Глава 9 Легенды и мифы Думленда

Кузнецов мог звонить Максу сразу по нескольким причинам — например, чтобы отменить предыдущую сделку, заключенную лишь вчера, хотя для этого, наверное, хватило бы короткого сообщения от того парня, который был в больнице вместе с ним. Но Макс подозревал, что тот каким-то образом узнал о том, что ему удалось пробраться под купол и пообщаться с его дочерью — ну или той, кого он считал своей дочерью. И теперь Кузнецову хочется получить отчет об этом общении.

Макс вовсе не стремился быть гонцом, который приносит дурные вести. Но и выбора у него не было. Он сделал знак смотревшему на него вопросительно Стасу и вышел обратно на лестничную площадку, и поднялся на пролет вверх, к импровизированной курилке соседей. И только там начал непростой разговор.

— Здравствуйте, Юрий Владимирович, — сказал он предельно вежливо, — прошу прощения, не мог говорить сразу.

— Да, я уже понял. Ты не ответил на два предыдущих звонка, я уже начал волноваться, что с тобой что-то случилось, — Кузнецов говорил мягко, но для Макса каждое его слово было гвоздем, который забивали ему в голову.

И это было чертовски неприятно.

— К счастью, нет. Всё нормально, но я действительно не мог взять трубку. Прошу извинить.

— Ничего, ничего, дело прошлое. Ты успел разобраться со страховой?

Какая страховая? Ах, да…

— Почти, протокол получил, осталось отвезти. Но дела навалились…

— Да, понимаю, те самые, что помешали тебе ответить на звонки?

— Они самые, — подтвердил Макс.

— Ладно, хватит ходить вокруг да около, — голос Кузнецова стал жестче. — Максим, я знаю, что ты под куполом, а там моя дочь. Можешь дать ей трубку?

Макс замялся.

— Э… Юрий Владимирович, ситуация немного изменилась. Я уже не под куполом.

— Да⁈ — Кузнецов явственно удивился. — И как это произошло? И когда?

— Минут пятнадцать назад, — честно ответил Макс. — Ну, просто вышел, сел в машину, уехал…

— Один⁈

— Не совсем, — осторожно сказал Макс.

— Что с Яной?!!

— Юрий Владимирович, кричать нет смысла…

— Я тебе сейчас покажу, что имеет смысл…

— Яна со мной.

— Что?!!!

Макс не стал на это отвечать. Кузнецов какое-то время ждал, что скажет его собеседник, но потом не выдержал:

— Что с моей дочерью?

Макс очень не хотел говорить.

— Понимаете, Юрий Владимирович, ваша Яна… как бы сказать точнее… не совсем ваша.

— Что ты имеешь в виду? — недоуменно спросил Кузнецов.

Внезапно Макс почувствовал чье-то присутствие. Он оглянулся — из двери его квартиры выглядывала Яна-Яника, которая смотрела на него со странной смесью страха и надменности.

— Это не телефонный разговор, Юрий Владимирович, — отрубил он. — Будет лучше, если вы приедете ко мне. Если что, она тут, но я вас предупредил. Подойдет?

— Диктуй адрес, — сказал Кузнецов после небольшой паузы.

Макс назвал улицу, дом и квартиру.

— Код в подъезд — номер квартиры…

— Разберемся, — прервал его Кузнецов. — Выезжаю.

— Постойте! — прокричал в трубку Макс.

— Да?

— Можете захватить немного еды? Она не ела больше суток, а у меня пустой холодильник, — Макс скосил глаза на девушку, которая неловко переминалась у двери в квартиру — в грязной и рваной больничной униформе и босиком. — И ей нужна одежда и обувь, что-нибудь попроще и поудобнее. Извините.

— Понял, всё будет.

И Кузнецов прервал разговор.

— Тебе не понравился этот разговор, — тихо сказала Яна.

— Не особо, — подтвердил Макс. — Но впереди нас ждет ещё один и, скорее всего, тоже неприятный. Правда, скоро будет еда. А тебе привезут новую одежду. У меня, к сожалению, ничего на твой размер нет.

* * *

— Вот это и есть интернет.

