То, что мы с Кириллом помирились, сделало меня почти счастливой. Я так устала от нашей глупой ссоры и от переживаний, что с облегчением выдохнула, когда мы смогли поговорить в кафе. Я честно рассказала ему обо всем — кроме того, что он нравится мне, конечно же. Можно сказать, душу открыла. И Кирилл тоже был со мной искренним — поведал мне обо всем.

О себе.

Об этой Кате.

О своей любви к ней.

Если честно, я была не готова к этому. К тому, что услышу историю его чувств к ней. И чем больше Кирилл говорил о ней, с тоскливой полуулыбкой глядя в стену, тем больнее мне становилось.

Его история любви была банальной и несчастливой. Он полюбил девушку, у которой был другой, пытался их разлучить, но не смог этого сделать. В итоге больше они не общаются, и она выходит замуж за другого. Она счастлива, а он — в стороне.

Кирилл говорил, говорил, говорил, и я все больше понимала, как он одинок. При всей своей популярности и огромном количестве фанатов во всем мире он оставался один, и единственными его по-настоящему близкими людьми были его друзья из группы.

Я оставалась спокойной, но мои чувства скакали — от искренней жалости до злости, когда Кирилл говорил, какая милая и чудесная его Катя. Я не знала ее — лишь видела один раз, однако чем больше он рассказывал про нее, ее взгляд, улыбку и смех, тем сильнее она меня раздражала. Не как человек, а как образ в его душе, призрак любви, которому он поклонялся, не понимая, что ни к чему хорошему это не приведет. Мне хотелось изгнать этого призрака, но я не знала, как это сделать. И молча злилась еще больше, и даже не знаю, на кого: на него, на себя, на нее. А может быть, на стечение обстоятельств.

Наверное, я ревновала его. Но не хотела этого показывать.

Моя ревность не имела никакого значения.

Несколько часов мы провели с Кириллом в игре за покер — я его обучала. То ли он был очень глупеньким, то ли я — слишком умной, но Кирилл с трудом запоминал комбинации и вечно допускал ошибки. Нет, я, конечно, не была звездой покера, но играть умела — научили друзья, еще лет в пятнадцать. Помню, мы всей нашей компанией дружно играли в покер во дворе дома одной моей подружки — у ее семьи был огромный частный дом и замечательный сад. Мы часами, до первых звезд, сидели под навесом, за длинным столом, и веселились. Правда, у нас был запрет — никогда не играть на деньги. Зато сколько желаний мы проиграли друг другу! Помню, мне пришлось обнять незнакомого парня, выпить залпом бутылку воды и даже бегать по улице в мешке из-под картошки. Веселое было время, светлое. И я была совсем другой — азартной и смелой девчонкой, которая верила в то, что мечты сбываются, а любовь длится вечно. Жаль, от этого времени остались одни воспоминания.

К концу вечера Кирилл почти освоился в игре и перестал так ужасно тупить. И даже предложил поиграть на раздевание.

— Зачем мне это? — расхохоталась я, с ногами сидя на диване напротив Кирилла — он примостился на полу, а на низком журнальном столике между нами лежали фишки и карты.

— Проиграешь — и разденешься, — весело ответил парень.

— А если ты проиграешь?

— Сам разденусь…

Я засмеялась громче. В этот вечер я вообще смеялась столько, что, кажется, даже накачала пресс.

— Очень мне это нужно!

— Между прочим, лапуля, за голого меня на фото дают большие бабки, — сделал вид, что оскорбился, Кирилл. — Хотя, конечно, за рожу Окта — в разы больше.

— Кстати, а как там Октавий? — вспомнилось мне, что мы давно не делали совместных фото, дабы доказать его другу, что пара.

— Не знаю, — пожал плечами Кирилл. — Пока что не выходит на связь. Потом ему позвоню, не отвлекайся. Скажи лучше, будем на раздевание играть или нет?!

— Нет, — весело ответила я.

