Исторически Грасия была отдельным от Барселоны городом, а точнее, деревней; она так и называлась, Vila de Gracia[73]. Отличие ее от других периферийных районов современной Барселоны – богатая и независимая история жизни здесь людей. Считается, что Грасия появилась на свет еще в начале XVII века, а Барселона на тот момент, я напомню, по-прежнему жила внутри крепостных стен.

Основа Грасии – монастырь Ордена босых кармелитов, созданный в 1626 году. Здание частично сохранилось и до сих пор и расположено на площади Лессепс (plaga de Lesseps). Впрочем, без участия Барселоны тут не обошлось: строительство монастыря спонсировали столичный советник Жозеп Далмау и его супруга Лукреция Бальсельз. Для Лукреции этот акт доброй воли был жизненно необходим: бедная женщина пережила смерть семерых родных детей и искала новые способы обрести смысл жизни и существования. Помочь в создании монастыря было для нее одним из дел.

Вокруг изначального монастыря, получившего в народе прозвище Els Josepets – «Иосифчики», – постепенно появилось несколько мазий с живущими там землевладельцами. Земли возделывались, урожаи отвозились на продажу в Барселону. В 1767 году деревня получает свое современное имя – Грасия; на старинных версиях каталанского и испанского языков это значит одно и то же: «благословение Божие». Примерно в этот период Грасия обретает статус, во многом обеспечивший ее богатство и приятный вид, богатые барселонские аристократы и буржуа выбирают этот город своей летней резиденцией. Традиция эта началась в XVIII веке и благополучно просуществовала вплоть до самой Гражданской войны: судьи, политики, писатели и купцы из Барселоны строили себе дачи в Грасии и проводили тут лето, наслаждаясь воздухом на несколько градусов прохладнее, чем в Барселоне, прогулками по ближайшей горной цепи Кольсерола и отсутствием суеты большого города.

Тут, пожалуй, будет весьма уместно сказать пару слов о расположении Грасии: этот дистрикт Барселоны находится достаточно далеко от моря, зато у самого подножия горы Тибидабо (а некоторые районы – уже и на горе). От Тибидабо в обе стороны амфитеатром расходится горная цепь Кольсерола, именно она обеспечивает знаменитый на весь мир барселонский климат, теплый зимой и сдержанный летом, «обнимая» город с двух стороны своими рукавами. Барселонские хорошие семьи XVIII и XIX веков очень любили гулять по покрывающим Кольсеролу лесам, набредая изредка на заброшенные и столь дорогие их каталонскому сердцу каменные мазии.

Когда стены пали и началось строительство Эшампле, в Грасию пришли большие перемены: первый проложенный в Барселоне трамвай вел именно сюда, в избранный летний поселок всех городских элит. Трамвайные пути по самому центру проспекта Пасеч-де-Грасия проложили в 1872 году, с этого момента когда-то тихий и безлюдный город перестал быть таким навсегда. Хорошие семьи стали строить здесь летние резиденции с усиленным энтузиазмом, среди них, например, первый дом, сделанный Гауди для частных заказчиков, семьи Висенс (carrer de les Carolines, 20). Это красивое, яркое здание с бросающимися в глаза арабскими мотивами. В этой ранней работе Гауди отдает предпочтение достаточно стандартным формам, не избегает прямых углов и совсем не использует свой любимый материал – камень (здание сделано в основном из красного кирпича). Тем не менее в игре цвета, в выборе плитки, в яркости образа «арабского дворца» можно угадать и мозаику будущего дома Бальо, и просторы парка Гуэль. Дом Висенс строился как дача, и он имеет безошибочный дух летнего дома для отдыха; во время Гауди главным достоянием этой резиденции был сад – просторный, полный зелени, с беседкой, классическим арабским фонтаном и даже водопадом. К сожалению, сам сад был утерян после смерти Гауди: у дома несколько раз сменились владельцы, сад в какой-то момент продали, – и сегодня это красивейшее здание стоит зажатое в угол страшненькими, но практичными постройками конца XX века: аптекой, офисом юриста, жилыми домами.