— Выглядит неказисто.

— Ну, это всего лишь поисковик, но за ним скрываются все знания!

— Прямо вот все-все? Не может такого быть, кто бы взял на себя труд запихивать все знания в такую маленькую коробочку?

— Знаешь, сколько программисты за это получают?

Когда Макс и Яна вернулись в неожиданно ставшую очень маленькой однокомнатную квартиру, они застали Стаса, что-то показывающего на экране своего телефона дракону, который сидел у него на плече. Выглядело это забавно, но Максу было не до смеха.

— Поищи там «думленд», — вдруг попросил он.

Яна удивленно посмотрела на него. Стас тоже поднял голову, но уточнять не стал, снова вернувшись взглядом к экрану.

— Дум-ленд, — повторил он, пробежав пальцами по нужным буквам. — Какие-то бластеры, игрушка, снова бластеры, — озвучил он результаты поиска. — И какая-то древняя книга «Легенды Думленда». Фу, это просто сказки, детские, — с отвращением произнес Стас, ткнув в нужную ссылку.

А Макс вспомнил, где видел название страны, принцессой которой была Яника. Он бросился к сваленным в прихожей пакетам с книгами и начал доставать покупки одну за другой, пока не нашел нужный том.

— Вот они, эти сказки! — торжествующе произнес он. — Но автор не указан, только составитель. И тут есть принцесса Яника, — он поднял вопросительный взгляд на Яну, но та лишь пожала плечами. — И дракон тоже есть. Погодите, я гляну, что тут…

* * *

Принцесса Яника очень любила читать. Бывало, сядет утром за книгу, и только вечером опомнится. Мама ее спрашивает — обедала ли? А Яника и не помнит. Может, и обедала. Вчера.

Однажды Янике попалась книга про принцев. На каждой странице — фотография. И попросила она папу, чтобы он купил ей волшебное зеркало, через которое можно за каждым принцем наблюдать. В жизни. Красиво сфотографироваться каждый дурак умеет, а постоянно хорошо выглядеть — это наука не из легких. Да, Яника была принцесса — палец в рот не клади.

Вместо зеркала принес папа Янике ноутбук. Вот, говорит, у тролля отобрал. Он мне свой ноут, я ему — свободу!

Открыла Яника это чудо техники, а там принцев — тьма тьмущая. Начала принцесса их рассматривать. С некоторыми даже в переписку вступала. Принцы — народ доверчивый. Осыпали золотом фото Яникиной мамы в купальнике на берегу изумрудного озера. Его она на аватарке разместила. Своего-то не было пока. В Яникиной семье фотографироваться разрешалось только с четырнадцати лет, а ей было всего двенадцать. Фотоаппарат хранился в сундуке, который был заперт на огромный замок размером с папин кулак. Доставали его только по особым случаям. Например, чтобы взять в поездку на озеро либо вдруг в гости какой-нибудь сосед-король заглянет. Но Яника давно уже разжилась ключом от того сундука. Как — это отдельная история, в ней была замешан ее знакомый эльфенок Малиут, который готов был ради Яники на все. Поэтому фотоаппарат у Яники был. Не было фото. А раз нельзя фотографироваться самой, почему бы не нафотографировать все, что окружает. Особенно, если хочется.

Один принц написал, что мечтает получить от Яники фото в стиле ню. Принцесса не знала, что такое ню, а гуглом пользоваться еще не научилась. Принц был очень симпатичный, и Яника не хотела его отпугивать своим невежеством. Сходила на кухню, спросила у няни Глойи. Та, ловко орудуя ножом на разделочной доске, предположила, что это такое блюдо. Ня — сказала она — и предложила Янике сфотографировать горшочек с запеченными вешенками. Принц, увидев фото блюда, долго смеялся и слал рожицы со слезками. Сказал, что это лучшее фото в стиле ню, которое он видел. И самая изощренная фига. Еще сказал, что особенно удалась талия. Тут Яника решила, что в этом месте, похоже, надо обидеться и удалила принца из друзей. Заодно и заблокировала.

