Возможно, его и в самом деле не стоило брать с собой. Всё-таки это было импульсивным решением. Как же странно. Вроде в этом рабе нет ничего такого, но почему-то, когда дело касается его, я уже который раз веду себя нелогично. Хм…

Я взглянула на него. Ладмин шел буквально в шаге от меня. Не отходил, но и держал дистанцию. Как всегда сутулился, пытаясь казаться меньше. И по сторонам особо не смотрел. Вроде примерное поведение для раба. Только у меня перед глазами вновь вспыхнул момент, когда он схватил меня за руку. И вот что занимательно… Ладмин явно не тупой, он думает перед тем, как ко мне подойти, перед тем, как что-то напечатать и перед тем, как куда-то пойти… Но когда он хватал мою руку, никаких мыслей у него не было. Думал Ладмин уже после. Я пыталась отследить его эмоции через донор голоса, но ничего из ряда вон выходящего не было: страх, напряжение, тревожность, растерянность… И всё это было довольно в расплывчатом секторе определения — похоже, он пытается прятать свои эмоции… Но зачем? Из-за плазмы?

Я неспешно шла по Жерстрику, подмечая все изменения в толпе. После выхода из Союза здесь стало довольно оживленно. Эта планета стала странным сочетанием довольно неплохих технологий, бедных построек и людей из самых разных каст. Серые многоэтажки допотопного времени, а авиамашины почти такие же, как в довольно развитых мирах. Все девайсы завозят пираты.

Что примечательно, магазинов в привычном понимании тут нет. А есть нечто похожее на древний рынок. Развивать и вести бизнес при господстве преступности практически нереально. Но в зонах для продаж можно быстро сбагрить добытое не самыми порядочными путями и смыться с кушем восвояси. Единственным исключением являются отели — даже пиратам хочется получить нормальный сервис после долгих космических перелетов, так что гостиничный бизнес особо не трогают. Впрочем, это негласная договоренность — если всё же разнесут, никто возмущаться не будет, даже владельцы отелей.

Приезжают сюда для незабываемого «курорта», чтобы вкусить плоды, запрещенные Межгалактическим Союзом. А еще для нелегальных сделок, разборок, продажи награбленного… Тут нет никакого контроля. Никаких законов и проверок. Приехать может любой и даже уехать, если повезет. Главное — не переходить дорогу преступным диаспорам. А если вдруг ограбят или прострелят колени, то лучше не ныть — сами знали, куда ехали.

Слежку я заметила практически сразу. В общем-то, ради нее и выходила на многолюдные улицы и практически не скрывалась. Так… Приняла банальные меры для вида, которые на Жерстрике точно будут бесполезны.

Он несся прямо на меня. Не сворачивал. Не пытался затормозить. Нет… Гонщик ехал так, будто хотел в меня врезаться. Оставалось буквально пару метров перед столкновением. В целом, я успе…

Додумать мне не дали. Чьи-то сильные руки схватили меня и убрали в сторону. При этом очень легко, словно я пушинка. Я посмотрела на владельца этих рук и встретилась с алыми глазами. Ладмин… Опять.

Гонщик же умчался дальше. Вообще не сбавляя скорости. А мой раб все еще держал свою ладонь на моей спине, придерживая… Да что с ним такое?

Он же знает правила. В прошлый раз сам подтвердил, что за подобное конечности можно ампутировать. И все равно вмешался…

— Руки убрал.

Он моментально меня отпустил. А сам потянулся к пульту. Ну уж нет. Не хочу ничего слышать. Я быстрее его сняла. Пускай пока побудет без него. Мне нужно сосредоточиться уж точно не на Ладмине.

— Это останется у меня.

Он явно хотел что-то сказать. Но не мог. Напечатать тоже. И, судя по всему, в этот раз тоже действовал на автомате. Только сейчас мне не особо интересно было слушать его извинения. Тем более, когда преследователи явно напряглись. Было ли это покушением?

Мы дальше пошли по улице. Точнее, подобию улицы в рамках Жерстрика. Гонщик все равно в кого-то врезался. И этот кто-то был уже не жилец. Он просто случайный идиот? Или смертник? Может, вообще робот?.. Только их производство запретили во всем Союзе. Но в теории пираты могут воссоздать что-то примитивное.

Только разглядывать место аварии я не могла. Тогда хвост, который тянется за мной, станет действовать осторожнее. Они поймут, что я что-то подозреваю. Могут и затаиться… А мне хотелось с ними быстро разобраться.