— А на что будем? — заныл он. — Просто так неинтересно…

— А на что хочешь? Кроме раздеваний, пожалуйста. Я твою красоту не вынесу…

— На любовь, — блаженно улыбнулся Кирилл и развязно мне подмигнул, чтобы я поняла, на что он намекает. — Я классный в постели. Ну и не только в ней, я вообще офигенный.

— Извращенец, — отмахнулась я.

— У меня давно никого не было, а ты красивая, — вкрадчиво продолжал Кирилл.

Я задумчиво на него посмотрела и убрала за ухо прядь волос.

— Вот знаешь, ты вроде бы комплимент сказал, красивой назвал, а вроде как и оскорбил.

— Я?!

— Ты-ты. Я, что, только на это и гожусь? Чтобы со мной спать? — усмехнулась я, хотя на самом деле просто пыталась скрыть смущение. Не из-за предложения Кирилла, а из-за того, что… я боялась оказаться в его власти. Если мы проведем вместе ночь, он станет моим наркотиком. Я точно это знала. Я буду хотеть его еще и еще. Но однажды не получу и начну загибаться от тоски.

— Ладно, понял свою ошибку, — поднял ладони вверх Кирилл, словно показывая, что сдается. — Давай играть на желание.

— Давай, — согласилась я и выиграла. Ну, разумеется, как могло быть иначе? Я собрала сет из трех дам, а он — ничего.

— Ну что, готов выполнять мое задание? — насмешливо спросила я.

— Всегда готов! — приложил руку к виску Кирилл.

— Извинись перед Мишей.

Лицо Кирилла вытянулось.

— Лапуля, ты офигела? Не собираюсь.

— Ты проиграл желание, — ответила я твердо. — Так что, будь добр, извинись перед Мишей. Мне было очень неудобно перед ним.

Я действительно хотела, чтобы они нашли общий язык — все-таки Миша был неплохим человеком. И… Ну ладно — мне хотелось с ним поиграть. Не знаю, откуда это взялось.

— Да за что?! — заорал Кирилл.

— За то, что облил колой хотя бы. Карточный долг — священен. Надеюсь, ты сделаешь то, что я говорю.

— Ну ты и стерва, лапуля, — почти с восхищением ответил Кирилл. — Воспользовалась мной! Знала ведь, что я не умею играть!

— Ты сам захотел играть на желания, — пожала я плечами.

Кирилл смерил меня недобрым взглядом и сорвался с дивана — ураганом пронесся в прихожую, хотя я думала, что он не пойдет извиняться. Я даже не рассчитывала на это! Просто хотела приколоться.

— Ты куда? — побежала я за ним.

— Выполнять твое пожелание, лапуля. Извинюсь перед Грядкой, — выплюнул Кирилл.

— Прямо в домашней одежде? — всплеснула я руками.

— А чего мне стесняться? Он — не красивая девушка, чтобы я ради него наряжался.

— Я пойду с тобой, — решила я, наскоро обулась и помчалась следом.

Мы молча спустились на лифте и вышли из подъезда. На улице заметно похолодало.

— Мне нужно просто извиниться? — спросил Кирилл.

— Да.

— И больше ничего?

— Ничего.

— Никаких пожеланий? — уточнил он.

— Не смей его бить или обзывать, — добавила я поспешно. Его решительный настрой мне не нравился.

— Я не варвар, — заявил Кирилл и направился прочь от меня, а мне опять пришлось за ним бежать.

Миша все еще находился в своем цветочном салоне — заворачивал шикарные эквадорские розы в букет для покупателя, мужчины в возрасте, облаченного в деловой костюм. Увидев меня, Миша удивленно улыбнулся и знаком дал понять, что подойдет ко мне, как только освободиться. Однако следом увидел Кирилла, засунувшего руки в карманы джинсов и что-то беззаботно насвистывающего, и на его лице появилась досада.