Другие же принцы выражали Янике свое восхищение ее кулинарными талантами. Но принцессы так устроены, что восхищениями их не проймешь. Безразличие в смеси с чувством юмора — куда более мощный ход. Она даже подумала, не вернуть ли вредного принца, но какая же принцесса признается, что ей понравилось выслушивать сравнения ее талии с горшочком. Поэтому Яника, ничего не придумав, решила оставить все как есть. Если захочет — сам найдет. А не захочет — то не очень-то и нужен.

Принц Лори оказался не робкого десятка. Яника ему понравилась, тем более, это был первый случай, когда вместо обнаженной принцессы он получал в ответ на свою просьбу фото с горшочком. Он завел себе новый аккаунт и опять добавился к Янике в друзья. Уже с другим именем. Два дня тихо наблюдал, как принцесса строчит посты про жизнь во дворце, выкладывает рецепты, рассказанные ей няней, фотографирует придворных котов и крыс с заднего двора.

Принцы оказались существами довольно котозависимыми. Каждый раз, завидев нового яникиного усатого питомца, громко хлопали в ладоши и требовали селфи с этим пушистым чудом. К няне за разъяснением нового термина Яника решила не ходить, а просто расценила это как просьбу запечатлеть процесс пожирания котом мыши. «Съел — фи» — все понятно! Принцы завалили Янику своими предложениями руки и сердца на виду у всего Думленда. Лори чуть не запалился, уже настрочив «Мышка явно переоценила свои способности в искусстве селфи», но вовремя одумался и все удалил.

После выложенного принцессою фото торта «Вожделение» принцы и вовсе обезумели. По правде, он назывался «Вишенка», но Глойя велела обозвать «Вожделением». Рецепт тоже диктовала няня.

«Сначала нужно отправиться в полнолуние на берег озера Тануко. Там встретить русалку. Схватить ее за хвост и притащить к вурдалаку. Взамен на русалку получить от него щепотку олнаусской соли. Яника поинтересовалась, не слишком ли неравноценный обмен получается — целую русалку на какую-то щепотку, но няня твердо ответила — нет, потому что русалок полно, а щепоток мало, да и вурдалаков тоже — один на всю округу, и тот с дефектом — одноглазый. Соль эту нужно отнести к троллю. Тролль посыплет солью свою рану, проорется как следует (ну мазохист если, что тут поделаешь), и тогда выдаст немного меда. Мед этот нужно отнесли во дворец кухарке. Она положит его в кастрюлю, добавит муки, яиц, молока, все перемешает и испечет торт». Яника спросила — и украсит его вырванным глазом тролля? «Нет, — ответила няня, — украсит его своей нежностью». И слепила на торте губы из вишневого желе.

На третий день принц не выдержал и под фотографией с тортом написал: «Если этот торт еще жив, я готов поцеловать его в губы». Принцы, ошалев от такой наглости, накидали в выскочку ножей и мечей, но это не сломило Лори. В ответ он выслал фото своего деда в юности, стоящего со шпагой в окружении окровавленных драконов. Слать ножи и шпаги больше никто не решался. Лишь Яника ответила фотографией своей мамы все в том же купальнике, но уже лежащей у моря на песке с закрытыми глазами. Принц расценил это фото как призыв к действию. Но он хорошо знал, что принцессы любят романтику. Лори настрочил: «Хочу быть песком на твоей коже». Яника же хорошо помнила, как на море песок хрустит на зубах, проникает под ногти и самое главное — забивается в трусы, и ненавидела его всей душой. Принц опять улетел в черный список.

На этот раз он был взбешен. Лори захотелось отомстить этой дерзкой девчонке и доказать, что он не хуже всех этих прощелыг, которые готовы лизать принцессам пятки ради только призрачного шанса когда-то увидеть хоть кого-то из них и предложить руку и сердце.

Он нашел дракона, который, судя по его статусу, умел обращаться с принцессами. «Всем принцессам — огненный привет!» — так выглядело его приветствие новым посетителям. Лори рассказал о своей беде. Но дракон не проникся. Кто ж, говорит, нынче романтикой-то берет? Надо сразу тяжелой артиллерией. Выставь фото себя с мечом последней модели, прокати на коне новейшей разработки, покажи отвоеванный в неравном бою сундук с драгоценными камнями. Вот тогда все принцессы за тобой побегут.

