На следующий день мы с раннего утра занялись просушкой леса, который рабочие успели заготовить в наше отсутствие. Маги страховали тепловые контуры, а я привычно уже вытягивала влагу из волокон, с особым удовлетворением отмечая, как сосна превращается в звенящий монолит.

Весь мой резерв ушел на просушку первой партии. Чтобы восстановиться, я отправилась на прогулку. Ноги сами привели к реке, желая проверить, на месте ли новый знакомый.

Возле запруды, где я планировала расширять канал и ставить дополнительные шлюзы для новой турбины, снова сидел Александр и все так же меланхолично смотрел на поплавок.

— Доброе утро, Ваша Светлость, — приветствовал он меня кивком. — Не ожидал вас увидеть в такое раннее время.

— Доброе, Александр, — ответила, останавливаясь неподалеку от валуна. — Не знаю, как вас по батюшке. Вы так и не представились до сих пор. Не находите это невежливым?

— Прошу прощения, княгиня. — Мужчина поднялся, оказавшись неожиданно высоким, и подошел ко мне, галантно целуя руку. — Наше знакомство состоялось при весьма необычных обстоятельствах. Александр Николаевич, к вашим услугам. А что касается фамилии, позвольте мне сохранить инкогнито?

— Как вам будет угодно, Александр Николаевич, — пожала плечами, не увидев проблемы в этой просьбе. — Но позвольте предупредить, что скоро здесь начнутся строительные работы. Мы будем углублять дно и менять направление реки. Боюсь, что спокойно порыбачить здесь больше не получится.

— Строительство? — Александр удивленно вскинул бровь, окидывая меня ленивым взглядом и задерживаясь на запыленном подоле и руках, испачканных в смоле. — Вы собираетесь превратить этот райский уголок в груду щепок и масляных пятен? Неужели звон монет вам приятнее шума воды? Разрушить легко, Анастасия Павловна, а вот сохранить истинную красоту — настоящее искусство.

— Шум воды и живописный берег не оплатят счета и не прокормят моих людей зимой. — Меня разозлила вопиющая наглость, что этот человек, находясь на моей земле, выказывал недовольство моими действиями. — Живописных мест в России предостаточно, а гармония природы хороша лишь для тех, у кого амбары полны зерна. Пока вы любуетесь красивыми видами, сотни людей в деревнях живут в голоде и холоде. Моя лесопилка даст им работу и надежду на будущее. Если для этого придется убрать пару коряг и распугать рыбу, то я сделаю это.

— Вы так уверены в своей правоте, что не замечаете очевидного, — не согласился со мной мужчина. — Природа всегда забирает свое, как бы вы ни старались ее покорить. Пока вы строите плотины, река точит камень. Вы рубите лес, а вредители портят балки. Не понимаю, зачем это все именно вам? Князь Горчаков обладает достаточным состоянием, чтобы оплачивать ваши счета и избавить от необходимости пачкать руки.

— Дмитрий Николаевич занят государственными делами. — Я выпрямилась, чувствуя, как внутри все клокочет от ярости. Так прямо князь и кинулся оплачивать мои расходы, ага! — Мои проблемы его не касаются, — процедила сквозь зубы, еле сдерживаясь, чтобы не сорваться. — Как и вас, сударь. Поищите другое место для отдыха.

Развернувшись, я ушла, не оглядываясь и ощущая, как горят щеки. Нашелся умник советы раздавать! Не понимает он! Что он знает о том, как сложно выживать женщине в мире, где правят мужчины?

Остаток дня я провела в работе, стараясь выкинуть из головы этот странный разговор. Самое неприятное, что слова Александра о вредителях попали в цель. При обходе мы с Михаилом уже отметили зараженные участки леса. Но признавать правоту праздного гуляки я категорически не хотела.

Каково же было мое удивление, когда на следующее утро Александр заявился на мою лесопилку. Мы как раз закончили с постройкой настилов, соединив всю внутреннюю территорию производственных зданий, складов и дорогу к дому деревянными мостками. Это решало проблему с грязью под ногами, уменьшало риски падений и травм среди рабочих и позволяло Елизару лихо раскатывать по дорожкам в инвалидном кресле, присматривая за порядком.

Александр замер у входа на территорию лесопилки, оглядываясь с нескрываемым изумлением. У нас повсюду царил порядок. Вместо грязи и вороха опилок — чисто выметенные проходы и четкая логистика. Не говорю уже о новеньких станинах, сверкающих на солнце пилах и деловито снующих рабочих.

— Поразительно! — произнес он. — Анастасия Павловна, вы сумели меня удивить. Я видел мануфактуры в Европе, бывал на имперских фабриках и заводах, но нигде и близко не видел подобного. У вас образцово-показательное производство, каждый рабочий знает свое место и приносит максимум пользы.