Едва только покупатель с розами ушел, как Миша оказался рядом с Кириллом, рассматривающим хризантемы.

— Зачем пришел? — агрессивно спросил тот.

— На тебя посмотреть, полюбоваться, — огрызнулся Кирилл, но я тотчас встала между ними.

— Кирилл, молчи, — прошипела я и перевела взгляд на Мишу. — Мы пришли извиниться!

— Что? — удивился парень.

— Извиниться, — терпеливо повторила я. — Кирилл!

— Что? — нехотя повернулся ко мне музыкант.

— Давай. Делай, что должен, — улыбнулась я, и этот придурок театрально поклонился в пол три раза, причитая:

— Прости, батюшка! Христа ради! Не губи сиротинушку!

— Это что? — нахмурился Миша, а я прикусила губу. Не стоило мне загадывать это желание. Вот козел, все испортит!

— Кирилл шутит. Да, Кирилл? — выдохнула я, гневно на него глядя. — Извинись нормально.

— Извиняюсь нормально, — закатив глаза, повторил он за мной.

— Лучше просто свали из моего салона, — обозлился Миша. Кажется, особой выдержкой он не обладал, хотя мне казалось иначе.

— С удовольствием.

— Кирилл! — повысила я голос. — Мы же договорились.

Его чуть не перекосило, но он нашел в себе силы сказать:

— Сорри за «колу». Надеюсь, тебе удалось слизать ее с себя и насладиться вкусом.

— Вот урод, — покачал головой Миша, а мне стало совсем стыдно.

— Миссия выполнена, противник уничтожен. Я пойду. Кстати, пробей мне это. — И Кирилл лениво кинул на кассу пакетик удобрений, на которых крупными желтыми буквами было написано «Для цветущих растений».

— Зачем тебе это? — усмехнулся Миша.

— Тебе подарить хочу. Чтоб ты себе корешки удобрил, мистер Одуванчик или как там тебя. Хочу, чтобы ты цвел и пах.

На этом Кирилл развернулся и ушел, успев крикнуть через плечо:

— Жена, расплатись!

— Жена? — переспросил Миша.

— Он лжет. Никакая я ему не жена.

— Расстанься с ним, Наташа, — нахмурился парень. — Мне обидно, что такая красивая и яркая девушка встречается с таким неадекватом.

— Все в порядке, не беспокойся, — ответила я.

— Как я могу не беспокоиться, если у меня нет даже твоего номера? — воскликнул Миша. — И я не знаю твоих соцсетей!

— Я дала тебе свою почту, — улыбнулась я. Когда я сегодня заходила к нему, чтобы извиниться и объясниться, Миша очень просил мой номер — но я не могла его дать. Телефон так и был отключен. Я прекрасно понимала, что стоит его включить, как меня найдут. А давать данные своего фейка, с которого общалась с подругами, не хотелось. Поэтому я обошлась почтой, которой пользовалась уже лет десять, не меньше.

— Отвечай мне, когда я буду тебе писать, — улыбнулся Миша. — И, если твой дебил начнет тебя обижать, дай мне знать. Научу его манерам.

— Все хорошо, правда. Спасибо за заботы и доброту. И еще раз извини за инцидент с колой.

— Все в порядке. Я отошел. Почти, — отозвался парень.

— Найди себе девушку, которая будет тебя любить, — похлопала я его по плечу. — Ты классный!

— Вообще-то я нашел тебя.

В ответ я лишь покачала головой.

— У нас ничего не получится.

— Знаю. Но если все-таки в твоей голове что-то встанет на место, и ты бросишь этого козла… Сообщи.

— Сообщу, — рассмеялась я. Мы поболтали еще немного и расстались. Я ушла к Кириллу, который пинал клумбу возле входа. Мне действительно было жаль, что с Мишей не срослось.

— Любезничала с растением, — пробурчал Кирилл, когда я спустилась к нему.

— А теперь полюбезничаю с овощем, — ответила я ему.

