Я провалилась в сон с мыслями о девочках, о новой машинке и о том, что завтра нужно успеть доделать вышивку для вампирши. И вместо обычного кошмара с иглами и оборотнями мне приснилось нечто совершенно невероятное — настолько яркое, детальное и до абсурда роскошное, что я даже во сне усмехнулась. Мне приснилось, что у меня появилось собственное модельное агентство. И не просто мастерская в замке, а целое отдельное здание — трёхэтажное, с витринами, с неоновой вывеской (которая, правда, работала на магии, потому что электричества в Растусе ещё не провели) и с целым штатом сотрудников.

Я стояла на пороге этого здания во сне, одетая в шикарный брючный костюм, который сама же и сшила — изумрудный, с широкими лацканами и такими карманами, что в них можно было спрятать целый рулон шёлка. На вывеске светилось золотыми буквами: «Ателье Анастасии — Мода вне времени». А под ним мелким шрифтом: «Шьём даже для троллей». Я захотела толкнуть стеклянную дверь, но она оказалась магической и сама открылась передо мной, — и вошла внутрь.

В холле меня встретила Лиска, но она была не в своём привычном переднике, а в строгом деловом костюме с галстуком-бабочкой, и держала в руках планшет, на котором она что-то писала магическим пером.

— Настька, — сказала она тоном генерального директора, — у нас сегодня четыре показа, три встречи с инвесторами и один скандал с эльфийской принцессой, которая хочет платье из чешуи виверны. Я уже отправила ей письмо с предложением крокодиловой кожи — дешевле и тоже блестит.

Я оглядела холл: он был огромным, с мраморным полом, с хрустальной люстрой, которая висела так низко, что я могла бы дотянуться до неё рукой, и с рядом манекенов, на которых красовались мои лучшие работы — платье для эльфийки-троллихи, строгий наряд для вампирши, и даже тот самый розовый вариант для юной заказчицы, который я пока только нарисовала.

Вокруг суетились работницы: Грета, одетая в стильный кожаный жилет, что-то строгала за большим столом, а рядом с ней сидели Мира и Лейла — они уже выглядели не как худые сироты, а как профессиональные подмастерья, с иголками в руках и с серьёзными лицами, будто их работа была самым важным делом в мире.

Я подошла к ним и услышала, как Мира говорит Лейле:

— Не тяни стежок, а то ткань пойдёт волнами. Я уже научилась, и ты научишься. Анастасия сказала, что если мы будем стараться, через год мы сами будем принимать заказы.

— Через полгода, — поправила я во сне, и обе девочки подняли на меня восторженные глаза. — Вы уже сейчас шьёте лучше, чем некоторые местные портнихи. Я даже хочу, чтобы вы сделали коллекцию детской одежды для следующего бала. Там много аристократок с маленькими дочерьми, и они все будут в восторге.

На втором этаже, куда я поднялась по широкой лестнице с ковровой дорожкой, находился мой кабинет — просторный, с панорамными окнами, с огромным столом, заваленным эскизами, и с новой швейной машинкой, которая стояла на почётном месте и даже светилась магическим светом, потому что папа приделал к ней дополнительный амулет, чтобы она не просто шила, а ещё и сама подбирала нитки по цвету. Я села в своё кресло — оно оказалось неожиданно мягким, как облако, — и тут в дверь постучали.

— Войдите, — сказала я с важным видом, и в кабинет вплыла Лартаниэль, но не в рабочем фартуке, а в шёлковом платье, которое сама же и вышила, и с такой гордой осанкой, что я поняла: теперь она не просто вышивальщица, а главный дизайнер по сложным узорам.

— Найра Анастасия, — сказала она, поправляя свои длинные волосы, — я принесла вам окончательный вариант вышивки для свадебного платья. Там тысяча лилий, и каждая с жемчужиной в центре. Если тролль не заметит, что его невеста сияет, значит, он слепой, и нам придётся делать новую партию для его брата.

— Отлично, — ответила я, изучая эскиз. — А что с коллекцией весенних нарядов? Тариэль уже закончила драпировки?

Тариэль, которая тоже появилась из-за спины Лартаниэль, кивнула и развернула передо мной несколько готовых образцов — лёгкие, воздушные, с такими складками, что они казались живыми и дышащими.

— Готово, шефиня, — сказала она, и её голос звучал с гордостью. — Мы уже отправили приглашения на показ, и все билеты проданы. Даже королева эльфов обещала прийти, если мы пришлём ей личный экземпляр платья в подарок.

Я хмыкнула во сне и ответила:

— Королеве — лично пришлём. Но только если она приведёт с собой своего брата, который ещё не женат. Я, знаете, тоже иногда думаю о продолжении рода, а не только о швах.

Мы все рассмеялись — Тариэль, Лартаниэль и даже Лиска, которая подошла к двери с новой порцией заказов, — и я почувствовала такое тепло, как будто моё агентство было не просто бизнесом, а настоящей семьёй.

На третьем этаже, который я ещё не успела посетить во сне, работал цех по производству аксессуаров: там трудились гномы, которых я наняла после того, как их наняла найра Эльза, и они делали пуговицы, застёжки и даже крошечные волшебные броши, которые сами выбирали владелицу. Я спустилась туда и услышала, как гномы переговариваются:

— Эта брошь для блондинки, — говорил один, — она будет на ней смотреться, как утренняя звезда. А эта — для брюнетки, с рубином, потому что у них характеры огненные.

— А что, — спросила я вполголоса, — мы ещё и броши делаем? Я думала, мы только платья шьём.

— Шьём, — ответил главный гном, не отрываясь от работы, — но вы же сами говорили: аксессуары решают всё. Теперь у нас отдельный цех, и мы вчера продали семь штук соседней графине. Она в восторге и уже заказала ещё десять — к зиме, чтобы дарить подругам.

Я вышла из цеха с чувством триумфа и, пройдя по коридору, оказалась в просторном зале, где уже собрались зрители для показа. Там сидели мои клиентки: и эльфийки с троллями, и вампиры с красными глазами, и даже те самые соседи-оборотни, граф с женой и тремя сыновьями. Все они смотрели на подиум, где по очереди дефилировали мои наряды, и аплодировали так громко, что стены дрожали.

Я стояла за кулисами и смотрела, как Лейла и Мира, одетые в свои маленькие платья, которые они сами для себя сшили, проходят по подиуму с такой гордостью, будто они — главные модели сезона. В конце показа я вышла на поклон, и мне аплодировали стоя, а Лиска, стоявшая в первом ряду, громче всех кричала:

— Это наша Анастасия! Наше всё!

И в этот момент я проснулась — от того, что в дверь постучали, и чей-то голос сказал:

— Найра, заказчица ждёт вас в зале для показов.

Я села на кровати, глядя на утренний свет, пробивающийся в окна, и поняла, что во сне я видела то, что вполне может стать реальностью — ну, может быть, не прямо сейчас, и не прямо с тремя этажами, но с достаточным количеством усилий, заказов и таких же сумасшедших, как я, помощников. Я улыбнулась, потянулась, встала и пошла умываться, бормоча под нос:

— Принцессы, гномы, неоновые вывески… ну, ладно, ладно, посмотрим, что нам принесёт следующая неделя. Главное, чтобы никто не заказал платье из чешуи виверны, пока я не найду хорошего поставщика крокодилов.