— Маша! — торжественно объявила я, жуя пряник. — Я готова!

— К чему? — не поняла моя подруга.

Я проглотила кусочек пряника, запила чаем и пояснила:

— К отношениям.

Машка улыбнулась.

— Осталось только найти парня, — сказала я, зевая и потягиваясь. Страшно не хотелось идти на работу.

— Ну, для тебя это самая простая часть плана.

Я помотала головой.

— А вот и нет. В клубы я уже не хожу, а сидеть в кафе и ждать, пока кто-то подсядет, глупо.

— Ах да, — наиграно спохватилась Машка. — Ты же теперь ведешь бабушачью жизнь. Только вместо поликлиники по утрам на работу ходишь.

Я обижено надула губы.

— Ну что тебе стоит — найти мне парня? Ну пожа-а-алуйста!!!

— Воспользуйся Интернетом, — посоветовала подруга.

Я скривилась.

— Моя одноклассница так себе мужа нашла, — сказала Машка, увидев мое лицо.

— Да? — я скептически посмотрела на подругу.

Машка кивнула.

— Просто укажи на своей странице, что ты «в активном поиске». Парни тут же тебе писать начнут.

Так я и сделала. И сразу же об этом пожалела.

Еще никогда мне не писало столько отвратительных, безграмотных личностей со странными извращенными фантазиями! Я даже не успевала добавлять их в черный список.

И вот, когда вся эта комедия жутко надоела, и я полностью разочаровалась в Машкиной затее, мне вдруг написал парень по имени Влад. Разговор затянулся на всю ночь. Я хохотала как ненормальная. Влад оказался жутко смешным.

На следующий день я все рассказала Машке. Подруга улыбнулась и показала большой палец, мол, действуй, не упускай свой шанс.

И я не упустила.

Спустя несколько дней Влад пригласил меня на прогулку, и я, естественно, согласилась.

Все прошло очень даже хорошо. Влад оказался высоким и стройным парнем — в жизни даже симпатичнее, чем на фото. Мы гуляли по городу, разговаривали на разные темы. Вот только шутил он гораздо меньше, чем в сети. Наверно, стеснялся.

На следующем свидании мы пошли в боулинг и провели там весь день. Влад много говорил, был радушным, но шутить совсем перестал. Складывалось впечатление, что в сети я общалась с другим человеком.

С каждой нашей встречей я открывала во Владе все новые и новые вещи. Сначала он казался мне идеальным. Я постоянно рассказывала о нем Машке и Кристе, пока у тех не кончалось терпение, и они демонстративно не уходили в свою комнату. Потом меня стало напрягать то, как он осуждал меня за мое «детское» поведение. Владу не нравилось, что я люблю ходить в кино на мультики, не нравилось, что я цитирую «Мадагаскар» и покупаю вещи с миньонами и Губкой Бобом.

Помимо этого я должна была часами сидеть в сети и общаться с ним. Шутки, на которые я клюнула, превратились в слюнявые смайлики и шаблонные фразочки. Если я не заходила в сеть сразу после работы, он звонил и упрекал меня, что я его не люблю. К тому же я должна была все время его жалеть, потому что он страшно уставал, и кто-то там его постоянно обижал.

Еще Влад постоянно повторял одно и то же. Все его истории я слышала раз по десять, ни меньше. Особенно о том, как у него развилась клаустрофобия, и как он в детстве перестал различать оттенки цветов. Однако самым ужасным оказалась поездка к его родителям, которая, по его мнению, должна быть сразу после третьего свидания!

Влад, как обезумевший, постоянно уговаривал навестить его родителей, чтобы познакомить их со мной, его ненаглядной девушкой. Сначала я крепилась, улыбалась ему и говорила, что потом можно будет съездить, однако теперь каждый наш разговор начинался с визита к родителям. В один прекрасный момент я не выдержала и твердо дала понять Владу, что пока я к этому не готова. Он понимающе кивнул и вроде бы успокоился.

Машке же я сказала, что если он еще раз в ближайшее время начнет разговор про знакомства с его родителями, то я его побью тапкой при всем честном народе. Машка долго смеялась, а потом, успокоившись, согласно кивнула.