Принц показал дракону свою принцессу. А тот влюбился. Прочитал ее заметку про «Вожделение» и пропал. «Все, — говорит, — пока не увижу эту принцессу, не успокоюсь».

Принц пытался вернуть его на путь истинный, но куда там. Говорит — сердце бьется, кровь бурлит, куплю «лексус», приеду к ней, и будет она моя. На жалкие попытки принца привести логические доводы про то, что драконы принцесс просто охраняют до прихода принца, не возымели никакого действия. Надо будет, говорит, и операцию сделаю, и ориентацию сменю — стану принцем.

Ося, как его по-дружески звал принц, быстро сдружился с принцессой. Начал писать ей стихи. Принц ревнивый оказался — вызвал дракона на дуэль. Так и потеряла Яника своего нового друга. А принц нашел тролля-хакера и занял место дракона.

* * *

— Макс? Макс! Да что с тобой?

Макс с трудом вырвался из волшебного мира, в котором были принцессы, драконы и прекрасные принцы. Рядом стоял Стас, который теребил приятеля за плечо и выглядел очень встревоженным. За ним стояла Яна, рядом с которой порхал дракон.

— Зачитался, — сказал Макс, словно это всё объясняло.

Но обмануть Стаса ему не удалось.

— Чувак, так не зачитываются, я знаю, у меня папаша такой был, но и до него иногда достучаться можно было. Наверное, они потому с мамкой двадцать лет прожили и лишь потом развелись, когда ей надоело.

— Чего надоело? — Макс не уловил, как связаны родители Стаса и сказка про Думленд.

— Достукиваться, — пояснил тот и почесал в затылке. — Наверное, сложно жить с челом, которого всё время приходится возвращать в реальный мир? Вот и мамке надоело. А с тобой всё по-другому. Ты словно куда-то улетел всей кукухой, я тебя толкал-толкал, но бесполезно. Глаза вылупил, только страницы порхают.

Макс посмотрел на книгу — он успел прочитать примерно треть весьма толстого тома. И помнил каждую страницу, каждый абзац и каждую букву.

— Леди, вы на него не смотрите, так-то он нормальный, это сегодня с ним всё не так, — Стас обернулся к Яне. — Глаза синие стали синими, читать вон полюбил до потери сознания… Кстати, Макс, — он очень внимательно посмотрел на макушку приятеля, — а чего у тебя волосы стали как у негритенка?

— Что⁈

Макс едва не выронил книгу сказок, но успел её подхватить и аккуратно положить рядом с собой. Затем он осторожно коснулся своих волос ладонью — ощущение было совершенно непривычным. Он вскочил и бросился в ванную, к зеркалу.

Его волосы действительно изменились. Макс с армии привык к коротким простым стрижкам, которые можно сделать силами своих же сослуживцев с помощью ножниц и расчески. Он не мог не признавать, что такой фасон не подходил к его волосам — они росли в разные стороны, создавая эффект «взрыва на макаронной фабрике». Но ему нравилось, что такая прическа требовала минимум ухода — у него дома даже расчески не было. Кроме того, его волосы всегда были русыми, хотя и с приставкой «темно». Сейчас же на него из зеркала смотрело некое подобие того самого негритенка, о котором упомянул Стас — волосы закрутились в спираль и ощутимо потемнели, стали совсем черными. Хотя они вполне сочетались с голубыми глазами и тонкими чертами лица…

«Черт!»

Макс рванулся обратно в комнату.

— Стас, посмотри на мою морду, — потребовал он.

Тот послушно уставился на нос приятеля.

— Что видишь?

— А что должен?

— Ну ты же помнишь, как я обычно выглядел? — спросил Макс.

— Ну, помню… — неуверенно ответил Стас.

— Вот и сравни!

Несколько секунд они буравили друг друга взглядами.

— Сравнил, — сказал Стас. — Только не требуй говорить, что ты красивый. У меня язык такое произнести не повернется.