Долгое время дом Висенс был частной территорией, доступной к посещению только раз в год. В конце 2000-х, тем не менее, жильцы утомились от такой ответственности – жить в доме, который построил Антони, – съехали и начали искать нового покупателя. Задача эта не из простых: дом работы Гауди мало того что дорого стоит сам по себе, в Барселоне, помимо этого, действует один из самых жестких законов по сохранности произведений архитектуры в мире. Все дома в городе делятся на ряд категорий: А (здания, представляющие национальную ценность), В (здания, представляющие локальную ценность), С (урбанистический интерес) и D (интерес для документации и истории). Сносить можно только здания категории D, предварительно совершив их полный исторический и архитектурный анализ и внеся информацию в городскую базу данных. Дома первых трех категорий сносить нельзя. Дома категории А – к которым, безусловно, принадлежат все работы Антони Гауди – нельзя даже трогать. В имуществе наподобие дома Висенс нельзя ни в коем случае делать перепланировку, сносить стены, пристраивать погреб и новые этажи. Любые ремонтные работы нужно планировать совместно с чиновниками из мэрии и городскими историками. Владелец также обязан поддерживать дом в хорошем состоянии и реставрировать его. Цена дома Висенс, даже с учетом наличия всех этих жестких условий, составила 30 миллионов евро.

Покупателя искали три года, и в 2015 году «первый дом Гауди» купил андорранский Mora Banc; еще два года шла реставрация, и наконец в ноябре 2017 года дом Висенс открыл двери для широкой публики. Сегодня это музей, который можно посетить примерно за 20€. Из оригинального убранства работы Гауди сохранилось мало что, зато с точки зрения технологий и качества экспозиции это однозначно лучший из всех домов архитектора, доступных к посещению. К концу 2010-х этот дом еще не набрал туристические обороты своих конкурентов, и сходить сюда можно было без толп и суеты, наслаждаясь каждой комнатой и каждым слайдом выставки.

Тем не менее абсолютное большинство жителей Грасии во времена Гауди были представителями рабочего класса и на заработки каждое утро отправлялись на фабрики и заводы. Поэтому, за исключением роскошных летних домов indianosu3 Барселоны, архитектура в Грасии в целом достаточно скромная: это невысокие маленькие домишки, обычно набирающие от двух до четырех этажей в высоту, часто без лифтов (такая роскошь была доступна только столице) и близко стоящие друг к другу. И пусть сами дома особого интереса не представляют, узость и непредсказуемость улочек создают ту атмосферу уюта, соседства и близости всего вокруг, которую в Эшампле найти сложно. Именно поэтому сегодня здесь хотят жить очень многие, и цены на недвижимость в Грасии отнюдь не низкие – около 4600€ за квадратный метр[74].

Официально частью Барселоны Грасия стала в 1897 году. Сегодня это один из самых живых и любимых горожанами районов города. Здесь много отличных баров, ресторанов, микротеатров, расположен культовый кинотеатр Verdi, где показывают интеллектуальное кино на языке оригинала. В Грасии действительно есть ощущение, что ты попала в отдельную деревню, где все друг друга знают и весело проводят время вместе, но деревню при этом интеллектуальную и со всеми присущими городу развлечениями. Это чувство появляется не в последнюю очередь из-за единства самих жителей района, els graciencs. Самые хардкорные жители района до сих пор на вопрос «Откуда ты?» отвечают: «Из Грасии», а не «из Барселоны».

В Грасии совершенно нечего делать днем – разве что сходить посмотреть на дом Висенс, – но при этом невероятно приятно гулять вечером. Десятки людей выходят на террасы и площади этого города в городе и общаются, поют песни, пьют вино и едят вкусную еду. Одно из наиболее классических развлечений в Грасии – это собраться с друзьями на пласа-дель-Соль вечером в пятницу или субботу, закупиться напитками и закусками и сидеть на мостовой всю ночь напролет, обсуждая последние новости и заливисто хохоча. В такие ночи в Грасии можно увидеть коренных жителей района, убежденных анархистов и социалистов со стажем во всю жизнь: это мужчины и женщины средних лет, но в неизменных футболках и кедах, с дредами и пирсингом. Так как исторически Грасия была районом рабочих (в свое время здесь даже имелись две большие текстильные фабрики), здесь сформировался один из наиболее плотных и рьяных левых политических центров: в Грасии живут сторонники равноправия, помощи уязвленным слоям населения и, как правило, отделения Каталонии от Испании.

