— Герей!

Всхлипнув, я еще сильнее обняла духа дома.

— Морось от меня убрала свою! — стараясь выбраться из моего крепкого объятия, Герей ворчал и махал руками, но я не желала его отпускать.

— Они же его сейчас найдут, и что нам тогда делать всем? Куда нас могут деть? На плаху? Или тоже ссыльными в Сибирь? Я желаю остаться здесь, в этой деревне.

— Девчонка! — наконец, он, извернувшись, смог освободить одну руку и немного отпихнув меня от себя, он ухватился пальцами за мой подбородок.

Сжав мой подбородок покрепче, Герей заставил взглянуть в глаза.

— Морось вытерла и слушай меня! Я отчего зовусь духом-хранителем? Да оттого, что уберегаю домашних от таких ситуаций, дурында! Кто сказать, что я дам этим мужикам найти того беглого?

Шмыгнув носом и вытерев наспех ладонью слезы, я произнесла, смотря прямо в глаза недовольного духа:

— Так они уже все прочие дома обыскали… Наверняка и раньше, если находили беглых, укрытых в домах местных, то никто из духов не мог помочь своим домаш…

— Чушь! — яростно оборвав мою речь, Герей, продолжая жестко держать меня за подбородок, другой рукой нежно смахивал вновь льющиеся слезы. — Просто жители тех домов в споре со своими духами были, вот они и не уберегли их. А я Василия уважаю и не позволю, чтобы он из-за одного поступка глупой девчонки сгинул где-нибудь вне своего дома!

— Правда? Ик, — Я, не веря его словам, продолжая икать, все равно с надеждой смотрела в эти серьезные карие с зелеными искрами глаза. — И где же сейчас беглый?

— Утис укрыла по моему решению, — нехотя произнес Герей, отводя от меня взгляд. — Но только мужики уйдут с нашего двора, то я ее очень сильно нака… Эй!

Не удержавшись, я снова обняла этого, порой ворчливого, но в душе доброго духа.

— Спасибо тебе, — прошептала я, поцеловав его в заросшую щеку. — Спасибо! За всех нас.

Ничего не сказав мне в ответ, Герей стал исчезать. И уже через несколько секунд я осталась сидеть на кровати совершенно одна.

Прикрыв глаза от облегчения, я упала на подушки и счастливо забила руками по одеялу.

«Герей справился,— думала я зажмурившись. —Он не оставил нас с этой проблемой. И даже не один он занялся этим делом, а несколько. Как же я люблю их всех!»

Но долго в кровати я не позволила себе лежать.

Быстро встав и поправив волосы, я переоделась.

Выйдя на кухню и увидев из окна кухни, как мужчины все еще мечутся по двору в поисках того, кого духи дома укрыли, я усмехнулась. Еле сдерживая желание выйти к ним и позлорадствовать.

Особенно это касалось того Илью, глаза которого меня очень смущали. Злые они у него были и… похотливые что ли.

Снова вспомнив этот взгляд, я передернула плечами, и остановила себя в желании выйти на улицу.

Вместо этого я стала искать на кухни крупы, чтобы приготовить что-нибудь Василию.

Он явно голодный и сейчас после того как выпроводит непрошеных гостей, будет готов и сырое мясо съесть. Но кто ему позволит это сделать? Явно это буду не я.

Порывшись в ящиках я, наконец, нашла остатки капусты и немного крупы.

— И что же из этого приготовить? — задумчиво произнесла я, подперев подбородок ладонью. — Тушеную капусту? А с крупой что делать? Кашу?

— Это ты правильно делаешь, — прозвучал из угла голос Герея. — Что не побежала в сарай к этому беглецу, или, чего доброго, на двор, этих мужиков злить. А просто молча готовить для отца еду решила. Молодец.

Больше не боясь этого духа, и, не обращая внимания на его вечные ворчания, я положила капусту на стол и взяла в руки нож, провернув его в ладони оценивая тяжесть.

— Да мне кажется, что Василий голодный очень. Что он утром ел? — не оглядываясь, я стала шинковать капусту мелкой соломкой.

— Меня не спрашивай. Я не нянька ему, а что вместо слез и страха мужика решила покормить — молодец! Давно не ел Василий домашней пищи. Все сам для себя с тобой готовил, да получалось плохо.

Лишь покачав головой на его слова, я огляделась в поисках котелка или чугунка, куда можно было бы положить нашинкованную капусту.

— Зря ты на Василия наговариваешь, — не выдержав, произнесла я, склонившись у печи в поисках посуды. — Он отлично готовит. Пробовала я его еду, да и ты тоже.

Слегка обернувшись, я посмотрела на застывшего духа.

— Так он же хозяин! Вот и смог себе похлебку какую сделать, — деловито произнеся это, Герей, вмиг оказавшись возле меня, достал искомый мной кухонную утварь — чугунок и протянув его мне, сам стал деловито разводить огонь в печи.

— Спасибо тебе за помощь, Герей, — поблагодарив духа от чистого сердца, я продолжила шинковать капусту и перекладывать ее в чугунок.

Он лишь хмыкнул, но продолжил свое дело.

Вот так, мы вместе с ним и стали дружно готовить.

Я, нашинковав капусту и найдя пару луковиц с небольшой пожухлой морковкой, очистила и их, добавив в чугунок и, наконец, поставила еду на плиту.

— Вот и хорошо, — произнес Герей, вытирая со лба пот и садясь на табурет возле стола. — В доме наконец-то будет знающая женская рука, а от этого беглого я после проверки сам избавлюсь. Стар я стал, уж больно нервы шалить стали.

Резко обернувшись к нему, я строго посмотрела в его глаза:

— А вот сейчас Герей — дух дома моего, скажи как мне, что ты удумал сделать? Куда извести решил беглого?