— С каким еще? А, — дошло до него. — Какая ты остроумная, лапуля. Куда смеяться?

— Купи мне мороженое, — заявила ему я, почему-то находясь в хорошем настроении. И взяла его под руку. Как будто он был моим парнем.

— Какое? — вздохнул Кирилл, не убирая руку, и мы неспешно пошли вдоль по многолюдной и ярко освещенной улице.

— Фисташковое. Там! — ткнула я пальцем в неоновую вывеску «Мастерская крафтового мороженого».

Он покорно повел меня внутрь и был таким милым, что я потеряла бдительность. Когда мы вернулись домой после небольшой прогулки, я зачем-то пошла у Кирилла на поводу и снова села играть с ним в покер. И это была моя самая большая ошибка.

Счастливая и с усыпленной бдительностью я вернулась домой вместе с Кириллом. Честно говоря, про покер я совершенно забыла и вспомнила только тогда, когда мы оказались в гостиной, из которой выбежали, забыв выключить свет, и Кирилл заметил фишки и карты.

— Чувствую себя тупым, — вздохнул он. — Проиграл в карты.

— В покер, — поправила его я. — Для первого раза ты играл неплохо.

Конечно, он играл ужасно, но я решила похвалить его. Пусть мальчик радуется.

— Ну конечно, — не поверил мне Кирилл. — Ты все время хихикала, прикрывая картами губы. Думаешь, что я идиот.

— Не думаю я так, — отмахнулась я. Я хотела предложить ему вместе посмотреть «Короля льва», о котором мы разговаривали на прогулке, однако он опередил меня:

— Наташ, напомни мне еще раз комбинации? — попросил он, усаживаясь на диван. — Хочу отыграться.

Я едва не рассмеялась — ну какой милый, а! Как не хочет оставаться проигравшим. У Кирилла был такой побитый вид, что я согласилась. Почему бы не погладить его эго? Нет, поддаваться не стану, но попробовать стоит!

— А сможешь? — улыбнулась я, подавляя желания потрепать его по волосам.

— Буду пытаться! Я, может, не самый умный в мире, но очень старательный. Знаешь, почему меня позвали в группу? Не из-за таланта, хотя я играю неплохо — по крайней мере, сейчас. Из-за упрямства. Я козерог. А козероги все упертые.

— Я лев. А львы все благородные. Так что давай попробуем еще раз, — кивнула я и напомнила комбинации и правила. Покер всегда казался мне простой игрой, в которую было не сложно выиграть — немного блефа, немного ума, немного удачи… Все просто!

— Блеф, ум и удача, — задумчиво повторил Кирилл. — Что ж, понял. Начнем?

— Начнем, — кивнула я. — На что играем? Снова на желание?

— Хочешь, можем на деньги? — предложил Кирилл, но я помотала головой. И мы начали.

На желания я не скупилась. Сначала Кирилл танцевал для меня. Потом бегал за свежей клубникой. Потом целовал свое отражение. Потом вымыл пол, тихо проклиная весь мир. Потом дал мне зайти в свой инстаграм и разрешил поболтать с парочкой фанатов, которые пришли в восторг от того, что кумир им ответил — правда, сам Кирилл остался недоволен, мол, я слишком ванильно отвечаю.

Он проигрывал и проигрывал, но не сдавался. Действительно, упорный малый.

— Я больше не могу ржать, — честно призналась я. — Давай перестанем! Я уже не знаю, что еще придумать.

— Можешь заставлять меня платить тебе деньги, — выдал он.

— Да ты помешался на своих деньгах, — отмахнулась я. — К тому же ты мне и так должен.

— Я все равно выиграю! — упрямо пообещал Кирилл. — Давай еще одну партию, лапуля!

И я согласилась. Только что-то пошло не так. Он вдруг выиграл — и у меня, и у него оказались пары, но его карты были старше. От радости Кирилл стал носиться по комнате, как сумасшедший.

