– Хорошо, – продолжает Талан. – Вытяни шею, Тараск. Ты быстро выздоравливаешь…

Я облегченно вздыхаю – и медленно открываю дверь. Над Тараск струится бело-голубое сияние. Талан привел ее в главный зал. На долю секунды я не могу отвести от нее глаз и цепенею от ужаса и благоговения.

Когда драконья голова касается мозаичного пола, я успокаиваюсь. Талан поглаживает Тараск по чешуе. Ее глаза прикрыты, она издает тихий звук, похожий на мурлыканье.

– Ния. – Принц не оборачивается: и так знает, что это я.

Ноздри Тараск раздуваются, она открывает глаза и поворачивает голову в мою сторону. Из ее пасти вырывается низкое рычание, я пячусь к двери. Она уже явно не мурлычет.

– Тс-с… – Талан снова проводит рукой по ее чешуе. – Это моя жена, Тараск. Она не опасна.

Я с трудом перевожу дух, биение пульса отдается в ушах. Он до сих пор так считает?

Наши с Таланом взгляды встречаются, и я ощущаю его тепло как солнечный луч на коже.

– Как рука?

– Лучше. Как вы провели эту неделю?

Он приглаживает темные волосы:

– Без сна.

Впервые за время нашего знакомства я замечаю на его красивом лице новое выражение – усталости.

– Почему? По-прежнему беспокоитесь из-за нападения на дворец? Нашли кого-то из мятежников?

– Пока нет, но у них осталось мало времени. Ты о них что-нибудь слышала?

Я пожимаю плечами:

– Просто солдатские байки. Чепуха на самом деле. Кто-то решил, что Люмос… Да неважно – это просто нелепо.

Между нами повисает напряжение, мрачное и острое.

Талан подходит так близко, что я чувствую жар его тела. На долю секунды в его глазах мелькают неприкрытая боль и печаль, но он тут же овладевает собой.

– Я не забыл нашу первую встречу, когда ты пробралась в мой замок. Ты замерзла, была в отчаянии – и искала именно Люмоса.

– Мне было любопытно. Это ведь не он, быть такого не может, да? Я к тому, что я была там, когда все эти пылающие стрелы полетели во дворец. То еще зрелище. Он бы никогда… – Я обрываю себя на полуслове.

– Я тщательно проверил эти слухи. Люмос находился в замке отца Арвенны, Валь-сан-Ретуре.

– Вместе с Арвенной?

Принц качает головой.

– Нет, я не знаю, где она; подозреваю, скрывается от меня. Она знает, что я брошу ее в тюрьму после того, как она подослала к тебе Маэртису.

Если Арвенна исчезла или скрывается, то не по другой причине.

– Значит, слухи о Люмосе оказались ложными?

– Он не собирается занять трон. Это просто досужие сплетни.

Я откашливаюсь:

– А те человеческие земли… Шотландия?

– Мы побеждаем, но мне придется снова оставить Броселианд на несколько дней. – Принц долго и пристально смотрит на меня. – Не хочешь прокатиться со мной перед отъездом?

Сердце замирает от слов «мы побеждаем».

– Хорошо. Я приведу Кловер. Думаю, она сейчас на конюшне, да?

Уголок его рта приподнимается.

– Да, но я не имел в виду прогулку на лошади.

Я прижимаю руку к груди:

– Боже… Значит, вот так легендарный обольститель предлагает заняться сексом?

На его лице проступает лукавая улыбка, и у меня по спине бегут мурашки.

– Мне нравится ход твоих мыслей, но я имел в виду Тараск. Хочешь прокатиться со мной на драконе?

– На драконе? – Он что, спятил? – Но на драконах разрешается ездить только всадникам. К тому же я упаду.

– Я лучший драконий наездник всех времен и буду держать тебя. Я знаю, как тебе нравится прижиматься ко мне. Ты не упадешь.

Сердце екает от соблазна выкинуть что-нибудь опасное – такое, чего точно нельзя делать. И все же… когда еще выпадет шанс прокатиться на драконе? Наверное, никогда.

– Давайте.

Принц вскидывает бровь – видимо, в знак восхищения.

– Ладно. Встретимся с противоположной стороны Затерянного Дворца. Я могу вывести Тараск наружу только там.

Пока я выхожу на ледяной воздух и иду по тропинке вокруг старинного дворца, мой пульс учащается. С каменных горгулий, клыкастых человеческих голов и сов с распростертыми крыльями свисают сосульки. Надо мной смыкаются заснеженные тисовые ветви.

По дороге я слышу скрип и стон открывающихся дверей. Огибаю дворец и вижу, как Тараск неуклюже вываливается из замка в сад. Талан как ни в чем не бывало шествует впереди чудовища. Он излучает спокойную уверенность и силу, и я выдыхаю.

– Давай, Тараск.

Огромный дракон плавно движется вперед. Земля дрожит подо мной, когда Тараск выходит на открытое пространство. Оказавшись на свободе, она вытягивается во всю длину и высоко задирает голову. Я чувствую благоговейный трепет. Ее размеры поражают воображение.

По команде Талана Тараск нагибается, уставившись на меня глазами цвета жидкого серебра. И в голову закрадывается мысль, не совершила ли я ужасную ошибку.