Как ни странно, разговоры о родителях прекратились. Зато усилился контроль надо мной. Владу постоянно надо было знать, что я делаю и где нахожусь, а главное с кем. Из соцсети я почти не вылезала, потому что он тут же начинал названивать и спрашивать, почему я вышла в оффлайн. Меня потихоньку начинало все это раздражать не меньше, чем его уговоры познакомиться с родителями.

Машка на это только улыбнулась и сказала:

— Он просто тобой очень дорожит. Боится тебя потерять.

— Угу, — буркнула я, — как же. Он просто долбанутый.

— Зато красивый.

— Симпатичный, — поправила я подругу, вскинув вверх указательный палец.

Машка пожала плечами.

— Думаю, надо его бросать, — подумав, сказала я.

— Что, совсем никаких чувств?

Я соединила подушечки указательного и большого пальцев, оставив между ними маленькую щелочку.

— Понятно. Мизерные, — сделала вывод подруга.

Я вздохнула.

— Думаю, не стоит горячиться и порывать с ним вот так скоро, — сказала Машка. — Скорее всего, вам просто надо проводить вместе больше времени. Ты же постоянно пропадаешь на работе, а в выходные сидишь перед телеком и говоришь, что сегодня тебе влом идти гулять с Владом.

Я удивленно посмотрела на подругу.

— Когда такое было?

Машка закатила глаза.

— Вот только не надо мне этого. Каждый раз такое бывает, не спорь. Вы очень мало видитесь. Поэтому у вас все плохо.

— Да он скучненький какой-то, — пробубнила я.

— Раньше ты такого не говорила.

— Раньше я с ним в сети общалась.

Молчание.

Ну вот и все. Доводы у Машки закончились. Видимо, действительно надо бросать Влада.

— Слушай, — вдруг подала голос Машка. — У вас же еще не было секса?

— А это-то тут при чем? — не поняла я.

— При том, что после секса люди обычно становятся ближе друг к другу.

И тут меня прорвало.

— Или дальше! — сквозь смех выдавила я из себя.

— Не впутывай сейчас свои печальные связи, — Машка изо всех сил пыталась остаться серьезной.

Я хохотала, как идиотка.

— Что, вспомнились все твои горе-партнеры? — спросила она, вытирая слезы.

— И не только мои!

— А давай Кристю спровадим куда-нибудь и культурно разопьем бутылочку вина? — внезапно предложила Машка.

Я удивленно уставилась на подругу. Она никогда мне этого не предлагала.

— Давай, — согласилась я.

Кристю даже отправлять никуда не пришлось — она сама ушла. На занятия вокалом. Кажется, девчонка всерьез задумалась о карьере певицы. В Новый год, перепив шампанского, Кристя призналась нам, что на самом деле работает в клубе Макса не кольянщиком, а певицей. Ох, и досталось тогда Максу от Машки! Однако все быстро прояснилось — Машка сходила на пару выступлений своей сестры, прослезилась от умиления и разрешила Кристе продолжать музыкальную карьеру.

Надо признать, что девчонка действительно великолепно пела. Всем нравился голос Кристины, кроме ее учителя по вокалу. Честно скажу, что Марк Андреевич тот еще мутный типан. Уж не знаю, почему Кристя бежит к нему на занятия как на праздник. Он приходит на каждое ее выступление, сидит рядом с нами, сдержанно аплодирует, а потом разносит Кристю в пух и прах, указывая на ошибки, а эта дурочка смотрит на него как на царя-батюшку и молча кивает.

Если бы Кристя не встречалась со своим дружком по кличке Мутный, которого, кстати говоря, звали Юрой, то я подумала бы, что девчонка влюбилась в своего учителя. Вот была бы драма!

Итак, проводив Кристю, мы с Машкой откупорили бутылку дорогого красного вина, которое привез нам откуда-то Макс, и уютно устроились на диване в гостиной.

Вприкуску с шоколадом и бутербродами, которые наделала Машка, мы почти мгновенно прикончили целую бутылку.

— Прикинь, у Влада дальтонизм, — сказала я Машке.