— Я крутой! Крутой! — счастливо кричал он. — Я сделал тебя!

— Хватит мельтешить перед моими глазами, — раздраженно ответила я, думая, что это просто везение. — Какое желание мне выполнить?

— Какое? — Кирилл остановился и задумался. — Станцуй мне.

— Что? — глупо переспросила я.

— Что хочешь. Но красиво и чувственно. Танцуй для меня. Как будто других людей не существует.

Что ж, танец — не самое плохое желание. Я выполню его.

Я выбрала восточную мелодию — одну из любимых, зажигательную, наполненную страстью и в то же время нежную. Включила ее на телефоне Кирилла, оголила живот, завязав футболку, и оказалась в центре комнаты, готовая впустить музыку в свое сердце.

Когда-то давно, еще в Галазе, я училась танцу живота — ходила на курсы, мечтая подарить танец Сергею на день рождения или на нашу годовщину под песню Шакиры, которую я очень любила. Но этого так и не произошло. Он так и не увидел, как я танцую для него. Когда я уехала, на курс больше не ходила, но часто танцевала дома, надев наушники. И изредка ходила в клубы, где отдавала всю себя музыке, пытаясь забыться в ней и хотя бы до утра не вспоминать о проблемах. Я училась танцевать по видео-урокам в интернете, и, кажется, получалось это неплохо.

Ритмичные звуки наполнили комнату, и я глубоко вдохнула, прежде чем начала двигаться в такт музыке. Сначала я была скованной — под немигающим взглядом Кирилла тело словно деревенело, однако я приказала себе забыть о нем и расслабиться. Приказала себя улыбаться. И танцевать так, как обычно я танцевала в одиночестве или в толпе незнакомых людей. И тогда все стало получаться.

Я кружилась по комнате, утопая в мелодии, двигаясь то плавно, то разъяренно, как кошка. Двигала бедрами, вскидывала руки, делала волны, в каждую связку вкладывая энергию и от каждой проходки получая удовольствие.

Танец я закончила, ловко запрыгнув на диван к Кириллу.

— Молодец, лапуля, — зааплодировал он мне. — Классно двигаешься! Надеюсь, не только в танце.

— Иди ты, — проворчала я, вдыхая после бурного танца воздух губами.

— Классно я придумал, да? Танцуй мне так каждый день!

— Держи карман шире.

— Какая ты злая женщина, а! Что, еще раз сыграем или пойдем спать?

— Сыграем, добрый мужчина, — решила я. Больше ему не повезет. И уж теперь я отыграюсь на нем!

— Удвоим ставки? — предложил Кирилл.

— Два желания вместо одного?

— А лучше — три! Как тебе?

— Идет! — в азарте воскликнула я, и Кирилл радостно протянул мне руку, чтобы я пожала ее.

Началась новая партия. Она же последняя.

Не знаю. Не знаю, как так получилось, что я снова проиграла. Думала, глядя на печальное лицо Кирилла, что сейчас сделаю его. И с усмешкой раскрыла свои карты. Фулл хаус — одна пара и один сет. Я была уверена в своей победе. И я ставила все больше и больше фишек, пока не решила поставить все. Чтобы утереть ему нос.

— Ну что, готовься, котик, — хмыкнула я. А Кирилл принялся раскрывать свои карты по одной, и так театрально, что я повелась — затаив дыхание, следила за каждым его движением.

Десятка пик. Валет пик. Дама пик. Король пик. И… туз пик.

О боже, нет. Нет! Быть не может!

— Стрит флеш. Готовься, котик, — передразнил меня Кирилл совсем другим голосом — уверенным и дерзким, да таким тоном, будто бы то и дело собирал стрит флешы, хотя, клянусь, еще полчаса назад даже запомнить эту комбинацию не мог!

— Как? — только и спросила я.

— Ты сказала, что главное — блеф, ум и удача, но это не так, лапуля, — упиваясь собственной победой, ответил Кирилл. — Главное — играть с людьми, а не с картами. Тактика и терпение — вот залог победы. И немного ловкость рук, — почему-то улыбнулся он.