Взяв меня за руку, принц подходит ближе к драконихе и указывает на ее шею:

– Сюда. Тебе нужно забраться вон там и оседлать ее. Веди себя уверенно. Драконы не выносят нерешительных наездников.

Даже если ноги трясутся, почему бы не изобразить полную уверенность? Раз уж я притворяюсь во всем остальном…

Талан, похоже, чувствует, как сильно колотится мое сердце, потому что подходит ближе, смотрит сверху вниз с легкой усмешкой и нежно приподнимает мой подбородок.

– Конечно, земля усеяна костями упавших с драконов всадников, но я занимаюсь этим уже много столетий и ни разу не пострадал. Ты правда думаешь, что я позволю своей жене разбиться насмерть? Будет утомительно искать новую.

Я поднимаю бровь:

– Значит, вы даже лучше Оберона?

В его глазах пляшет веселье.

– Боюсь, старик-король перестраховывается.

Я отворачиваюсь, набираясь уверенности, чтобы взобраться на дракониху. Мой пульс учащается, когда я подхожу к Тараск, приподнимаю плащ, обнимаю ее за шею и глубоко вздыхаю, чтобы успокоиться. Как ни странно, снаружи чешуя почти мягкая, но второй слой под ней на ощупь холодный и твердый. Из шеи торчат шипы, за которые можно ухватиться. Я обхватываю Тараск бедрами, гадая, как удержаться, и заставляю себя дышать ровно. К сожалению, я не в силах совладать со своим сердцем, которое колотится, как у колибри.

Тараск фыркает, из ноздрей вырывается пар. Талан устраивается за моей спиной; его теплые твердые мускулы прочно удерживают меня. Я прислоняюсь к его сильной груди. Одной рукой, словно тисками, Талан обхватывает меня за талию, и я чувствую себя в безопасности.

– Я буду оберегать тебя, принцесса, – шепчет он на ухо, выпрямляется и приказывает: – Тараск, взлетай!

Тараск задирает голову, и я откидываюсь на Талана. Мир опасно кренится набок, я инстинктивно нагибаюсь, хватаюсь за шипы на гребне так, что костяшки пальцев побелели, и стискиваю бедрами драконью шею. Огромные крылья взмахивают раз, другой, меня обдает порывом ветра, и мы взлетаем.

Сердце ухает на сотню ярдов вниз, когда мы взмываем в небо. На время я забываю дышать. Ветер развевает волосы, я цепляюсь за шипы дракона.

– Разве это не прекрасно? – Тело Талана за спиной, твердое как мрамор, придает мне сил. – Открой глаза.

А я и не заметила, что они закрыты. Я щурюсь от порывистого ветра. Подо мной во всей красе в лучах зимнего солнца расстилается целый мир. Земля далеко внизу – как лоскутное одеяло из белых полей и зимних лесов. Дух захватывает, когда мы пролетаем над уютными деревушками с золотистыми окнами и дымящимися трубами. Я словно попала в сказку. Успокаиваюсь, немного ослабляю хватку на шипах Тараск и хохочу от восторга.

Тараск пролетает над всадниками на лошадях – крошечными, как муравьи, – и через несколько секунд они остаются далеко позади.

– Взгляни на дворец. – Губы Талана прижимаются к моей щеке, его дыхание согревает ухо.

И я понимаю, что глубоко под бесстрастной маской скрывается любовь принца к своему дому.

Я смотрю в ту сторону, куда он показывает. Дворец с высоты великолепен, башни возвышаются над парапетами.

– Видишь вон тот просвет в облаках? – спрашивает Талан.

Я поднимаю глаза.

– Да, думаю, да…

– Как считаешь, мы сумеем пролететь сквозь него?

У меня сводит желудок.

Тараск наклоняется вверх, повинуясь неслышной команде Талана. Я содрогаюсь, уверенная, что вот-вот упаду под действием земного притяжения и порывов ветра, но сильные объятия Талана не позволяют этого сделать. Одновременно он умудряется крепко держаться за дракониху, словно они единое целое. Мы проскакиваем в просвет, Тараск сохраняет равновесие, плавно взмахивая крыльями. Теперь вместо лоскутного одеяла земли под нами только белые облака.

– Как вы управляете ею? – спрашиваю я, когда восстанавливаю дыхание.

– Я наклоняюсь в нужную сторону и трогаю ее за шею в определенных местах. К каждому дракону свой подход. Нет двух одинаковых драконов. – Он берет мою руку и прижимает к чешуе Тараск. – Чувствуешь это?

– Какой-то бугорок под чешуей?

– Да. Слегка надави на него и наклонись вправо.

Я делаю, как он сказал; мышцы напрягаются, я наклоняюсь. Тараск, выполняя команду, поворачивает направо с мощнейшей грацией, крылья рассекают воздух. Я невольно смеюсь. Я никогда не испытывала такого чувства свободы и необузданной силы.

Тараск снова ныряет сквозь облака. Мы снижаемся над Корбинеллем, ветер ерошит волосы. Мы парим над домами, сгрудившимися вдоль мощеных мостовых и речных извилин. Мы возвращаемся в Затерянный Дворец, и я понимаю, что полет завершается. Как бы мне ни хотелось, чтобы он длился вечно, в глубине души я понимаю: это невозможно.

И как только мы приземлимся, я должна найти своих соратников раньше, чем Талан.