— Это называется оптимизацией процессов, Александр Николаевич, — ответила, вытирая руки ветошью. — Каждое лишнее движение означает потерю денег.

— Впечатляет! В самом деле, — Александр поцеловал мою руку, не обращая внимания на пятнышки смолы на коже. — До меня доходили слухи, но реальность превзошла все ожидания. Вы везде установили мостки. Это чтобы не пачкать подол платья или так проявляется забота о ветеранах?

— В том числе, — я улыбнулась. — Но, прежде всего, мостки служат для безопасности и чистоты. В грязи инструмент быстрее тупится, а люди устают. Чистота — залог высокой производительности. Елизар! — отвлеклась на секунду. — Как там наши фрезы? Выдержат дубовую партию?

— Как бритвы, хозяйка! — гаркнул ветеран, весело сверкнув глазами. — Только магии надо побольше, чтобы сталь не перегревалась

— Так, пусть Вениамин Емельянович ни на шаг от фрез не отходит. Скажи ему, что я распорядилась.

Александр долго наблюдал, как деловито поспевает везде Елизар, как из-под фрез выходят ровные доски и летит свежая стружка, которую мужики тут же сгребали в специальные ящики.

Его заинтересовало инвалидное кресло, в котором раскатывал Елизар, и мне пришлось пояснить, что я предлагала подполковнику Воронцову заняться поставками таких колясок для ветеранов. Но ответа так до сих пор не получила.

Затем, проявляя гостеприимство, пригласила Александра в дом выпить чаю. За последнее время усадьба сильно преобразилась, так что было не стыдно принимать гостей.

Ставни покрасили свежей краской, окна отмыли до скрипа, порядок внутри поддерживался благодаря моим трудолюбивым помощницам, а скрипучий пол я давно укрепила, отрабатывая различные магические приемы, которым обучал Яков.

Капитолина накрыла нам в кабинете и постоянно крутилась рядом, не желая оставлять гостя наедине со мной. Она нарочито громко гремела чашками, выражая молчаливое осуждение столь странному визиту, заварила гостю крутого кипятка, а после застыла у входа, бдительно охраняя мою репутацию.

От Александра не укрылись стопки моих конспектов по лесному хозяйству, сложенные на рабочем столе. Он живо интересовался моими успехами в учебе и оказался на редкость начитанным собеседником. Его замечания о состоянии дел в государстве были довольно оригинальными и точными.

— Наша империя застряла в прошлом, Александр, — поделилась мнением, прихлебывая чай. — Вы используете магию для войны и забав, но боитесь доверить ее станкам.

— Вы правы, Анастасия Павловна, прогресс не стоит на месте, — задумчиво произнес он. — Пока другие строят железные дороги и применяют паровые машины, мы спорим о праве подписи женщин и чистоте крови. Вы служите ярким примером того, что женщина может и умеет управлять производством не хуже мужчин. А ваше стремление получить магическую степень достойно отдельной похвалы. Теперь я вижу, что это желание основано на необходимости, а не вызвано сиюминутной прихотью.

— Экзамены покажут, — тяжело вздохнула, бросая печальный взгляд в окно. — Я знаю механику и лесозаготовительное производство лучше любого магистра. Но разве для закостенелых мужей это имеет значение? Это не говорит о том, что я отступлю и не буду бороться. Просто обидно, когда одним отказывают в том, что легко предоставляют другим лишь потому, что они родились мужчинами. Я всеми силами буду пытаться получить этот диплом. Он мне необходим, чтобы официально управлять лесопилкой и распоряжаться плодами собственного труда.

— Вы справитесь, — уверенно кивнул Александр. — Не испытываю по этому поводу ни малейших сомнений. Но что вы будете делать с вредителями? Я заметил, что в лесу отмечены делянки под вырубку.

— Я думаю над этим. Зараженные участки мы очищаем от гнили, но это лишь временная мера. Зараза неумолимо распространяется. Короед и древоточец портят самые ценные дубы. Если не найду способ уничтожить их магией, мы потеряем четверть прибыли за сезон.

Александр слушал меня внимательно, задавал вопросы о селекции, прочности материалов, и я ловила себя на мысли, что мне нравится этот разговор. Более того, в глазах мужчины читалось восхищение моими познаниями. И это приятно согревало душу. Он видел во мне личность, которая радеет за собственное дело, а не бесполезный придаток к богатому мужу.

— То, что вы сотворили здесь за считанные месяцы, достойно уважения, — признал он под конец разговора. — Вы необыкновенная женщина, Анастасия Павловна. Я буду наблюдать за вашим прогрессом.