Тесный союз с Западной Германией принес не только политические и дипломатические дивиденды, но и экономические. Европейские союзники заменили колонии в качестве главных торговых партнеров Франции, которая на время стала самой динамичной экономикой континента. Опасаясь дестабилизации Европейского сообщества, де Голль добился отклонения британской заявки на вступление в 1963 и 1967 гг. Его возглас: «Да здравствует свободный Квебек!» – во время визита в Монреаль также задел британское самолюбие.

Хотя Франция прочно принадлежала американскому, а не советскому лагерю, де Голль вышел из военной структуры НАТО, чтобы создать собственный ядерный арсенал после испытаний в алжирской Сахаре в 1960 г. Эвианские соглашения и предоставление независимости большинству колоний в начале 1960-х позволили Франции позиционировать себя как поборника деколонизации во имя прав человека и самоопределения народов. Де Голль открыто критиковал американское вмешательство во Вьетнаме и держал Израиль на расстоянии, развивая отношения с недавно освободившимися арабскими государствами.

Многие лидеры новых независимых государств сохраняли тесные культурные и политические связи с Францией. Ярким примером был первый президент Сенегала, поэт Леопольд Сенгор. Он и президент Кот-д’Ивуара Феликс Уфуэ-Буаньи заседали во французском парламенте и занимали министерские посты. Соратник Сенгора по движению негритюд Эме Сезер был ведущим политиком Гваделупы при Пятой республике. Все трое поддерживали франкофонное движение, которое под эгидой Международной организации франкофонии обращалось к франкоговорящим по всему миру. Французская колониальная империя исчезла, но французский язык остался мировым.

Поддержка Францией развивающихся стран не всегда была столь альтруистичной, как казалось. За исключением Гвинеи, все африканские экс-колонии согласились после получения независимости сохранить французские военные базы – подход, одобренный США как мера предосторожности в холодной войне. Были также заключены привилегированные торговые соглашения, причем Франция использовала подачки бывшим колониальным лидерам (при необходимости тайно), чтобы сохранить их лояльность и профранцузскую ориентацию. Для обозначения и осуждения этих отношений как формы неоколониализма, основанного на секретности и коррупции, был придуман термин «Франсафрика».