В техническом отделе Дамлина не было. В мастерской тоже. Корнелия разочарованно вздохнула. Казалось бы, освободилась пораньше, но пользы никакой.
Девочка раздраженно посмотрела в окно… Если так подумать, то он мог быть и в городе. Даже не «мог», а, скорее всего, в городе. Как Дамлину исполнилось пятнадцать, отец разрешил ему самостоятельно покидать поместье. Корнелии же до такого еще расти и расти… Да и даже если она достигнет совершеннолетия, вряд ли сможет так же свободно самостоятельно уходить в город. Там уже будет муж, который имеет право ограничить передвижения жены. Все же Асмелида слишком консервативная. Да, формально никто никого не угнетает, женщины могут получать образование и даже в теории выйти на работу. Но ключевое слово «в теории». На практике же лишь половина полноценно заканчивает образование, а занимающиеся карьерой сущие единицы. В большинстве же своем женщины посвящают себя семье, занимаясь детьми и ведением хозяйства. Причем во всех слоях населения. Даже та же Саманта, имея хорошее образование, всю свою жизнь посвятила детям и мужу.
Корнелии же это совершенно не нравилось, ведь еще лет 5, и ее начнут водить на знакомства с потенциальными женихами… И вряд ли среди них будет Дамлин. Все же в Асмелиде брачный возраст начинается с 16. О том, что Корнелия внебрачный ребёнок, знают все, но лорд еще до рождения признал ее официально и дал свою фамилию, а поскольку девочка, то и в наследовании никакого участия не принимает.
Девочка тряхнула головой — она уж точно к тому времени что-нибудь придумает, чтобы избежать брачную участь, ведь если она и выйдет замуж, то только за Дамлина. Никого другого и быть не может.
Она уверенно шла по коридору. Корнелия знала все схемы поместья, мало охраняемые ходы, время смены стражи… Беспрепятственно выйти не составила труда, да и не было за ней такого жесткого надзора…
И наконец… Город. Раствоин.
Вообще все города Асмелиды гармонично в себе совмещали в себе средневековые мотивы и технологии. В верхней части города, где обитали довольно зажиточные жители, улочки были вымощены из белого камня, здания без излишеств с очень аккуратной лепниной, а через каждый квартал проходили аллеи с живыми растениями и вечно цветущими деревьями. И одновременно с этим по улицам летали почтовые электроны, были широкие дороги для карет без лошадей и машин…
Тут Корнелия не особо выделялась. Любой, кто взглянул бы на нее, принял бы за простого ребенка, который просто отошел от родителей. Но чем дальше она спускалась по улицам, тем мрачнее становилась атмосфера. Кареты остались далеко. Как и здания с лепниной. Садов больше не было. Настали настоящие трущобы. Вот здесь она стала белой вороной. Недоразумением, что по ошибке забрело не туда…
Только девочка шла сюда намеренно.
Ей хотелось проверить сразу несколько вещей. Во-первых, насколько карты города совпадают с теми, что она изучала. Пока все было согласно тем схематичным чертежам, но вдруг трущобы отличаются?
Во-вторых, до этого дня Корнелия никаких прямых проблем отцу не доставляла. Вела себя в рамках приличия, специально ни на что не нарывалась, да и внимания к себе не привлекала. А сейчас нарушила правила, о которых прекрасно знала. Как отец ее накажет? Ведь вечно «послушной девочкой» она не будет. Рано или поздно у них произойдет настоящая ссора. И что будет тогда? Ей нужно было узнать заранее, что она ставит на кон, вступая в конфликт.
У Корнелии было несколько вариантов. Самый худший и наиболее вероятный из них — ограничение общения с Дамлином. Поскольку это первая ее «выходка», то ничего серьёзного он не предпримет. Тем не менее его угроза или предупреждение зададут динамику для всего последующего…
А ещё… Сможет ли Дамлин ее найти? Корнелия уже давно догадывалась, что у него есть особые способности. Да и сам он вряд ли человек. По крайней мере, точно не чистокровный. Он как-то мог узнавать о происходящем в поместье. При этом доступа к камерам у него не было — отец бы с ним не поделился, да и сам он не стал бы их взламывать. И тем не менее ее друг слишком много знал. Напрямую Корнелия ничего не спрашивала, но продолжала молча наблюдать. Его случайные оговорки, фразы и вопросы, которые бы не возникли у него, не услышь он «лишнего». Порой девочке казалось, что он может видеть мельчайшие детали механизмов без микроскопа. Так каков предел его сил? Где границы дистанции, о которой он может узнать? По силам ли ему спасти ее из трущоб?
Корнелия беззаботно бродила по городу, отходя все дальше и дальше от благоприятных районов, прекрасно зная, как это выглядит: девочка в довольно богатой одежде и совершенно одна идет в трущобы. Совсем уж без защиты она, разумеется, идти не стала — в складках платья был припрятан электрошокер вместе с парой самодельных устройств. Только для чистоты эксперимента использовать все это Корнелия планировала в самом крайнем случае. Если Дамлин не придёт… Или если его физическая сила не такая масштабная, как Корнелия предполагала… Все же ей не хотелось, чтобы из-за ее выходки Дамлин пострадал. Так что запасной план у нее был и не один.
— Потерялась, малышка?
Скрипучий прокуренный голос раздался совсем рядом. Корнелия подняла голову. Как она и рассчитывала… Не прошло и часа, как на нее вышли ребята лет 16, похожие на бродяг. Их было трое, и смотрели они на Корнелию, как на внезапно упавший кошель с золотом.
