Стремительно проносится по улицам карета скорой помощи. Регулировщики на перекрестках уступают ей дорогу вне очереди. По первому вызову уходят в далекие лесные села и горные кишлаки самолеты и вертолеты с красным крестом на фюзеляже. Ни минуты задержки, ведь речь идет о жизни и смерти...

Перебирая в памяти многочисленные достижения медицины XX века, мы часто упускаем это важнейшее новшество: скорость, с которой больной получает сегодня помощь врача.

В начале нынешнего столетия известный московский хирург Спижарный зарегистрировал 89 процентов смертей в тех случаях, когда у больных, находящихся вне больницы, возникало прободение язвы желудка. Из 100 человек с таким заболеванием 60 лет назад выживало 11.

В начале 50-х годов цифры эти в статистических сборниках обменялись местами. Смертность при прободении желудка упала до 11 процентов, а сейчас она еще ниже. И что интересно: по общему мнению, успех в этом случае объясняется не столько победами хирургии, сколько тем, что больных начали быстро доставлять в больницы. Спасением своей жизни множество людей обязано хорошо организованной скорой помощи.

Но врача к больному приблизил не только современный транспорт. Десятки судов уходят в плаванье из Одесского порта. На борту советских торговых пароходов, как правило, имеется медик. Но нередко во время плаванья возникает необходимость в серьезной медицинской консультации. И вот за тысячи километров судовой врач связывается по радио с медицинским Консультативным центром в Одессе. В Центре сотрудничают виднейшие врачи города, специалисты по разным отраслям медицины. Над морями и океанами радиоволны несут судовому медику точные рекомендации, советы, объяснения. Едва ли можно сосчитать, сколько раз такая консультация спасла здоровье, а может быть, и жизнь тех, кто в море.

Новейшая техника все более сближает врача и больного, и в этом направлении наше здравоохранение будет, видимо, развиваться и дальше. Однако недавно мне пришлось повидать аппарат, созданный инженерами по указанию врачей, который предназначен, как могло показаться в первый момент, совсем для противоположных целей.

Любители легкой атлетики были бы, наверное, не мало удивлены, повидав, как летом 1961 года в московских Лужниках тренируются столичные и приезжие бегуны. Прежде чем начать тренировку, спортсмены надевали на голову предмет, который безошибочно можно было бы определить, как рыцарский шлем. На верхушке шлема возвышался даже металлический пик, правда, не украшенный перьями. Сами спринтеры на свой странный убор не обращали внимания, ибо весил он всего лишь около полукилограмма и бегу не мешал. Но присутствующий на тренировках спортивный врач кандидат медицинских наук Владимир Владимирович Матов буквально глаз не спускал с металлических шапочек. Он же объяснил нам назначение необычных шлемов.

Оказывается, на голове у спортсменов находится не что иное, как маленькая радиостанция, а металлический пик на маковке — ее антенна. От шлема под одежду спортсмена убегают два тонких провода. Они заканчиваются чувствительными датчиками, которые закреплены в определенных точках груди — напротив сердца. Вместо концертов или сигналов бедствия «радиостанция на голове» передает мелодию сердца, сигналы, которые подсказывают врачу, как в самые напряженные моменты тренировки ведет себя сердечная мышца спортсмена. Сигналы принимает специальный радиоприемник, установленный на краю спортивного поля в метрах 200–300 от бегунов.

В радиоприемнике электромагнитные сигналы сердца переводятся в запись на бумажной ленте. Электрокардиограмма, полученная по радио, принципиально не отличается от тех кривых, которые врачи-сердечники ежедневно снимают у больных в своих кабинетах. Зато рассказывает радиоэлектрокардиограмма значительно больше. Ведь в момент наибольшего напряжения выявляются самые заветные резервы сердца, открываются самые неприметные его болезни, То, что медик может подсмотреть во время бега, никак не удается выяснить потом, когда спортсмен, успокоившись, заходит в медицинский кабинет.

Пользуясь новой методикой, доктор Матов сумел сделать серьезные замечания, дать важные рекомендации своим подопечным. Задолго до самого спортсмена и его тренера медик, изучающий переданную по радио электрокардиограмму, замечает, кто из бегунов перетренировался, а у кого, наоборот, есть еще неиспользованные резервы сил.

