Дэйв проснулся от того, что кто-то тряс его за плечо. Он поднял затуманенный взгляд и увидел, что над ним склонился капрал Уилкинс, держа в каждой руке по чашке кофе.

- Вставай и просыпайся, Спящая красавица, - сказал капрал. - Капитан хочет поговорить с тобой в задней части самолета.

Дэйв с жадностью взял кофе и, следуя за капралом, пробрался вглубь самолета. Когда все собрались в зоне камбуза, капитан рассказал Дэйву о новой информации из видеозаписей министерства.

- И еще одно, - добавил капитан, когда закончил. - Люди из министерства не знают, почему мы здесь. Они нас не вызывали. Но кто-то точно просил, и я хотел бы знать, кто. Я отправил полковнику электронное письмо. Расскажет он мне или нет - решать ему, но так или иначе я это выясню.

У Дэйва защемило сердце. Он знал, что правда рано или поздно выйдет наружу; он надеялся, что у него будет больше времени, чтобы поближе познакомиться с ребятами, прежде чем это произойдет, но теперь было уже слишком поздно.

- Это моя вина, сэр, - сказал Дэйв. - По крайней мере, я почти уверен, что дело именно в этом.

- Ты всего лишь рядовой, - сказал Bиггинс. - У тебя нет такого влияния.

- Нет. Но у моего папы есть. Он работает в Управлении по делам Шотландии.

После этого ему ничего не оставалось, как рассказать всю историю: начиная с драки в баре, продолжая военным трибуналом, которого он избежал буквально на волосок благодаря давлению со стороны отца, и заканчивая тем последним, вызывающим неловкость разговором, когда его отец говорил о "последних шансах", разговаривая по телефону с Министерством обороны.

- Я на девяносто девять процентов уверен, что он устроил эту поездку только для того, чтобы затащить меня в команду. Если на него и оказали давление, ваш полковник никогда в этом не признается, возможно, даже не знает об этом. Но я знаю, и решил, что лучше рассказать вам об этом, пока вы не услышали это от кого-то другого.

- Ну, это просто чертовски здорово, вот что, - сказал Bиггинс. - Нет ничего лучше милого кусочка кумовства и забавных рукопожатий со всех сторон, чтобы как следует начать день.

- Это не так... - начал Дэйв, но его прервал сержант.

- Все именно так, и мы все это знаем. Не считай нас дураками, парень, мы все уже не раз сталкивались с подобным. Просто сделай мне одолжение, не мешай нам и дай нам делать свою работу. Можешь отчитаться перед своим отцом и сказать ему, что большие парни не захотели с тобой играть.

Bиггинс отвернулся, на его лице явно отразилось отвращение. Дэйв посмотрел на капрала Уилкинса, надеясь на более дружеский ответ, но того не последовало.

- Тебе стоило сказать нам об этом сразу, - сказал Уилкинс. - А так это выглядит так, будто ты скрывал это от нас, пока у тебя не осталось другого выбора.

- Мне было неловко, - ответил Дэйв.

- Да, парень, - добавил капитан. - Мне бы тоже было неловко.

Уилкинс и капитан направились в переднюю часть самолета, оставив Дэйва наедине со своими мыслями.

Вот это да, отлично получилось.

После этого с ним никто не разговаривал. В какой-то момент он обернулся, чтобы оглядеться по салону, и увидел, что остальные три члена отряда все спали. Сотрудники министерства совещались впереди, но Дэйву нечего было им сказать. Он откинул спинку сиденья, выключил верхний свет и попытался расслабиться, но недавний разговор продолжал крутиться у него в голове. Он не видел, как можно было поступить иначе, не придя к тому же результату, и в конце концов отогнал эти мысли.

Я в дерьме. Лучше начать выгребать.

Только когда пилот объявил о начале процедуры посадки, кто-то заговорил с ним. Капрал Уилкинс подошел к нему.

- Мы были с тобой чуть-чуть слишком строги раньше, сынок, - сказал он. - Прости. Но к нам и раньше сбрасывали людей с парашютами, и ни для нас, ни для них это никогда не заканчивалось хорошо.

- Если честно, капрал, я сам не слишком доволен этим. Но теперь я здесь, и в первую очередь я солдат, а уже потом - сын своего отца. Я вас не подведу.

- Это еще предстоит увидеть. Сержанта тебе будет нелегко переубедить, но, если это имеет значение, я не собираюсь судить парня за грехи его отца, так что я тебя прикрою. Просто не высовывайся, делай то, что тебе говорят, когда тебе говорят, и мы все вместе вернемся домой. Договорились?

- Договорились.

- И не разговаривай с Вигго, пока он сам с тобой не заговорит. Он хороший человек, но иногда ему нужно немного времени, чтобы разобраться в ситуации.

- Принял и понял, капрал.

Посадка прошла гладко. Они вышли на борт в теплый карибский вечер, когда солнце, сидящее на горизонте, окрашивало бетон взлетно-посадочной полосы в оранжевый оттенок. Их ждали три "Джипа", и вскоре Дэйв оказался зажатым на заднем сиденье одного из них между капралом и сержантом Bиггинсом. Никто из них не разговаривал, но, к счастью, путь был коротким. Они тряслись по ухабистой дороге, которая вела их вверх, прочь от берега аэропорта Элине в холмы на юге, которые уже погрузились в темную тень. Проехав не более нескольких миль, впереди показалась большая тень - группа приземистых зданий вокруг высокой центральной башни. "Джипы" остановились на бетонной стоянке перед одним из зданий.