— Ты что, шулер?! — дошло до меня. Да он же развел меня! По всем правилам!

— Нет, конечно. Я музыкант. А вот один мой приятель-фокусник — профессиональный шулер. Научил меня кое-каким приемчикам, — рассмеялся Кирилл. Его лицо буквально сияло от радости.

Я вскочила на ноги. Так он с самого начала…

— Вот ты козел!

— Ну, лапуля, не переживай. Это нормально — проигрывать. К тому же я проиграл десять раз, а ты — всего один.

— Ты бы мог с самого начала сказать, что умеешь играть в покер! — взорвалась я.

— А ты бы стала тогда играть со мной? — улыбнулся он, как дьявол.

— Нет! — рявкнула я.

— Вот поэтому и промолчал. Ты была слишком жадной, поэтому и попалась, Боб твой дядя! — выдал Кирилл, глядя на меня, как на дурочку.

— Какой еще Боб?! — не поняла я.

— Это такое выражение, — спохватился он. — Что-то вроде «вуаля». И вообще, я играл честно. Просто все просчитывал, вот и все. Что ж, ты готова выполнять мои желания?

— И какое твое первое желание?

На его губах появилась зловещая улыбочка.

— А как ты думаешь, лапуля?

Меня пробрал холод. Да что этот придурок затеял?

— Прибить тебя. — Я все еще злилась. Не на него, а на себя. Попалась… Попалась, как ребенок!

— Признайся мне в любви, — велел Кирилл.

— Что? — едва не задохнулась я от возмущения.

— Признайся в любви и расскажи, почему ты меня любишь. Давай, давай, живее! Представь, что ты влюблена в меня, как кошка. Сыграй для меня эту роль. Ну же! — Он зачем-то выключил свет, оставив гореть лишь бра — это создавало почти интимную обстановку. И с размаху уселся рядом и заглянул в мое лицо. Я прикусила губу.

— Что за идиотское желание? — спросила я сердито.

— Можно подумать, твои желания были нормальными, — хмыкнул Кирилл. — Эй, только не вздумай кинуть меня! Я выполнил все, что проиграл. Все по-честному, лапуля. Я не делал ничего такого, из-за чего меня можно было бы назвать шулером. Просто… ты оказалась в тильте.

— Что это?

— Особое психологическое состояние, скажем так. Когда игрок не может принимать рациональные решения и подвержен азарту. Как ты. Я просто помог тебе войти в это состояние, — одарил меня широкой улыбочкой Кирилл. — Давай, начинай. Я спать хочу.

Мои пальцы забарабанили по колену.

— Давай, малышка, я думаю, у тебя получится, — подбодрил меня Кирилл. Вышло это абсолютно по-издевательски.

— Ладно. Хорошо. Я люблю тебя, — тихо сказала я. Говорить о чувствах мне не нравилось, а в любви я признавалась лишь однажды. Сереже, на берегу ночного моря. И единственными свидетелями моих слов были безмолвные звезды, что сияли над нами.

— Не слышу.

— Я тебя люблю! — повысила я голос, чувствуя, как почему-то вдруг сердце стало биться нервно и беспокойно. Кирилл улыбнулся. — Что, опять не слышишь? Я люблю тебя! — крикнула я, и вдруг сама подумала, что это был словно крик о помощи.

— Сильно? — спросил Кирилл с непонятной жадностью, не спуская с меня немигающих глаз.

— Сильно.

— Насколько сильно?

— Насколько можно любить море.

— И на что ты готова ради своей любви?

— На все… Хватит! — не выдержала я, не понимая, почему смотрю на него, как загипнотизированная, и отвечаю на эти вопросы.

— Тшшш, — прижал палец к губам Кирилл. — Помни, что ты в образе, ты любишь меня. Играй свою роль качественно. Чтобы я поверил.

