Это почти то же самое, что делал Хаггар на наших занятиях. Почти.

Но Хаггар учил меня не отражать и не бороться, он учил меня уходить глубже.

Я не сопротивляюсь напору, позволяя ему быть, признаю его существование и скольжу в сторону, в самую сердцевину камня, в его непоколебимое ядро. Обвиваюсь вокруг него, сливаюсь с его песней, становлюсь ею.

Мой камень вздрагивает, по его поверхности пробегает рябь. Элис усиливает давление, её глаза сужаются, на лбу выступает испарина.

Камень молчит.

Он не трескается и не рассыпается, просто плывёт в воздухе, спокойный и равнодушный, как скала, о которую разбиваются волны.

— Что… — выдыхает кто-то из старшекурсников.

Элис атакует снова и снова, её камень мечется вокруг моего, пытаясь пробить брешь, но я чувствую каждую попытку и каждый раз ухожу глубже, в ту самую тихую зону, где нет ни гнева, ни страха, ни её голоса.

Только камень. Только песня. Только я.

— Время, — объявляет Гронда.

Элис опускает руки. Её грудь тяжело вздымается, волосы выбились из причёски, на висках блестит пот. Она смотрит на мой целый и невредимый камень, чуть покачивающийся в воздухе, и в её глазах впервые появляется растерянность.

— Ничья, — голос Гронды разрезает тишину. — Фокусы обеих участниц не повреждены.

— Ничья?! — голос Элис срывается на визг. — Я десять лет тренировалась! Она даже ударить не пыталась!

— Условия дуэли разрушить фокус соперника, — Гронда смотрит на неё с холодным, оценивающим спокойствием. — Вы не разрушили фокус ученицы Ард. Следовательно, победа не присуждается никому.

Элис застывает, её лицо медленно заливается краской.

Она проиграла, хотя формально ничья. Но все здесь понимают: она, лучшая ученица академии, десять минут атаковала новенькую, которая даже не начала отвечать. И не смогла ничего сделать.

— Ард не так уж и проста, — слышится чей-то шёпот. — Видимо, канцлер не просто так её приметил…

— Это защита уровня младшего магистра, — добавляет другой голос. — Откуда у неё такие навыки?

Элис резко разворачивается и идёт к выходу. Её спина прямая, но в походке появилась сбивчивость, которой раньше не было.

Я опускаю камень на постамент. Пальцы дрожат, а во рту чувствуется привкус металла.

Я собираю вещи и выхожу из зала. В коридоре у колонны стоит Кия, глядя на меня круглыми глазами.

— Ты… это было… — она замолкает, не находя слов.

Я прохожу мимо. Мне нужно в свою комнату, нужно сесть и перестать дрожать.

Но на лестнице меня настигает знакомый ледяной голос.

— Впечатляюще.

Я оборачиваюсь. Элис стоит на три ступени выше, вцепившись в перила так, что костяшки побелели.

— Думаешь, это что-то меняет? — шипит она. — Думаешь, теперь все упадут к твоим ногам? Ты просто очередная игрушка. Варрад использует меня, канцлер использует тебя. Разница лишь в том, что я это хотя бы понимаю.

Я смотрю на её дрожащие губы, на сбившуюся прядь, на отчаянный блеск в глазах.

— Ты ошибаешься, — говорю я тихо. — Канцлер не использует меня.

— О, правда? — её смех звучит как стекло, рассыпавшееся по камню. — И что же ты для него тогда? Невеста? Будущая жена? Скажи, он хотя бы спросил тебя, хочешь ли ты этого?

Я молчу.

Элис смотрит на меня долго и пристально, и в её взгляде появляется что-то новое. Не ненависть — почти узнавание.

— Мы с тобой не так уж отличаемся, Ард, — произносит она наконец. — Обе оказались пешками в чужой игре. Только я хотя бы знаю, какую цену плачу.

— Ученица Ард, — внезапно раздаётся где-то за моей спиной, и мы с Элис одновременно поворачиваем головы.

На нижней ступеньке лестницы стоит высокий мужчина с неизменной папкой в руках. Помощник магистра Гронды.

— Магистр Гронда требует вашего присутствия. Немедленно.

Элис издаёт короткий, горький смешок.

— Ну конечно. Уже требуют. Беги, Ард. Не заставляй их ждать.

Она разворачивается и уходит вверх по лестнице не оглядываясь. Её шаги гулко отдаются в тишине, а я нехотя следую за мужчиной.

Мы идём по коридорам, которые становятся всё тише и пустыннее, пока помощник не останавливается у массивной двери, стучит и, не дожидаясь ответа, открывает её, жестом приглашая войти.

Я переступаю порог.

За длинным столом сидят четверо. Сперва замечаю магистра Гронду, а затем, когда Вижу Хаггара от чего-то едва заметно выдыхаю.

Слева от него находится незнакомый мне магистр с острым, хищным лицом. А в центре, во главе стола, восседает тот, кого я никак не ожидала здесь увидеть.

Магистр Сандар.

Тот самый, чьё имя Кия произносила с благоговением. Глава геомантического совета. Легенда.