Мне часто приходится отвечать на этот вопрос соотечественникам, но еще чаще – самой себе. Конечно, на этот счет не может быть однозначного и единодушного мнения по определению. У каждого свой опыт, свои наблюдения и точка зрения.

Есть мнение, что пустыня Атакама, пояс Анд с одной стороны и Тихий океан – с другой способствуют не только созданию уникального климата для виноградарства, но и островной психологии чилийцев, традиционно чувствующих себя несколько отделенными от мира. Принимая во внимание расстояние до многих мест на карте мира, становится понятно, что в этой шутке есть доля правды.

Во время разговора один мексиканец так и спросил в лоб: правда ли, что Чили – это своего рода остров, окруженный (то есть отрезанный от остального мира) естественными преградами? На самом деле этот вопрос довольно точно показывает, что о чилийцах думают другие латиноамериканцы.

Более того, эта «изоляция» стала итогом исторического процесса. Во времена конкисты Атакама и Анды служили преградой между основными экономическими и административными центрами вице-королевства Нового Света, которые располагались в Лиме. Некоторые факторы делали усилия бессмысленными: стойкое сопротивление индейцев мапуче на юге, климат, суровый в одной части страны, и неплодородные почвы в другой, в сравнении с благодатными тропическими землями более северных территорий континента, вроде Бразилии.

Колонизаторы не спешили осваивать земли с неблагоприятным климатом, поэтому колонизация в Чили протекала куда медленнее, и фактическое освоение многих земель началось лишь с конца XVIII века.

Недаром в XIX веке появились специальные указы правительства для привлечения эмиграционных потоков переселенцев из Старого Света (преимущественно из Германии) для освоения южных земель, а территория южной Патагонии была фактически отдана под овечьи пастбища англичан. Все это принесло на эти территории европейские привычки и уклад жизни – от облика домов до кухни.

Чили – страна многонациональная по своей сути. В ткани ее ДНК переплелись исконная индейская кровь и гены европейских эмигрантов, которые покидали сотрясаемый раздорами, нищетой и военными конфликтами Старый Свет в поисках новых возможностей.

Поэтому современный чилиец представляет собой компот из многих национальностей, сплавившихся в одно за последние столетие-два. У кого-то больше мапуче в крови, у кого-то итальянцев и испанцев, но почти всегда это жгучая смесь в той или иной пропорции – в какой, по лицу видно.