В день матча с Самарой Лера приехала на стадион раньше обычного. До начала оставалось почти два часа, но вокруг поля уже суетились сотрудники клуба, проверяли рекламные конструкции, готовили аппаратуру, а из раздевалки доносились голоса игроков.

Самара шла в верхней части таблицы, и всю неделю в клубе только и говорили о том, что легко сегодня не будет.

Лера успела снять пустые трибуны, поле и первые кадры разминки, а потом спустилась к раздевалке. Нужны были еще несколько фотографий для соцсетей: форма с номерами на местах, бутсы, игроки перед матчем.

После переезда прошла почти неделя. За эти дни Глеб ни разу не попытался ее задеть, а Лера перестала ждать подвоха в каждой его фразе. После того вечера в квартире, когда Глеб неожиданно сказал, что рад ее возвращению, они ни разу об этом не говорили.

Лееру это вполне устраивало.

В раздевалке было шумно. Сева спорил с кем-то о музыке, Никита сидел на лавке, уткнувшись в телефон, еще несколько игроков переодевались.

— Волкова, только меня сегодня с хорошей стороны, — потребовал Никита, заметив камеру.

— Поздно. Я тебя с детства знаю.

— Вот поэтому и прошу.

Лера усмехнулась и присела возле ряда бутс, выбирая ракурс. Хлопнула дверь. Она машинально подняла голову. И забыла нажать на кнопку. Глеб вышел из душевой с мокрыми волосами и полотенцем в руке. На нем были только спортивные брюки. Капли воды еще оставались на плечах и груди.

Лера смотрела на него совершенно бессмысленно.

Какого черта он вообще полез в душ перед матчем? Дома воды нет?

Глеб заметил ее. Остановился. Усмехнулся. Поздно. Все заметил.

— Привет.

— Привет.

Она опустила взгляд на камеру, потом на стоявшие рядом бутсы. Отличные бутсы. Очень интересные. Черные, белые, зеленые. Можно смотреть до конца жизни.

Глеб прошел мимо. Лера выдохнула только тогда, когда он оказался у своего места.

— Волков, иди форму надевай.

Голос Глеба прозвучал за ее спиной.

— А ты у нас теперь за сестру отвечаешь?

— Я за то, чтобы ты на поле вовремя вышел.

— Тоже мне капитан.

Лера поднялась.

— Дети, не ругайтесь.

На этот раз Глеб усмехнулся уже открыто. Лера тоже улыбнулась почти как раньше.

* * *

Первые двадцать минут Самара не собиралась отдавать мяч и несколько раз опасно подходила к воротам хозяев.

Лера перемещалась вдоль поля, меняла объективы, снимала трибуны и почти не смотрела на счет. Работать во время игры ей нравилось именно за это — девяносто минут проходили незаметно.

На двадцать восьмой минуте Никита перехватил мяч в центре и сразу отдал вперед. Глеб принял передачу, ушел от защитника и пробил в дальний угол.

Стадион взорвался. Лера успела поймать момент, когда Глеб побежал к другим игрокам, и быстро проверила кадр. Получилось: растрепанные волосы, вокруг игроки и та самая улыбка, которую на фотографии удавалось поймать редко.

Один-ноль.

Самара почти сразу прибавила, и следующие десять минут Лера снова видела игру только через объектив.

— Лера!

Она не сразу поняла, что зовут сзади. Обернулась. И улыбнулась раньше, чем успела что-нибудь сказать. Денис шел к ней вдоль ограждения, на ходу поправляя очки.

— Ты все-таки приехал.

— Я же обещал.

Лера шагнула к нему сама. Денис обнял ее, прижал на несколько секунд, а потом поцеловал.

— Прости. Думал, успею к началу.

— Тебе повезло. Один гол уже пропустил.

— Ваш?

— Наш.

— Кто?

— Глеб.

Денис посмотрел на поле.

— Значит, второй пусть забивает при мне.

Лера засмеялась.

— Стой здесь. Мне работать надо.

— Я умею не мешать.

Она не увидела, как в нескольких десятках метров от нее Глеб перестал слушать Севу. Его взгляд остановился на Лере, а потом на Денисе, который только что держал ее за талию.

Свисток судьи вернул его в игру.

* * *

Первый стык Лера почти не заметила. Во втором Глеб пошел жестче, чем требовалось, и судья остановил игру.

— Аскаров! — донеслось с поля.

Глеб отмахнулся и отошел. Через несколько минут снова свисток. На этот раз судья достал желтую карточку.

Лера нахмурилась.

— Он всегда так играет? — спросил Денис.

— Нет.

В первом тайме Глеб почти не ошибался. Теперь торопился, дважды потерял мяч и полез в борьбу там, где проще было отдать передачу.

Никита что-то резко сказал ему после очередного эпизода. Глеб ответил.

— Психует, — заметил Денис.

— Вижу.

До конца оставалось меньше десяти минут.

Глеб получил мяч недалеко от центра поля. Слева открывался Сева. Можно было отдать сразу. Но Глеб вместо этого пошел сам.

Защитник Самары выбил мяч, и через несколько секунд гости уже убегали в контратаку. Лера опустила камеру. Удар в дальний угол — и мяч оказался в сетке.

Один-один.

Трибуны разом стихли.

Глеб несколько секунд стоял на месте, потом провел ладонью по лицу. Никита подошел к нему. Глеб только отвернулся.

Оставшегося времени не хватило. Финальный свисток зафиксировал ничью.

Глеб даже не посмотрел в сторону бровки. Развернулся и ушел вместе с командой.

* * *

Лера закончила снимать почти через двадцать минут. Денис все это время ждал ее у выхода с поля.

— Все?

— Почти. Еще сумку забрать.

— Давай я.

— Я сама.

— Даже не сомневался.

Он все равно забрал у нее штатив. Из подтрибунного помещения показались игроки. Никита остановился поговорить с кем-то из сотрудников клуба, следом вышел Сева.

Глеб появился последним. Улыбки, с которой он встретил ее перед матчем, уже не было.

— Глеб.

Он остановился.

— Познакомьтесь. Это Денис.

Несколько секунд Глеб просто смотрел на него. Потом протянул руку.

— Глеб.

— Денис.

Они пожали руки.

— Жаль, не удержали.

— Бывает.

— До завтра, Волкова.

— До завтра.

Он ушел.

— Я его немного другим представлял.

— Кого?

— Аскарова.

Лера удивленно подняла брови.

— И каким ты его представлял?

Денис пожал плечами.

— Не знаю. Веселее, наверное.

— Почему?

— В твоих историях он обычно что-нибудь вытворял вместе с Никитой.

Лера невольно улыбнулась.

— Было дело.

— Пошли уже, я есть хочу.

Лера двинулась за ним, но возле двери почему-то оглянулась. Глеба в коридоре уже не было.

— Ты вообще довольно часто его вспоминала.

— Кого, Глеба?

— Ну да.