Ведищева испуганно замерла. В магическом мире заведомо ложная клятва — не пустые слова. Если солжешь, магия выжжет каналы и превратит человека в овощ.

Наталья открыла рот и беззвучно его захлопнула. Ее губы задрожали, по щекам покатились слезы, а лицо исказилось в гримасе ярости, делающей ее злобной и некрасивой.

— Да как ты смеешь требовать с меня клятву после всего, что было?! Ты сомневаешься во мне из-за этой ничтожной моли?

— Пошла вон! — брезгливо бросил Дмитрий. — Жандармы, арестовать графиню за покушение на мою жену!

Истерика Натальи заглушила даже шум работающей лесопилки. Ведищева кричала, выворачивалась из рук жандармов, пытаясь применить магию. Кидалась на меня, желая придушить собственными руками. Но ни одна живая душа не вступилась за убийцу. Даже Татьяна Львовна встала на сторону сына. Она с ужасом наблюдала за разыгравшейся драмой и крестилась. После того, как жандармы укатили, увозя с собой всех преступников, свекровь разразилась тирадой о моей неблагодарности и «семейном крахе». Но Дмитрий не поддержал мать, и той ничего не оставалось, как забраться обратно в карету и свалить вслед за арестованной подругой.

Когда карета скрылась за поворотом, в Щепкино стало удивительно тихо и спокойно. Я отправилась к себе в кабинет, велев мужикам возвращаться на рабочие места.

Мне захотелось просто побыть одной и осознать, что я это сделала. Расправилась с гадиной, которая задумала меня убить, вынудила свекровь убраться восвояси и заставила Дмитрия с собой считаться.

Однако долго бездельничать и рефлексировать я не умела. Взгляд зацепился за расчеты клееного бруса, патент на который собиралась подать в Министерство финансов. Уже через полчаса я полностью погрузилась в расчеты, позабыв обо всех проблемах.

Дмитрий явился поздно вечером, явно желая поговорить. Выглядел он уставшим и довольно бледным.

— Клянусь магией, я не знал, Анастасия, — произнес глухим голосом. — У меня в голове не укладывается, что Наталья решилась на такое преступление. Понимаю, что с моей матерью у тебя отношения не сложились, но она бы никогда себе такого не позволила. Это за гранью моего понимания.

— Можешь не стараться. — Я уткнулась в бумаги. — Не Ведищева, так другая решила бы освободить место возле тебя, которое мне даром не нужно. Я по-прежнему настаиваю на разводе.

— Настя, не говори так. — Дмитрий приблизился ко мне. — Позволь мне все исправить?

— Нечего исправлять. Ведищеву накажет суд, я найму больше охраны, а для свободной торговли у меня теперь есть диплом. Мне не нужны ни ты, ни твоя сомнительная защита, ни золото. Езжай в свой Петербург и живи той жизнью, которой я тебя якобы лишила.

Он хотел ответить, но в этот момент тишину поместья разорвал истошный крик Михаила с улицы:

— Пожар! На лесопилке пожар! Горим, братцы!

Я подскочила и бросилась к окну, с ужасом наблюдая, как склады с готовой продукцией облизывает оранжевое пламя.

— Мои доски! Оплаченный заказ! — простонала я и опрометью кинулась к дверям.

Мы вылетели из дома одновременно. Огонь уже подобрался к стенам и лизал стены склада. Влажное после вчерашнего дождя дерево поддавалось неохотно, но пламя достигло сухих участков, и там заполыхало мгновенно. Мужики таскали ведра с водой из реки, но их попытки помогали, что мертвому припарки.

— Назад! — рявкнул Дмитрий, вскидывая руки и сплетая заклинание подавления.

Только пламя уже добралось до бочек с маслом и яростно ревело, разливаясь по полу и выжигая все подчистую. Огонь подобрался к опорным балкам. Если они рухнут — лесопилке придет конец.

— Дмитрий, держи пламя сверху! — крикнула князю, падая на колени и прижимая ладони к земле. — Я постараюсь забрать жар изнутри.

На стрессе я мгновенно вошла с контакт со структурой горящего здания. Дерево, камень и землю чувствовала, как собственную плоть. Единственное, что могло остановить пожар, резкий отток кислорода.

— Яков, Венька, выкачивайте воздух из помещений! — крикнула магам, а сама постаралась преобразовать оставшийся воздух в тяжелый эфир, одновременно сжимая структуру балок, чтобы они не потеряли устойчивость.

Дмитрий давил сверху, сметая пламя и укрывая здание щитом. В какой-то момент наши магические потоки пересеклись. Я ожидала взрыва или бурной реакции, но вместо этого наши силы вошли в идеальный резонанс, создавая вокруг лесопилки непроницаемый купол. Огонь в нем просто задохнулся. Пламя опало так же внезапно, как и началось, оставляя после себя едкий дым и запах гари.

Меня трясло от адреналина и слабости. Я выкачала резерв до донышка, тогда как Дмитрий будто сходил на прогулку. Он стоял рядом и смотрел на меня так, будто едва не потерял самое ценное, что было в его жизни. И этот взгляд напугал меня сильнее, чем страх потери лесопилки.

Попытка подняться не увенчалась успехом, ноги отказывались держать. Горчаков, будь он неладен, подхватил меня на руки, как пушинку, и понес к дому. Откуда только в нем столько силищи взялось?

— Матушка, княгиня! — Капитолина бросилась ко мне с крылечка, грозно зыркая на князя. — Что этот ирод с вами сделал?

— Я в порядке, просто сил много потратила, — отозвалась слабым голосом. — Спасли мы лесопилку, слава богу. Дмитрий Николаевич, отпустите меня уже. Я сама дойду.

— И не подумаю, — отозвался Горчаков, крепче прижимая к себе. — После магического истощения требуется отдых и сытная еда, чтобы восполнить силы. Капитолина Алексеевна, у вас найдется, что-нибудь съестное для хозяйки?

— Да как же? Найдется! Я сейчас… Я мигом, — засуетилась кухарка, пропуская нас внутрь.

Сытная еда и горячий травяной отвар в самом деле прибавили сил. Я сама не заметила, как умяла двойную порцию рагу и блюдо с пирожками. Князь только хмыкнул, когда Капитолина притащила целый поднос еды. Кухарка, убедившись, что я действительно не пострадала, предложила князю поздний ужин. Судя по всему, отказываться Дмитрий не стал.

Отдыхать я давно разучилась, поэтому с рассветом уже стояла возле обугленного склада, со слезами глядя на десять кубов сухой доски, за которым должны были приехать сегодня. Часть досок превратилась в обугленные головешки, от которых в воздух поднимался сизый дымок.

— Пожар случился не просто так, — я вздрогнула, услышав голос Дмитрия совсем рядом.

— Ничуть в этом не сомневалась. У меня введены строгие правила по обращению с огнем, — отозвалась я. — Осталось только узнать, кто из моих врагов, отважился на скорую месть, Перевалов или Ведищева?