Но самое известное событие в Грасии – это, конечно, ее августовская testa major. Festa major переводится просто «большой праздник», и такие праздники есть у каждого района. Правда, большинство из этих событий обычно не интересны никому, кроме живущих в этом районе семей с детьми: во многих кварталах testa major – это дети, выступающие на собранной на улице сцене с номерами, выученными в школе на музыке и танцах за последний год. Грасия же смогла придумать нечто такое, что сегодня привлекает в этот район гостей со всего мира. Каждая улица здесь к середине августа украшается ростовыми фигурами, произведениями искусства из папье-маше, гирляндами и огнями. Очень часто эти украшения сюрреалистичны и похожи одновременно на картины Сальвадора Дали и на фильмы Тима Бертона и Мишеля Гондри. Темы при этом могут быть совершенно любые: от сосисок до клинической депрессии. Что самое впечатляющее – декорации для каждой улицы создают сами жители! У каждой улицы есть специальный комитет testa major, который начинает разрабатывать концепт украшения улицы чуть ли не с первого января. Практическая часть – нарезка, лепка, закупки – начинается уже с июня. По итогам двухнедельного празднования и карнавала жители района и гости праздника выбирают улицу-победителя. Украшения убирают, и вскоре цикл начинается заново.

Когда я в свой первый барселонский август (это был 2013 год) радостно отправилась на testa de Gracia, это было волшебно! Прямо на улицах стояли длинные, как в фильмах про средневековую жизнь, столы, за которыми сидели graciencs, поднимая бокалы и отмечая еще один великолепный праздник. Людей было много, но не слишком. Каждый бар организовал уличные филиалы, где за копейки можно было купить воды, пива, вина и вкуснейшей еды. Со всех сторон нависали причудливые скульптуры, некоторые из улиц превратились в буквально 3D аттракционы. Это действительно было очень необычно и невероятно весело. Я, как и тысячи людей до меня, влюбилась в августовскую festa de Gracia и начала с энтузиазмом рассказывать о ней всем своим друзьям и знакомым. Тем самым способствуя разрушению магии праздника.

Свои первые шесть лет в Барселоне я жила не в Грасии и вернулась на августовский праздник не скоро, спустя целых четыре года. И в 2016 году что-то было уже не так. Да, на месте остались причудливые декорации. Да, бары по-прежнему предлагали еду и напитки с собой по бросовым ценам. Но куда-то делись длинные столы соседей. И главное, людей стало слишком много. На многие улицы было тяжело зайти – стояли очереди, как в московском метро в час пик. Невозможно было просто присесть на бордюр тротуара и поболтать с подругой – с каждого угла подступали люди, неописуемые толпы людей. Почти никто из них не говорил по-каталански: это были туристы со всего мира, говорившие на английском, японском, голландском, турецком, русском и других языках. Это были мои друзья, и друзья других жителей Барселоны, и люди, увидевшие восторженные отзывы о празднике в сотнях блогов, СМИ и youtube-каналов. И, к сожалению, с каждым годом становится только хуже. Жители Грасии по-прежнему старательно придумывают темы и делают демонов из папье-маше, но festa de Gracia постепенно перестает быть творческим и веселым камерным праздником для горожан и становится магнитом международного туризма. И все больше барселонцев и graciencs предпочитают лучше вообще уехать из города в августе, чем толкаться локтями с австралийцами в попытке рассмотреть украшения и выпить пива.

Жители района в целом последние десять лет очень жалуются на потерю Г распей ее особого статуса, ее «обособленности»: все больше и больше иностранцев выбирают жить в Грасии, восхищенные бурностью ее жизни, и, по мнению местных, из-за этого район постепенно теряет свой характер. Я как-то раз разговаривала со знакомым каталонцем, юным журналистом, убежденным «леваком», и на его фразу о том, что он живет в Грасии, привычно воскликнула: «Грасия! Я обожаю Грасию!» Он в ответ горько усмехнулся и ответил: «Все иностранцы почему-то так говорят». Дальше последовал исполненный печали рассказ о том, как Грасия стала слишком туристической, и жить там невозможно, и он лично планирует переезжать в район Санте, но и он, к сожалению, все стремительнее становится популярным, и жить в этом городе скоро станет решительно невозможно нигде…

Это очень популярная среди барселонцев точка зрения, и она, разумеется, на чем-то основана: когда-то Барселона не была популярной, и жили здесь почти исключительно одни каталонцы, а за иностранцев сходили эмигранты из Андалусии и Галисии. Теперь же Барселона популярна, жить здесь хотят художники, писатели и бизнесмены со всего мира, и город из-за этого меняется. Открываются рестораны с хозяинами-словаками, районы джен-трифицируются, цены на недвижимость растут. Тем не менее я лично абсолютно убеждена, что и новая Барселона – один из лучших городов в мире, жить здесь прекрасно, и Грасия по-прежнему остается одним их самых приятных и полных жизни мест в Барселоне.