Шлем-радиостанция служит сейчас не только спортивным врачам. С помощью телеметрической — записывающей на расстоянии — аппаратуры московский инженер Леонид Алексеевич Водолазский и врач физиолог Вера Павловна Соловьева самым детальным образом изучали работу сердечной мышцы у кузнецов, обслуживающих паровой молот на автомобильном заводе имени Лихачева. Тут и жарко и шумно, но работа эта интересная, живая, оплачивается хорошо, и охотников пойти в цех достаточно. И хотя каждый поступающий на завод проходит медицинскую проверку, но глубоко обследовать сердце в кабинете врача не удается. Лучше всего было бы посмотреть, как ведет себя «живой насос» в обстановке горячего цеха. На помощь медикам пришли физиологи со своим шлемом-радиостанцией. (Официальное имя его — ТЭК — телеэлектрокардиограф.)

Кузнецы надели на голову ТЭК, врачи и физиологи примостились в глубине цеха возле радиоприемника, и... началась обычная рабочая смена. В результате опытов медики не только указали, у кого из рабочих имеются неполадки в сердечной деятельности, но и составили регламент необходимых кузнецам коротких перерывов, посоветовали дирекции создать при цехе комнату отдыха, дали рекомендации о питьевом и пищевом режиме кузнеца.

Еще более интересные исследования сделали ученые в Московском метрополитене. Как известно, заболевания сердца и сердечно-сосудистой системы занимают в ряду современных болезней первое место по количеству жертв. Есть такие больные и среди водителей поездов метро. Чем вызывается этот недуг? Какие условия труда способствуют появлению болезни? Нельзя ли улучшить обстановку, в которой работают водители поездов?

Разрешить эти вопросы ученые попытались с помощью телеметрии. Доктор В. Соловьева и инженер Л. Водолазский разместили свою аппаратуру в детском отделении вагона метро так, что водитель поезда не знал о том, что его сердце стало объектом наблюдения. Внезапно в пути поезд задержали. Остановка продолжалась всего две минуты и была нарочно организована по договоренности между учеными и руководителями метро. Но какую же сумасшедшую кривую на ленте электрокардиографа вычертило за эти считанные минуты сердце машиниста!

— Клиницист, увидав нашу запись, наверняка предположил бы, что перед ним электрокардиограмма человека, сраженного инфарктом, — заметила доктор Соловьева. — Правда, тревожные кривые свидетельствовали только о функциональном, временном расстройстве. Сердце машиниста вошло в норму и успокоилось, как только загорелся зеленый свет подземного светофора и непредвиденная остановка миновала. Но нетрудно представить, как разрушается сердце, если такие волнения повторяются часто.

Физиологи поделились своими наблюдениями с дирекцией и профсоюзной организацией столичного метрополитена. Их опыты показали, как важна бесперебойная ритмичная работа подземного (и только ли подземного) транспорта для самих работников транспорта. Сигналы, посланные шлемом-радиостанцией, будут иметь, видимо, самые серьезные последствия для дальнейшей организации труда машинистов. Физиологи составили отчет, в котором настоятельно требовали сократить рабочий день для водителей поездов, создать специальные профилактории, где транспортники смогут перед и после работы провести несколько часов в спокойной и комфортабельной обстановке.

Телеметрия все активнее помогает ныне врачу и физиологу. И хотя радиус действия новых шлемов-радиостанций все более возрастает, сама методика телеметрии, по сути, служит д\я приближения медика к человеку, нуждающемуся в медицинской помощи.

Кто знает, может быть, подобные аппараты будут со временем сопровождать шахтера в лаву, водолаза на дно океана или альпиниста в горы.

Группа инженеров Научно-исследовательского института медицинских инструментов и оборудования в Москве во главе с Татьяной Евгеньевной Тимофеевой уже несколько лет строит и совершенствует эту аппаратуру. Когда в 1948 году в Англии были построены первые радиопередатчики такого типа, они представляли собой ранец весом в 4 килограмма. Нечего было надеяться, что такая махина на стеклянных электронных лампах сможет успешно послужить спортсмену во время состязаний или рабочему в цехе.

Требовался предельно легкий и устойчивый к тряске аппарат, чтобы он не ломался во время испытания и не был в тягость испытуемому. Инженер Т. Тимофеева решила построить радиопередатчик на легких и маленьких по размеру полупроводниках.