— Стас, блин…

— Подождите, — вмешалась Яна. — Я правильно понимаю, что у тебя вдруг изменился цвет глаз, волос и прическа? И ещё ты полюбил читать и научился колдовать?

— Колдовать? — удивился Стас.

— Потом, — бросил ему Макс и повернулся к Яне: — Ну да, примерно так. И всё за вчера и сегодня.

— Ну это ты прямо меня описал, — гордо заявила девушка.

Все присутствующие в комнате с недоумением посмотрели на Яну — высокую, статную блондинку с ногами от ушей и зеленоватыми глазами.

Она заметила это и в гневе топнула ногой.

— Да не на эту меня, болваны! На ту меня, которая там осталась! На Янику, принцессу Думленда!

Все несколько мгновений осмысливали эту информацию

— Кстати, Думленд по-английски это «обреченная земля», — вдруг сказал Стас.

Все посмотрели на него с подозрением.

— Вы чего? — поежился он и пояснил: — Я в инете видел, пока искал. Кстати, Макс, раз ты волшебник, наколдуй чего-нибудь пожрать.

В этот момент в дверь позвонили. Звонок прозвучал требовательно и долго не смолкал. А Макс подумал, что было бы неплохо изучить воздушный кулак Яны и отправить его гостям, которые явились совсем не вовремя.

— Вот, наколдовал, — мрачно констатировал Макс.

* * *

К удивлению Макса, за дверью оказался только Миша — громадный телохранитель Кузнецова, который очень нервировал одним своим видом. Правда, сейчас у Миши вид был вполне домашний — он был нагружен кучей пакетов, а у его ног стоял огромный розовый чемодан с наклейками-сердечками.

— Привет, — поздоровался Макс.

Он был убежден, что в общении с опасными людьми стоит проявлять разумную вежливость.

— Эм… ну да… привет, — сумбурно ответил Миша. — Вот, шеф просил передать. Хавчик, шмот… что заказывали, короче. Служба доставки, — он неловко хохотнул.

— А, да. Спасибо, Миша. Сейчас заберем. Стас!

Вдвоем они затащили пакеты и чемодан в квартиру, а потом Макс снова вышел на лестничную клетку к так и не сдвинувшемуся с места Мише.

— Ты это, зайдешь?

Тот с секунду обдумывал этот сложный вопрос.

— А! Не, зачем?

— Ну мало ли, — Макс пожал плечами. — А Юрий Владимирович ничего не просил передать?

Когда они разговаривали с Кузнецовым, тот сказал, что выезжает. Конечно, у столь занятого человека могло найтись тысяч причин, чтобы не появляться в квартире Макса самому, но Макс подозревал, что дело совсем не в наличии или отсутствии тех самых причин.

— Босс-то? Почему нет, просил, — пробасил Миша. — Он внизу сидит, в машине. Просил подойти к нему.

«Ну да».

— Пошли тогда?

С третьего этажа они спустились пешком, причем Миша чувствовал себя достаточно уверенно, перемещаясь по узкой лестнице брежневской девятиэтажки. Макс окончательно уверился, что этот телохранитель не просто так получил свою работу, и понадеялся, что ему не придется стать его врагом. Впрочем, поэтому он сейчас и спускается вниз, а не отправил туда Яну. Вместе с драконом.

Кузнецов приехал на «мерседесе», который можно было бы назвать невзрачным — обычный седан с тонированными задними стеклами и полным «фаршем» за заоблачную цену. Такие машины любили покупать для представительских нужд чиновники, дорвавшиеся до бюджетов. Возможно, отец Яны не хотел выделяться на общем фоне и тоже заказал такой автомобиль, хотя душа требовала какой-нибудь бюджетный «фольксваген».

Меша предупредительно распахнул заднюю дверь «мерседеса», дождался, пока Макс не запрыгнет внутрь, и аккуратно закрыл машину. Сам же он остался снаружи.

— Здравствуй, Максим.

Кузнецов выглядел похуже, чем во время вчерашней встречи. Он был слегка небрит, его костюм слегка помялся, а под глазами появились нехорошие мешки. Да и сами глаза выдавали сильную усталость. Макс был готов ему посочувствовать, но точно знал, что разговор сейчас пойдет не о состоянии здоровья.

