В такси Лера села на заднее сиденье и назвала адрес. Водитель что-то спросил про музыку, она не сразу поняла, что обращаются к ней.

— Как хотите.

Машина тронулась. Лера смотрела в окно на вечерний город и почти ничего не чувствовала. Как будто разговор с Глебом произошел не с ней. В памяти всплывали отдельные его фразы, тянули за собой старые воспоминания, которые теперь выглядели совсем иначе. Теперь очевидным не было ничего.

Дома Лера приняла душ, легла и почти час смотрела в темноту. Потом повернулась на другой бок. Еще через полчаса перевернула подушку холодной стороной вверх. Сон так и не пришел.

К утру она все еще не знала, что теперь делать с Глебом. Зато прекрасно знала, что вставать через сорок минут. На работу Лера приехала с кофе, который не помог вообще.

До обеда она несколько раз перечитывала один и тот же абзац в готовом материале и каждый раз находила в нем новые ошибки. Потом потянулась за чашкой и вдруг вспомнила оставленный на тумбочке градусник. Тридцать восемь и семь.

— Черт.

Лера взяла телефон. Несколько секунд смотрела на экран, потом написала:

Как ты сегодня? Температура спала?

Ответ пришел минут через пять.

37,3.

Она выдохнула.

Уже лучше.

Твой бульон сработал.

Лера улыбнулась впервые за утро.

Конечно. Он лечебный.

Глеб прочитал почти сразу, но не ответил. Лера убрала телефон и вернулась к работе. Минут через пятнадцать экран снова загорелся.

Спасибо, Лер.

Вечером сообщение пришло уже от него.

Лер, фото с последнего домашнего матча у тебя?

Она посмотрела на время.

У меня. Какие нужны?

Где я не выгляжу как человек, которого только что сбила маршрутка.

Таких нет.

Три точки появились почти сразу.

Очень смешно.

Сейчас посмотрю.

Лера выбрала несколько кадров и отправила.

Вот эти нормальные.

На втором я глаза закрыл.

Зато на первом открыл. Не наглей.

Понял. Спасибо.

На этом переписка закончилась.

На следующий день Глеб не написал. Лера тоже.

Утром она пару раз вспоминала о нем, потом закрутилась с работой, вечером долго сидела над материалами к следующему матчу и только перед сном заметила, что за весь день они не обменялись ни одним сообщением.

Через день Глеб вернулся на тренировку. Лера увидела его еще издалека, когда вышла к полю. Он стоял возле Севы и что-то ему говорил. Выглядел уже нормально, только чуть бледнее обычного.

Никита к этому времени тоже вернулся из Кургана. Он появился с другой стороны поля. Глеб заметил его почти сразу. На секунду их взгляды встретились. Никита отвернулся первым и пошел к тренеру. Глеб тоже ничего не сказал.

Сева продолжал что-то рассказывать, будто ничего не произошло. Лера не стала вмешиваться. Когда тренировка закончилась, она столкнулась с Глебом в коридоре.

— Выздоровел?

— Почти.

— Температуры нет?

— Нет.

Лера прищурилась.

— Мерил?

Глеб посмотрел на нее.

— Да.

— Сам?

— Представляешь.

— Молодец. Растешь.

Он усмехнулся.

— А ты, я смотрю, вошла во вкус.

— Кто-то же должен за тобой следить.

Только сказав это, Лера поняла, как прозвучало.

— Я учту.

Уже возле выхода Сева рассказывал кому-то историю с тренировки, отчаянно размахивая руками. Глеб стоял рядом. Лера остановилась послушать и в итоге осталась с ними.

— Да он врет, — сказал Глеб.

— Я все видел!

— Ты в этот момент лежал на газоне.

— Я контролировал ситуацию снизу.

Лера рассмеялась.

— Очень удобная позиция.

— Вот! Лера понимает.

— Лера просто слишком добрая, — сказал Глеб.

Разошлись они минут через десять. На улице начинало темнеть. Лера поправила ремень сумки и пошла к воротам, когда услышала за спиной:

— Лер.

Она обернулась. Глеб стоял возле машины, прислонившись бедром к крылу.

— Что?

— Давай я тебя подвезу.

Лера посмотрела на машину, потом на него.

— Тебе вообще в мою сторону?

— Теперь уже да.

Глеб открыл пассажирскую дверь. Лера подошла и села. Первые пару минут ехали молча. Глеб смотрел на дорогу, Лера — в окно. Потом она протянула руку к экрану магнитолы.

— Эй.

— Что?

— У меня вообще-то музыка играла.

— Я слышала. Поэтому и переключила.

Глеб покосился на нее.

— Настолько плохо?

— Я пытаюсь спасти нас обоих.

— Меня все устраивало.

— Вот это и пугает.

— Слушай, Волкова...

— Поздно.

Она нашла другой трек и прибавила звук. Глеб покачал головой и вдруг рассмеялся. Лера тоже рассмеялась. Потом заговорили о тренировке, о Севе, который умудрился забыть в раздевалке одну бутсу, и о предстоящем выезде.

Глеб остановился возле ее дома. Лера не сразу потянулась к ремню.

— Спасибо.

— Не за что.

— И музыку нормальную скачай.

— В следующий раз пешком пойдешь.

— Переживу.

Лера вышла и захлопнула дверь. На следующий вечер Глеб снова ждал ее возле машины. Только кивнул на пассажирское сиденье:

— Поехали?

Лера села. Едва Глеб выехал с парковки, она потянулась к магнитоле.

— Даже не начинай.

— Я еще ничего не сделала.

— Я тебя знаю.

Лера улыбнулась и все равно переключила песню.

Еще через день Лера снова села к нему в машину. Бросила сумку в ноги, пристегнулась и сразу проверила, что играет.

— Даже не думай, — предупредил Глеб.

— Я просто смотрю.

— Конечно.

Лера фыркнула. У ее дома Глеб остановился на том же месте. Она отстегнула ремень, но не сразу открыла дверь.

— Ты завтра вечером занят?

Он посмотрел на нее.

— Вроде нет.

— Если будешь ехать мимо...

— Подвезу.

— Хорошо, — сказала Лера. — Тогда до завтра.

— До завтра, Лер.