Там их ждала небольшая встречающая делегация. На солдат в основном не обращали внимания, оставив их на произвол судьбы, и они шли следом, пока сотрудников министерства провожали внутрь. Представителей министерства провели в помещение, напоминавшее представительский номер в роскошном отеле; условия для Oтряда были несколько скромнее - это была комната с бетонными стенами, четырьмя двухъярусными кроватями и небольшой умывальной комнатой с душем в задней части. Им дали время лишь на то, чтобы бросить свой небольшой багаж, после чего их снова вывели и провели в большую, хорошо оборудованную столовую, где был накрыт фуршет.

Мужчина с сильным лондонским акцентом, очевидно, управляющий объектом, произнес банальную речь о том, что "с нетерпением ждет" инспекции, хотя его глаза говорили прямо об обратном, после чего всех оставили наедине с едой. По крайней мере, еда, судя по всему, была самого высокого качества: богатый выбор странных фруктов, хлеба и мясных холодных закусок, происхождение которых было неизвестно, но которые были настолько вкусными, что это не имело значения. Капрал Уилкинс подошел к Дэйву, когда тот раздумывал, не взять ли себе добавку.

- Пока оставь это, парень, - сказал Уилкинс. - Капитан хочет, чтобы мы осмотрели объект. Лучше всего сделать это, пока все эти ребята заняты. Пошли, нам с тобой предстоит обследовать кладовые и подвалы, а капитан с Вигго займутся машинными залами и площадкой для бурения. У нас, наверное, будет всего пять минут, прежде чем они заметят, что нас нет, но этого должно хватить, чтобы сориентироваться. Подожди минутку, а потом иди за мной. Старайся не выглядеть подозрительно.

Дэйв наблюдал, как капрал вышел из комнаты и повернул направо у двери. Через минуту он последовал за ним; никто не обратил на него внимания, кроме капитана Бэнкса, и тот лишь медленно подмигнул ему и слегка улыбнулся. Через несколько секунд он встретил Уилкинса на верху металлической лестницы. Лестничная клетка уходила вниз, в мрак.

- Если кого-то встретим, скажем, что заблудились, ища туалет, - сказал Уилкинс, и Дэйв кивнул, чувствуя, как первые капли адреналина хлынули в его организм.

Уилкинс положил ему руку на плечо.

- Расслабься, парень. Это всего лишь обходная проверка. А если мы и найдем что-нибудь, то, скорее всего, это будет просто обезьяна. Думаешь, справишься с обезьяной?

Дэйв снова кивнул, не решаясь заговорить, и последовал за капралом вниз по ступенькам.

Лестничная клетка была освещена, но только одной неоновой трубкой, висевшей высоко над головой и отбрасывающей длинные тени перед ними, пока они спускались. Ступени привели их на внутреннюю парковку, которая, если воспоминания Дэйва не обманывали его, занимала ту же площадь, что и этаж, с которого они спустились. Она была пуста, за исключением двух "Джипов", капоты которых были холодными на ощупь. Шаги Дэйва эхом разносились по помещению с низким потолком. Помимо "Джипов" и огнетушителя, прикрепленного к стене рядом с другим проходом, здесь не было ничего, на что стоило бы обратить внимание. Уилкинс направился прямо к ней и прошел внутрь, а Дэйв - следом за ним.

Они оказались в другой лестничной клетке, столь же слабо освещенной, как и предыдущая. Каждый звук звучал глухо и эхом, что заставило Дэйва подумать, будто они направляются в более просторное помещение, и это предчувствие подтвердилось, когда, пройдя двадцать четыре ступеньки, они спустились в то, что явно было кладовой, совмещенной с мастерской - запутанный лабиринт из сложенных в кучи ящиков, деталей машин, инструментов, а также подставок для поддержания и верстаков. Стены были уставлены канистрами с топливом и кислородно-ацетиленовыми баллонами, единственные окна находились высоко у потолка и, судя по всему, были плотно закрыты, а во всем помещении стоял резкий запах смазки и старого моторного масла. Похоже, эти двое солдат были здесь одни.

Уилкинс приложил палец к губам, затем жестом показал, что сам пойдет направо у подножия лестницы, а Дэйву следует пойти налево. Дэйв сделал, как ему велели, повернул налево и вошел в длинный коридор, заставленный штабелями ящиков - судя по этикеткам, в основном с деталями машин. Он слышал только свои собственные шаги по бетонному полу. Дыхание у него участилось. Он подумывал обнажить пистолет, но, не получив на то приказа, счел за лучше оставить оружие на месте; он был на грани выстрела, и было бы плохо выпустить пулю в бродячую кошку или, не дай Бог, в ночного сторожа.

Он прошел уже половину коридора с ящиками, может быть, шесть или семь ярдов, когда услышал это - глухой стук, словно что-то мягкое упало на пол справа от него. Он повернулся в ту сторону как раз вовремя, чтобы увидеть, как более темная тень мелькнула и скрылась в проеме.

Он сделал шаг вперед, пытаясь разглядеть поближе.