— Добрый вечер.

— Да, уже почти вечер, — рассеянно пробормотал Кузнецов. — Знаешь, я решил не заходить к тебе… только объясни, почему Яна это не Яна?

Макс с секунду промедлил с ответом.

— Это сложно, Юрий Владимирович, я и сам не всё понимаю, — честно сказал он. — Внешне она — это Яна, конечно, я нашел её фотки в сети, один в один. Могу потом вам скинуть видео, думаю, вы и сами увидите. Но она сама говорит, что она — принцесса из какого-то королевства с дурацким названием Думленд и что зовут её Яникой. Вот как-то так…

Макс развел бы руками, но на заднем сидении «мерседеса» было на удивление мало места.

— Понимаю, — кивнул Кузнецов. — А не может это быть… ну… какой-то формой расстройства?

— Вы имеете в виду — не сошла ли она с ума? Вряд ли, тогда у нас весь город — одни психи, — усмехнулся Макс. — Я был под тем куполом, я видел, как она выращивала огромное дерево буквально из ничего. Видел, как она летала. Ну и дракон…

— Дракон? — удивился Кузнецов.

— Простите?

Макс ни жизнь не поверил бы, что его собеседник ничего не знает о драконе, который летал за Яной как привязанный.

— Мне не докладывали ни о каком драконе, — рассеянно сказал Кузнецов. — Придется разобраться.

— Наверное, те, кто готовил вам информацию, посчитали это преувеличением, — Макс понял, что неведомых помощников этого деятеля нужно срочно выручать. — Конечно, там были фото и видео, — или закопать поглубже, — но я и сам поначалу счел их неумелым фотошопом. Или видеошопом.

Он слабо улыбнулся.

— Но дракон имеется?

— Да. Такой, мелкий, с небольшую собачку примерно, но с крыльями, летает и разговаривает. Я сам видел, он тоже там, — Макс мотнул головой в сторону своей квартиры.

— Да, дракон — это серьезно, — Кузнецов тоже улыбнулся, но его глаза остались по-звериному серьезными. — Я правильно понимаю, что ты не веришь в то, что Яна могла сойти с ума?

Макс помотал головой.

— Вряд ли. Замещение душ, переселение тел… называйте как хотите. Но сейчас она не считает вас своим отцом. Для неё наш мир чужой, она в нём совсем не петрит. Как новорожденная прям.

— Что ж, я понял тебя. Тогда я, наверное, правильно поступил, что не стал подниматься к тебе. Если она считает себя принцессой, то вряд ли она меня узнает, зато может испугаться, — Макс сомневался, что эта Яна может кого-то испугаться, но промолчал. — Пусть пока побудет у тебя. А есть предположение, что произошло с моей дочерью?

— Тут всё ещё сложнее. Этой Янике двенадцать лет, и она у себя там участвовала в неком ритуале, который должен был сделать её взрослой. Но что-то пошло не так, и она очнулась в теле вашей дочери. Сейчас эта Яника пытается найти способ вернуться.

Кузнецов помолчал.

— Вообще, всё это звучит как глупая сказка, — припечатал он. — Я бы в жизни не ввязался в эту историю, если бы в ней не участвовала моя дочь. Но допустим, что всё именно так, как ты говоришь. И допустим, что эта Яника — вместе с драконом — найдет способ вернуться в свой Думленд. А что будет с Яной?

Ответа на этот вопрос у Макса, разумеется, не было. Более того — он даже не подумал спросить у принцессы, куда могло подеваться сознание той девушки, тело которой она столь бесцеремонно захватила. Но было бы неправильно отделаться простым «не знаю» или сказать что-то столько же неутешительное.

— Скорее всего, в результате ваша дочь снова станет сама собой, — уверенно сказал он. — Но там магия нужна, прорва просто. Она и рощу эту выращивала, чтобы силу получить. Если сейчас эту рощу снесут, то ей всё заново начинать, а никто не знает, сколько времени у неё есть.

