Выбирая оптимальный путь, караван ушел из высоких широт. Спустившись к югу вдоль Северной Земли, «Сибирь» и «Капитан Мышевский» повернули от островов Петра на восток.

Но Арктика и здесь остается Арктикой. Утром 3 июня, например, за вахту прошли всего 3 мили — меньше мили в час. В кают-компании в дополнение к тарелкам с луком, обязательному атрибуту высокоширотных плаваний, появился еще один — мокрые скатерти, чтобы не сползала посуда во время тряски и кренов.

В тот же день в вахтенном журнале была сделана запись: «Пересекли 125-й градус восточной долготы, вошли в Восточный район Советской Арктики». Позади свыше 2240 миль, из них почти 1700 — во льдах. За кормой остались шесть часовых поясов (кстати, участники экспедиции весь рейс живут по московскому времени).

С Ил-14, ведущего ледовую разведку, на ледокол сброшен вымпел с очередной картой ледовой обстановки. В нижнем углу — рисунок: «Сибирь», ломающая льды, и надпись — «Счастливого плавания в Восточном районе Арктики!».

На «Капитане Мышевском» — праздник. Радиостанция дизель-электрохода впервые приняла и разнесла по судовой трансляции голос родного (это порт его приписки) Владивостока. Тут же отправили землякам радиограмму: «...Экипаж «Капитана Мышевского» с полным основанием чувствует себя уже в родных водах».

Осталась за кормой наша очередная «контрольная точка» — мыс Анисий. Здесь в 1811 году Яков Санников записал в журнал: «...видел землю». Эта земля, названная именем якутского промышленника, более ста лет волновала умы исследователей, пока не было доказано, что ее не существует.

И вот, наконец, Восточно-Сибирское море, предпоследнее на пути каравана.