Не самое частое отягчающее, но поскольку оно не имеет четких критериев, то его смело добавляют в случаях, когда надо побольнее наказать.

Пункт п. «г» ч. 1 ст. 63 УК – особо активная роль в совершении преступления. Помимо того, что это отягчающее, активная роль учитывается еще и как фактор, повышающий степень общественной опасности[83]. А как мы помним, общественной опасностью всегда козыряет прокуратура, когда препятствует защитным механизмам смягчения наказания или прекращения дела.

Особо активную роль нельзя вменять, если по обвинению проходит лишь один обвиняемый.

Это логично – роль единственного актера на сцене нельзя выделить, не с кем сравнивать, вся активность (особая и не особая) исходит только от него. Поэтому очевидно, если обвиняемый без соучастников, без группы лиц, – такое отягчающее в обвинении фигурировать не может.

Менее очевидные случаи, когда в событиях преступления фигурирует несколько лиц, но в статусе обвиняемого опять только один.

Пример: дело по ч. 1 ст. 268 УК (нарушение правил, обеспечивающих безопасную работу транспорта). За безопасность отвечало много лиц и в приговоре все их действия описаны, но обвинение именно в уголовном преступлении предъявлено только одному. А значит, он в принципе один, хотя и был частью системы. Особо активная роль исключена[84].

Другая распространенная ситуация, когда по делу проходит несколько обвиняемых и какие-то преступления они совершали вместе, а какие-то отдельно. Так вот, по тем преступлениям, которые конкретный обвиняемый совершал самостоятельно (то есть один), нельзя вменять особо активную роль.

Итак, этот признак всегда соседствует с группой лиц в любой форме, либо если есть соучастие в любой форме.

Особо активная роль – это всегда какие-то дополнительные действия сверх обычной роли в группе или к действиям соучастника.

Здесь адвокаты часто путаются, поскольку видят некоторые решения ВС, делают поверхностные выводы и строят на них защиту.

Разбираем по полочкам.

Например, есть разъяснение ВС[85], в котором говорится, что «организация совершения преступления и руководство его исполнением сами по себе не предполагают особо активную роль лица в совершении преступления».

Есть множество решений того же ВС и кассационных судов пониже рангом, в которых говорится, что если вменяют роль организатора, то это не значит, что автоматом прилепляется особая роль; у организатора и так особая роль: он все это придумал, всех собрал, распределил роли и прочее. А дважды один признак вменять нельзя («ах, ты организатор, так вот тебе за то же самое еще и бонус в виде отягчающего» – то есть одно обстоятельство умножается на два). Запрет на такую арифметику указан в ч. 2 ст. 63 УК (недопустимость двойного учета одного обстоятельства в качестве признака состава и в качестве отягчающего обстоятельства одновременно).

Из чего делается ложный вывод – раз в обвинении есть орггруппа, то есть обвиняемый обзывается организатором/руководителем, то, значит, особо активная роль автоматически из обвинения улетает. Нет, не так.

Повторяем основную мысль: в обвинении/приговоре надо не просто расписывать роль одного из исполнителей/организаторов, а отдельно расписывать, чтó такого сверх своей роли натворил обвиняемый.

Бывает так, что один обвиняемый совмещает роли – он и организатор, и исполнитель своего же плана. Это опять не особо активная роль.

Обратите внимание на скучную формулировку из решения суда в примере ниже, сейчас мы с ее помощью будем препарировать судебную ошибку так, как часто не могут делать сами судьи (отчего и столько исключений особой роли из приговоров при обжаловании).

Пример: дело по п. «б» ч. 2 ст. 172 УК (незаконная банковская деятельность). Цитата: «В качестве отягчающего наказание обстоятельства судом, в соответствии с п. “г” ч. 1 ст. 63 УК РФ, признана его особо активная роль в совершении преступления, которая выразилась в том, что осужденный не только выступал соучастником, но и осуществлял конкретные действия по фактическому руководству обменным пунктом, осуществлению контроля за его деятельностью, определял курс покупок и продаж валюты, планировал и реализовывал преступление. Вместе с тем фактически эти действия являются признаком объективной стороны преступления. Характер и степень фактического участия осужденного определены судом в описательно-мотивировочной части приговора на основании исследованных доказательств, в соответствии с установленными обстоятельствами, которым дана соответствующая квалификация, поэтому данные обстоятельства не могут повторно учитываться при назначении наказания»[86].

Итак, нам влепили особо активную роль.