— Роща, говоришь… — Кузнецов задумчиво побарабанил пальцами по подлокотнику. — Эта ваша роща сейчас разрушает город, и вряд ли власти будут смотреть на это с покорностью и христианским всепрощением.

— В смысле — разрушает? — удивился Макс.

— Да если бы знал, — Кузнецво махнул рукой. — Ты же в курсе, что купол внезапно увеличился и вылез за пределы парка?

Макс осторожно кивнул. Признаваться в том, что он непосредственно причастен к этому расширению, ему показалось неразумным.

— Так вот, часть купола накрыла близлежащие дома. Жителей, конечно, эвакуировали, разместили в гостиницах. Но потом из-под купола полезли какие-то лианы — не лианы, корни — не корни… в общем, что-то такое, что начало всё рушить. Сейчас туда нагнали всякие бригады, гастрабайтеров, дворников — в общем, всех. И они пока успевают спиливать эти корни. Но что дальше? Вечно-то так продолжаться не может. Там, — указательный палец Кузнецова указал на крышу «месредеса», — думают о том, чтобы армию привлекать, но не все этого хотят. Армия — это другой уровень, могут и оргвыводы последовать.

Макс понял, что Кузнецов как раз из тех, кто не хочет вмешательства армии.

— Ты, кстати, не знаешь, этот купол вообще пробивается чем-нибудь? Ну, кроме тебя.

— Понятия не имею, — Макс постарался сделать очень честное лицо. — Я и про себя-то не знал, хотел просто потрогать.

— А, понимаю. Но вообще, если эта роща и этот купол нужны для того, чтобы вернуть Яну, то я постараюсь как-то сгладить ситуацию. А ты спроси у этой принцессы, может ли она снова взять свою рощу под контроль. Там уже три здания восстановлению не подлежат.

— Спрошу, конечно, — пообещал Макс.

Он действительно собирался это сделать, хотя у него было предположение, что происходит с рощей — та ищет Яну. И не успокоится, пока девушка не вернется обратно под купол. «Как бы эта магическая батарейка вразнос не пошла», — подумал он.

* * *

— Надо будет этим писателям наглядно показать, что такое «поцелуй дракона». Хе-хе. Думаю, после этого они не только про поцелуи, а вообще ни про что писать не будут. Потому что станет нечем!

— Дракоша, нельзя быть таким кровожадным! Может быть, у них просто богатая фантазия. Кто ж в книгах правду-то пишет? Правда это скучно. А с поцелуем — интересно и пикантно.

— Ну, не знаю… Я могу и с огоньком поджарить. Будет очень пикантно. И книгу потом напишу — «Поцелуй дракона прямо в жареные губы»!

— С таким названием твой роман никто не купит. Поцелуй в жареные губы, конечно, очень интригует, но ты же там в прямом смысле всех жарить собрался?

— Разумеется.

— Вот, поэтому такое надо называть «Избранная для драконьих утех» или «Ужин с принцессой по-драконски». Хотя нет, второе лучше не использовать… драконски-конски…

Макс улыбнулся. Стас, Яна и дракон обсуждали книгу сказок и, похоже, пока он общался с Кузнецовым, успели прочитать несколько особо развратных историй — такие там тоже имелись. Он не стал присоединяться к разговору, а ушел на кухню, где занялся грудой пакетов, что принес Миша.

Кузнецов — или, что вероятнее, его сотрудники — очень ответственно подошел к снабжению. Еда была дорогой, качественной и не требовала особых навыков для приготовления — примерно половину пакетов занимали формочки с готовыми блюдами, которые нужно было всего лишь разогреть. Правда, все они были предназначены для тех, кто соблюдает диету, но никто не мешал Максу и Стасу съесть сразу две или три порции. Ну а Яне, пожалуй, надо будет продолжать соблюдать свой режим питания. Впрочем, было среди привезенных продуктов и свежее мясо — Макс сразу решил, что это отдаст дракону.

