел с ним за разговором, пока отец не задремал. Тогда и он сам уснул в кресле возле дивана — прибежища больного старика.

К несчастью для самого отца, но к счастью для Рэдфорда, сон у старика был беспокойный. Отец и разбудил Рэдфорда, чувствительно постучав тростью ему по лодыжкам.

— Просыпайся, просыпайся! Что с тобой такое? Пропустишь свое свидание!

Через несколько минут Рэдфорд уже мчался в Лондон. Он прибыл в Вудли-билдинг, когда небо на востоке окрасилось первыми розоватыми отблесками зари. «Времени еще полно!» — сказал себе Рэдфорд, взбежав по лестнице и врываясь в свои жилые комнаты.

Здесь спал в кресле Уэсткотт.

Когда Рэдфорд вошел, адвокат проснулся.

— Как твой отец? — спросил Уэсткотт.

— Можно сказать, не так уж плох, — ответил Рэдфорд. — По крайней мере, не унывает. Я у него уснул. Должно быть, я все же устал.

— Боюсь, у меня новость, которая утомит тебя еще сильнее, — сказал Уэсткотт. Подошел к камину и достал письмо, воткнутое между парой фарфоровых лягушек-дуэлянтов, дерущихся друг с другом на каминной полке.

Письмо он передал Рэдфорду. Тот быстро развернул его и прочитал.

Ее светлость герцогиня Малверн скончалась в результате выкидыша.

Рэдфорда немедленно вызывали в резиденцию герцога.