Вот как? Сейчас сыграю. Сейчас так сыграю, ты облезешь!

Я подалась к нему и взяла за руку — он не ожидал этого и едва заметно вздрогнул.

— Знаешь, Кирилл, — хрипло заговорила я. — У меня есть тайна.

— Какая, Наташа? — шепотом спросил он.

— Ты — здесь. — Я приложила его ладонь к своей щеке. — Ты — в моей голове. В моей памяти, в моих мыслях. С той самой минуты, как я увидела тебя. С того самого мгновения, как почувствовала тебя. Сначала я этого не понимала. Но… Как только твои губы коснулись моих, там, в самолете, ты оказался еще глубже.

— Звучит пошло, — не смог не улыбнуться Кирилл, но его улыбка померкла, когда я положила его ладонь на левую сторону груди, чувствуя сквозь ткань футболки тепло, которое, казалось, заливало меня словно солнечный свет.

— Теперь ты здесь — в моем сердце. Когда ты бросил меня в самолете, когда я не знала, кто ты, я захлебывалась мыслями о тебе. Я столько плакала, Кирилл. Я безумно хотела увидеть тебя хотя бы еще раз — чудаковатого парня с накладной бородой, который целуется так, что внутри все замирает. А потом я встретила тебя вновь — наверное, это была судьба, не иначе. Уже в образе рок-звезды. И моя любовь стала ненавистью — это ведь так легко, всего один шаг. Когда ты так ужасно со мной поступил, я не знала, что делать и как теперь жить — все было разрушено. Но я начала все с чистого листа, потому что никогда не сдаюсь. И встретила тебя в третий раз — когда ты, поняв свою ошибку, прилетел ко мне. И навсегда украл мое сердце.

Я убрала его ладонь с груди и легонько подула на нее.

— Если бы я знала, где находится моя душа, я бы приложила твою руку к ней, — улыбнулась я, не сводя глаз с молчащего Кирилл. — Так сильно я тебя люблю — человека, который пообещал спасти меня. И который несмотря ни на что остается со мной, поддерживает и помогает. Я очень тебя люблю, хоть и знаю, что мы никогда не будем вместе. Но мне все равно. Главное, что сейчас ты рядом. А что будет потом… Плевать. Так сильно я тебя люблю, Кирилл, — закончила я.

— Почему ты решила, что мы не будем вместе? — вдруг спросила Кирилл.

Я победно улыбнулась.

— Потому что на самом деле я тебя не люблю, — пожала я плечами. — Спектакль закончен. Ты поверил, да?

И я звонко рассмеялась, хотя внутри со мной творилось что-то странное. И щеки горели так, будто меня по ним отхлестали тонкими прутьями.

Кирилл громко рассмеялся и захлопал в ладони.

— Браво! Браво! Ты прекрасная актриса, лапуля! Столько искренности в голосе! Я чуть не расплакался!

Я раскланялась, а он включил свет, возвращая все на свои места. Будто бы ничего этого и не было — ни моего подрагивающего голоса, ни его прожигающего насквозь взгляда.

— Доволен? — хмуро спросила я.

— Еще как доволен! Лучший спектакль в моей жизни! А теперь пойдем спать! Второе мое желание выполнишь ночью.

— Помни — ничего пошлого, — напомнила я, чувствуя досаду.

— Безусловно, — заверил меня Кирилл. — Доброй ночи, лапуля. Я позвоню в колокольчик.

— Какой еще колокольчик?!

— Поймешь, в какой. Кстати, в астрологию я не верю. Я просто по жизни упрямый. И спасибо за искреннее признание — отправлю Октавию, записал.

Помахав мне телефоном и подмигнув, Кирилл ушел. Довольный. Почти счастливый.

А я сжала кулаки.

Все, что я говорила ему о своей любви… Все это было вырвано из сердца. Потому что это было правдой. Почти правдой. Я не знала, люблю я его или это просто симпатия.