Розовый чемодан Макс оставил напоследок и, когда открыл его, понял, что поступил правильно. Насколько Кузнецов угадал с едой, настолько же он промахнулся с одеждой. Тут была массивная косметичка — Макс был не уверен, что принцесса сможет ею пользоваться. Были какие-то невесомые маечки и прозрачные рубашки, которые совершенно не подходили для выращивания священных рощ. Были обтягивающие и короткие шортики, в которых хорошо танцевать в ночных клубах. И ещё много чего подобного.

К счастью, чемодан оказался очень вместительным и содержал также отдельные пакеты с трусиками — очень откровенными, конечно, но нельзя требовать от людей невозможного — и бюстгальтерами. В комплекты они, правда, не складывались, хотя Макс был уверен, что настоящая Яна скорее отпилит себе руку, чем выйдет в свет в разнокалиберном белье. Были носки, была пара шикарных кроссовок, которые, наверное, стоили как ползарплаты Макса, и был тренировочный костюм — тоже фирменный. «Что ж, могло быть и хуже», — подумал Макс.

Он вернулся в комнату.

— Так, народ, — он хлопнул в ладоши, привлекая внимание. — Хорош заниматься литературоведением, у нас есть более насущные проблемы. Стас, на кухне есть еда, иди, приготовь что-нибудь. Только учти, что там всё диетическое, так что нам с тобой наваливай поболе. Понятно?

— Эх, строят, как молодого, — притворно вздохнул Стас.

— Не как молодого, а как ответственного, — заметил Макс. — Всё равно больше никого нет, а ты у меня там всё знаешь. Яна… Ваше высочество, а вас ожидает теплый душ и новая одежда.

— Что такое теплый душ? — в голосе Яны сквозило неподдельное удивление.

— Я могу показать! — влез Стас.

— Кыш! Сами разберемся, — Макс сурово нахмурил брови. — Душ я покажу, это не сложно… но ты… вы когда-нибудь одевались самостоятельно? Или в вашем королевстве другие обычаи?

— Одевалась! — с вызовом посмотрела на него девушка.

— Вот и хорошо, — Макс кинул на диван рядом с Яной пакеты с трусиками и бюстгальтерами, спортивный костюм, носки и кроссовки. — Вот это вам предстоит надеть на себя. Справитесь, Ваше Высочество?

Яна достала из пакета невесомый клочок прозрачной ткани, который безуспешно притворялся трусиками, — и, держа двумя пальцами, поднесла к глазам.

— Что это? — недоуменно спросила она.

Макс тяжело вздохнул.

— Может, Ольку позвать? — шепотом спросил так и не ушедший на кухню Стас.

— Ольку?

— Ну, массажистку. Она хорошая, поможет. Ты же не будешь сам на неё всё это натягивать? — Стас указал на Яну, которая пыталась расправить один из лифчиков.

— Нет, конечно. Её отец мне руки выдернет, если узнает, — тихо ответил Макс. — Сейчас попробую что-нибудь придумать, но если не получится, придется звать твою Ольку. Яна! Это не так работает!

Та находилась в такой степени задумчивости, что даже не обратила внимания на неподобающее обращение.

— А как надо? У нас ничего подобного не носят…

Макс вздохнул. Он толкнул Стаса в сторону кухни — чтобы не смущал, — решительно подошел к девушке и отобрал у неё бюстгальтер.

— Смотри. Вот это, — он достал из пакета самые скромные на вид трусики, — надевают самым первым — ноги сюда, потом подтягиваешь и выравниваешь. С этим, — он поднял лифчик, — чуть сложнее. Посмотри на застежки, — он несколько раз показал, как этот предмет одежды застегивается и расстегивается. — А теперь попробуй сама.

В принципе, Яна-Яника оказалась способной ученицей — ну или Макс был неплохим учителем. Буквально через десять минут она уяснила порядок одевания и связанные с этим хитрости, а ещё минут пять ушло на то, чтобы обучить её пользоваться унитазом и душем. После этого Макс оставил девушку в ванной комнате в надежде, что всё пройдет нормально. Ему, правда, было немного стыдно за свой холостяцкий бардак и слегка ободранные стены, но он рассудил, что сейчас не до жиру. В конце концов, помыться в ванной, которую не меняли с постройки дома, можно точно так же, как в навороченном джакузи последней модели. Главное, не экономить воду.