— Да ну, ты гонишь, — не поверила подруга.

— Чистая правда, вот тебе крест, — и я важно перекрестилась.

— А как он тогда машину водит?

— Да у него нет никакой машины, ты что!

Машка согласно кивнула. Мол, да, точно.

— Как же он тогда видит мир? Наверно, деревья для него какие-нибудь красные или желтые, — хохотнула подруга.

— Да нет, — замотала я головой. — Он просто оттенки не различает.

— Как это так? — не поняла Машка.

— Ну смотри, — я ткнула пальцем в наши обои. — Видишь, у нас два орнамента на стене: темно-бежевый и светло-бежевый.

Машка кивнула.

— Ну вот, а для него они просто бежевые, ясно?

— А-а-а, — понимающе протянула подруга. — Да ну, так не интересно.

Нашу уютную посиделку прервал мой зазвонивший телефон.

Я лениво протянула руку к трубке, но меня опередила Машка. Она схватила мой телефон и с улыбкой нашкодившего ребенка поднесла его к уху.

— Алло.

Я нахмурилась. Если это по работе, я ее стукну.

— Привет, Влад.

Облегчение. Это всего лишь мой чудесный парень. Легок на помине.

— Да, заходи, я отдам тебе твою флешку.

Черт, флешка. Как не вовремя она ему понадобилась.

— Давай, жду тебя, — Машка даже не старалась подделать свой голос под мой.

Закончив разговор, подруга прыснула.

Я тоже хохотнула.

— Он даже не понял, что это не ты, — весело объявила Машка.

— Если трубку возьмет Макс, он тоже не поймет, поверь мне. Мы очень редко созваниваемся. Только переписываемся.

— Ну, у нас еще с тобой голоса похожи, многие путают, — вступилась Машка за Влада.

— Угу, — кивнула я. — Конечно.

Влад пришел быстро. Слишком быстро. Не прошло и десяти минут, как он уже стоял в квартире. Наверно, звонил уже на подходе к нашему дому…

Я поцеловала его в щеку и всунула в руку флешку.

— Ну пока, — сказала я как можно милее и нежнее. Вдруг, обидится, ранимая душа.

— А что вы делаете тут вдвоем? — полюбопытствовал он, заглядывая в гостиную, где на полу стояла пустая бутылка из-под вина и два стакана.

— Ничего, — тут же ответила я, подталкивая его к двери. — Просто женские посиделки. Сплетни и бредни, ничего интересного.

Влад недоверчиво посмотрел на меня, а потом перевел взгляд на Машку, которая стояла рядом.

— Ну ладно, — протянул он. — Тогда я пошел.

— Да, давай, — я помахала ему в след и, закрыв дверь, посмотрела на Машку. Подруга еле сдерживала хохот. Я, глядя на нее, тоже рассмеялась.

— Какой он подозрительный, — сквозь смех выдавила Машка.

— Мне кажется, — сказала я, вытирая слезы от смеха, — иногда он верит в то, что я изменяю ему с тобой.

Тут Машка сползла вниз по стенке, на которую опиралась все это время, закрыла лицо руками и начала гулко и истерично смеяться.

В этот момент у меня в голове что-то щелкнуло, и я уверенно направилась к входной двери.

— Ты куда? — удивленно спросила Машка.

Ничего не ответив, я тихо повернула замок и резко открыла дверь. На площадке, прямо рядом с нашей квартирой, стоял Влад.

— Ты что тут стоишь? — злобно спросила я. Сомнений не было — он пытался нас подслушать.

— Я-я, — замямлил парень. — Я жду лифт!

Я скосила взгляд на лифт, кнопка которого не горела.

— Так у тебя же клаустрофобия! — вспомнила я и, засмеявшись, захлопнула дверь.

Машка смотрела на меня ошалевавшими глазами. Я смеялась как ненормальная.

— Даже не спрашивай, почему я открыла дверь, — сквозь хохот и слезы сказала я Машке.

Подруга, заливаясь смехом, сдавлено кивнула.

Остаток вечера прошел за обсуждением того, как я ловко прищучила любопытного Владюшу.