Казалось бы, дело не трудное: есть немало схем такой радиопередающей аппаратуры. Но вместе с тем перед инженером возникло неразрешимое, казалось бы, противоречие. С одной стороны, легкость и надежность — важнейшие условия передачи телеэлектрокардиограммы. Аппарат должен работать при самой жесткой тряске и не доставлять испытуемому никаких забот. С другой стороны, во время больших усилий рабочего, спортсмена возникает огромное количество побочных токов, идущих от мышц. Чтобы отделить сигналы сердца от этих помех, нужны дополнительные сложные устройства, утяжеляющие аппарат. Обойтись без них тоже нельзя: иначе врач получит негодную технику. Как быть?

Надо сказать, что инженер Тимофеева и ее товарищи отлично справились с «неразрешимой» проблемой. Напомним: их первый аппарат весил 500 граммов да еще 300 граммов весили батарейки электропитания. Используя новейшие достижения техники полупроводников, инженеры создают сейчас телеэлектрокардиограф весом лишь в 250 граммов. Это по-прежнему будет шлем, но вместо одного сигнала о работе сердечной мышцы он будет посылать три: два сообщения о работе сердца в разных точках и, кроме того, сигнал о ритме дыхания. (Дыхание измерит датчик, величиной с просяное зерно, подведенное к носу испытуемого на волосяной проволочке). Летом 1962 года трехканальный телеэлектрокардиограф пройдет проверку в цехах и па спортивных стадионах страны.

А у инженеров уже зреют новые планы. Решено сконструировать шлем еще меньшего веса, который станет давать по радио шесть различных информаций одновременно. На расстоянии 500—1000 метров врач сможет узнать, как работает сердце пациента, его мышцы, каков ритм легочного дыхания, как функционирует мозг и даже какое количество кислорода сохранилось в крови.

Испытуемыми могут оказаться футболисты во время игры, лыжники в момент гонок, альпинисты в походе. Врачебное недремлющее око сможет сопровождать человека в любом трудном испытании.

Но не отвлеклись ли мы? Ведь в начале этой главы говорилось о технике, которая приближает врача к больному, а дальше рассказ пошел только о здоровых. Нет, ошибки не было. Телеметрия готова переступить и пороги лечебниц.

Внимательное наблюдение за больным — одно из важнейших условий хорошей больницы. Но наблюдать за сотнями пациентов в десятках палат — нелегкое дело. Как ни внимателен медицинский персонал, нет-нет, да и случается беда. Одна сестра пропустит открывшееся из раны кровотечение, другая не заметит неожиданного скачка температуры у больного, третья не углядит за падением кровяного давления у пожилого человека. А последствия — самые плачевные.

Телеметрия призвана избавить больных и медицинский персонал от подобных «случайностей». Уже существует проект больницы с применением передающей техники. Легкие полупроводниковые кольца — датчики, закрепленные на пальцах и запястьях больного, станут по радио передавать сигналы о его пульсе, температуре, состоянии сердечной и сосудистой деятельности. Показатели эти, транслированные на волнах разной длины и частоты, будут приняты на радиопульте дежурного врача, записаны на магнитную ленту и отразятся на шкалах. Всякое отклонение от нормы, при котором больному потребуется личное присутствие медиков, тотчас будет уловлено, и дежурный врач сможет послать в палату сестру или своего помощника.

Телеметрия не только резко улучшит уход за больными, но и позволит сократить технический персонал больниц и клиник.

Изменится старое, как мир, понятие «сиделка». «Радиосиделка» будущего окажется всегда рядом с пациентом, сколько бы больных ни находилось на ее попечении.

А впереди еще более интересное медико-инженерное решение.

Радиотранслирующие датчики размером в пятикопеечную монету смогут сопровождать каждого человека с больным сердцем по городу и даже в далекой поездке. Сердечный припадок, инфаркт не возникают неожиданно. Этим опасным состояниям предшествуют перемены в работе сердца, перемены, которые не ощущает поначалу даже сам больной. Но зато эти нарушения смогут уловить аппараты-хранители, укрепленные, например, на мочке уха. Нетрудно представить, как, уловив первые признаки надвигающейся болезни, такой передатчик радирует за многие километры в центральный сердечно-сосудистый диспансер. Счетно-электронные машины мгновенно расшифруют сигнал, установят фамилию больного, глубину поражения и место, где человек находится в данный момент. После этого останется только связаться с ближайшим к больному медицинским учреждением и передать сигнал опасности. Пациент получит медицинскую помощь прежде даже, чем узнает, насколько она ему необходима.

Таков завтрашний день проблемы «Доктор и расстояние».