— Вовсе нет. Благодарю за ваше беспокойство.
Она прекрасно понимала, что так просто они от нее не отстанут. Да и ей не нужно было, чтобы они отставали. Лишь немного потянуть время — дать Дамлину возможность услышать…
— Не, ну вы ее слышали?
Эта шайка гиен загоготала. Они стали постепенно окружать девочку, отсекая путь к отступлению. Корнелия же спокойно на них смотрела, незаметным движением нащупав электрошокер. Ребята же не торопились — это была настоящая стая хищников, которые почувствовали, что жертва уже в их когтях. Все складывалось даже лучше, чем она планировала…
— Идем с нами.
— Не хочу.
Корнелия беззаботно пожала плечами, даже не гадая, что им нужно. Она и так знала — похитить и запросить выкуп. Раз она так одета и спустилась из хорошего района, то «любящие родители» уж точно неплохо им заплатят.
— Тебя не учили слушаться старших?
— Вы не намного старше меня, — парировала Корнелия, крепче сжимая спрятанный электрошок.
Одного из бродяг этот ответ выбесил, и он потянулся, чтобы схватить Корнелию. Девочка застыла. Пора или нет? Может еще потянуть время? Неужели Дамлин все-таки ничего не услышал?
Электрошокер в складках казался все тяжелее. Она уже нажала на переключатель, как поняла…
Его рука так и не приблизилась к ней, хотя уже должна была схватить.
— Отошли от нее.
Корнелия распахнув глаза уставилась на темный затылок, который возник прямо перед ней из ниоткуда. Дамлин. Он все-таки ее нашел. И его вид…
Корнелия никогда его таким не видела. Пусть и растрёпанный, но впервые Дамлин выглядел по-настоящему злым.
Она буквально чувствовала, как воздух сгущается от угрозы, которая исходила от него. Дамлин с силой. Чуть ли не до хруста костей сжимал все еще зависшее в воздухе запястье.
— Ты еще кто? — чуть ли не взвизгнул неудавшийся похититель. Его «сообщники» многозначительно переглянулись.
— Мне повторить? — он сказал это тихо, но от того угроза в его голосе стала по-настоящему зловещей.
Дамлин стукнул по каменной стене кулаком. Та от одного удара пошла трещинами. Этой демонстрации хватило, чтобы спугнуть шайку.
— Валим…
Они свалили так же быстро, как и появились. Пара минут, и даже их след простыл. А Корнелия так и смотрела в искреннем восхищении на Дамлина.
— Дамлин… — дрожащим голосом проговорила девочка и кинулась на него, распахнув руки для объятий.
Не то чтобы она испугалась — все пошло по ее плану… Корнелия просто не хотела упускать возможность обнять Дамлина. Хоть они и проводили много времени вместе, но он практически не допускал фамильярных жестов. Это была четкая граница, которую он не пересекал и, более того, не давал пересечь девочке.
Но сейчас… Дамлин не такой человек, который будет отталкивать девочку, на которую только что чуть не напали. Чем и внаглую пользовалась Корнелия, пока он стоял, напрягшись от неожиданности.
— Корнелия… — он вздохнул, но его тон изменился — от ярости не осталось и следа. — Ты же не напугана?
— Не особо, — вздохнула и отпустила руки.
Глупо было с ним спорить. Да и еще пара секунд, он бы сам пусть и аккуратно, но отодвинул бы ее от себя.
— Знаешь, мне кажется, я не удивлюсь, если ты эту шайку и подговорила напасть… — мальчик говорил это без злобы, поправляя растрёпанные волосы. Видимо, бежал сюда со всей скорости.
— Не, они сами… Я только моментом воспользовалась.
— Какой ужас…
— Извини… — вздохнула Корнелия.
— Больше не будешь так делать?
Дамлин не уточнил, что именно он имеет в виду. И даже не стал спрашивать, как и зачем она вышла в город. И тем не менее на все это у Корнелии был один ответ.
— Ты хочешь, чтобы я ответила правду или то, что ты хочешь услышать?
— Корнелия, пожалуйста…
— Я могу пообещать, что никогда ничего плохого тебе не сделаю… — она отвела взгляд и уже тише добавила. — По крайней мере, не совместимого с жизнью.
— Это определённо успокаивает… — фыркнул Дамлин и кивнул на улицу, по которой Корнелия сюда вышла.
Добрались обратно они намного быстрее. В конце концов, до трущоб девочка шла нарочито медленно, чтобы собрать больше внимания. А рядом с воротами в поместье уже ждал лорд Ле Шадо. Корнелия не удивилась. Наверняка охрана или он сам по камерам заметили ее отсутствие, ведь хоть и вышла она без проблем, но и не особо скрывалась. Даже наоборот, сделала так, чтобы в конце концов ее уход обнаружили.
— Корнелия, и как это понимать?
— Я испугалась, что Дамлин потеряется… — совершенно без раскаяния ответила девочка.
— А о том, что ты сама можешь потеряться, ты не подумала?
Корнелия пожала плечами — она знала карту города наизусть, средства самозащиты у нее были. Но посвящать в это отца не собиралась. Ей нужно было увидеть его реакцию. Какие последствия будут от ее выходки?
— Ничего не случилось? — Мандерил Ле Шадо перевел взгляд на Дамлина.
— Нет… — к удивлению, девочки он соврал. — Все в порядке.
— Корнелия, иди к себе. Сегодня никакой мастерской.
Что и требовалось доказать. В качестве наказания отец будет лишать ее времени с Дамлином. Корнелия кивнула и ушла, молча сделав все выводы сегодняшнего дня.