Кстати, это может сделать и сам суд, даже если в обвинительном заключении про это ничего не говорится[87]. И нет, это не выход за рамки предъявленного обвинения (ст. 252 УПК). Конституционный Суд неоднократно все это одобрял – не тратьте силы, это не ошибка.

1. Смотрим формулировку в описательной части приговора (обвинзака): вот у негодяя Иванова созрел умысел, он приискал, организовал, что-то кому-то передал… а потом «убил, закопал и надпись написал». В связи с чем Иванов, являясь организатором, а может, даже и с выполнением роли исполнителя (так бывает), совершил такое-то преступление. Вот это описание преступной роли как она есть, в этом его обвиняют и за это судят.

2. Смотрим формулировки в мотивировочной части, там, где указано, что в действиях этого врага человечества признается особо активная роль. Вот там должно быть расписано, в чем именно эта роль заключалась.

Ошибка № 1 (самая очевидная и самая частая): а там ничего и не написано, нет специальной мотивировки; просто особо активная роль и все. Тут даже примера не требуется.

На что ссылаемся (формулировка довода): «описательно-мотивировочная часть обвинительного приговора в соответствии с п. 4 ст. 307 УПК РФ должна содержать мотивы решения всех вопросов, относящихся к назначению уголовного наказания».

Ошибка № 2: формулировка повторяет то же самое, что и указано в описательной части. Можно и другими словами, но описываются те же самые действия. То есть ничего нового, ничего сверх обычной роли, за которую и судят, – так в чем особенная активность?

Для закрепления мысли еще пример с формулировкой.

Пример: дело по ч. 4 ст. 159 УК, (мошенничество в составе группы лиц по предварительному сговору). Цитата: «В приговоре подробно изложены действия осужденного как исполнителя указанных преступлений и роль других соучастников этих преступлений. Характер и степень фактического участия осужденных установлены судом в описательно-мотивировочной части приговора на основании исследованных доказательств, в соответствии с установленными обстоятельствами дана соответствующая квалификация их действий». Из приговора следует, что судом при назначении наказания учтены характер и степень общественной опасности совершенного преступления, роль осужденного как исполнителя преступлений. Однако в чем выражалась особо активная роль осужденного, кроме того, что он как инициатор преступлений, совершенных группой лиц по предварительному сговору, распределил роли каждого соучастника и наряду с другими соисполнителями преступлений совершил эти преступления, суд в приговоре не указал[88].

Часто в обвинении для соучастников закладывают размытую формулировку: «действуя совместно… во исполнение единого умысла…». Это делается, когда не очень понятно, кто что конкретно делал и как отдельного обвиняемого «вшить» в орггруппу. А делается это просто – к любым действиям обвиняемого добавляем слова «совместно, единый умысел», вот так мы всю эту кучу разрозненных лиц с их самостоятельными поступками превращаем в страшную орггруппу.

У этого приема обвинения есть и обратная сторона, полезная защите, – так размывается роль конкретного обвиняемого. Он же совместно делал – так где же особая роль?

Пример (цитата): «…примененное судом в приговоре описания содеянного М. свидетельствует о том, что М. и Ф.И.О.1 были соисполнителями данного преступления без выделения их ролей в ходе его совершения, поскольку, как указано в приговоре, для реализации указанной договоренности они, “действуя совместно, … заказали через сеть “Интернет” наркотическое средство”, затем незаконно приобрели заказанное ранее наркотическое средство… после чего стали хранить для совместного употребления». Особо активная роль исключена[89].

Пункт 1 Постановления Пленума ВС РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами уголовного наказания».

Кассационное постановление Второго кассационного суда общей юрисдикции от 05.06.2025 № 77–1508/2025 (УИД 77MS0265–01–2024–003907–61).

Кассационное определение Кассационного военного суда от 27.01.2022 № 77–26/2022 (УИД 63GV0006–01–2020–000104–46).

Пункт 20 «Обзора судебной практики по делам о преступлениях, связанных с незаконным оборотом наркотических средств, психотропных веществ и их аналогов» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 26.06.2024).

Кассационное определение Третьего кассационного суда общей юрисдикции от 18.09.2025 по делу № 77–1773/2025 (УИД 39RS0001–01–2022–007771–07).

Пункт 30.2 Постановления Пленума ВС РФ от 22.12.2015 № 58 «О практике назначения судами уголовного наказания».

Кассационное определение Второго кассационного суда общей юрисдикции от 16.06.2022 № 77–1629/2022 (УИД 67RS0004–01–2019–000335–68).