Рекомендовать конкретные бары и рестораны, куда стоит сходить в Грасии, я не буду – Грасию каждый должен открывать для себя самостоятельно. В этом и прелесть этого района: гулять здесь приятным темным летним вечером, случайно завернуть в незнакомый переулок и забрести в кафе, например, пары женатых геев из Италии. Разговориться с ними о Сицилии, выпить лимончеллы и пойти домой, напевая. Что я порекомендую, так это почитать роман Мерсе Родореда «Площадь Диамант» (издана на русском и доступна бесплатно к чтению онлайн).

Мерсе Родореда – величайший классик каталонской литературы, местная версия Льва Толстого. Она родилась в 1908 году в семье богемных барселонских интеллигентов; ее родители обожали литературу, театр и искусство в целом. А ее дедушка был другом каталонского Пушкина, поэта Жасинта Вердагера. От своего дедушки Мерсе получила бездонную любовь к литературе и Каталонии; каталанистка с самого детства, Родореда никогда не писала ни на каких других языках, кроме каталанского. Писать она начала уже в двадцать лет, в 24 издала первый роман («Я порядочная женщина?»[75]), а в 25 начала работать журналисткой. В числе ее литературных кумиров и источников вдохновения были бесчисленные каталонцы – современники и классики, – а также, внезапно, Федор Достоевский. За свою жизнь Мерсе Родореда написала более десяти романов, множество рассказов и несколько пьес. Самой известной посмертно, тем не менее, стала ее книга «Площадь Диамант»[76], увековечившая Грасию, ее августовский праздник, Гражданскую войну, бомбардировки в Испании и просто реалии жизни женщины во франкистской Барселоне. Роман рассказывает о жизни молодой девушки из Грасии по имени Наталья, которая одним красивым августовским вечером, в самый разгар районной фиесты, знакомится с обаятельным молодым человеком. И вскоре Наталья постепенно начинает терять саму себя, перестает понимать, кто она такая и что делает ее ею, и постепенно перестает быть девушкой Натальей и становится «голубкой». Гражданская война, которая к началу действия романа закончилась, тем не менее, периодически встает здесь в полный рост в виде воспоминаний, ночных кошмаров и прошлого героев.

Площадь Диамант (в переводе – бриллиант) вполне реальна. Сегодня на ней стоит памятник Наталье-Кол о мете – и, следовательно, самой Мерсе Родореда. А под площадью скрывается бомбоубежище – одно из более чем двух тысяч, что барселонцы вырыли во время Гражданской войны. Почти все бомбоубежища в городе были либо зарыты, либо переделаны в автопарковки. Но то, что находится на площади Диамант, можно посетить с экскурсией; для этого, правда, требуется предварительная запись. Входы в своеобразный музей Гражданской войны тоже украшены цитатами из романа великой каталонской писательницы.

Вот такая она, Грасия – район, где совершенно нечего делать, но в который тысячи людей влюбляются безоговорочно раз и навсегда. Впрочем, с «нечего делать» я все же немного преувеличила: помимо дома Висенс, в Грасии же находятся парк Гуэль и бункеры Кармель. Оба, правда, расположены в новых частях Грасии, не составлявших органически часть города и добавленных позднее мэрией Барселоны при очередном административном делении города. Про парк Гуэль я уже рассказывала, а вот бункеры Кармель – это чуть более маргинальная достопримечательность. Это бывшие военные бункеры, с которых открывается фантастический вид на город. Сегодня они используются в основном для веселого распития вина горожанами и гостями Барселоны; добраться туда сложно, но можно. Впрочем, даже при поездке на такси около ста ступеней придется преодолеть самостоятельно.