— В мусоропровод. Живо! — Амеран схватив Саяну за плечи и как следует встряхнул. Она видела, как он дрожит от нечеловеческого усилия оставаться в вертикальном положении. И сил у него почти не осталось. — Внизу, за баком, есть проход в дренажную систему. Нюйра покажет. Уходи, Саяна!
— Баба Нюйра! Я не оставлю её! — Саяна рванулась к двери, но в этот момент снизу донёсся грохот выбитой подъездной двери и властный окрик Илиаса.
— Именем Света! Заблокировать все выходы! Офицер Амеран, мы идём за вами!
Амеран с силой развернул Саяну к узкому зеву старого мусоропровода в углу кухни.
— Она уже там! Нюйра ушла в подвал минуту назад. Если ты останешься, вы обе сгорите. Прыгай!
Саяна взглянула на него в последний раз. В полумраке его лицо казалось гипсовой маской, но глаза… в них больше не было презрения. Только печаль, тоска и… пустота. Такими она их и запомнила.
Медлить было нельзя, и Саяна нырнула в узкую стальную трубу за мгновение до того, как дверь её квартиры разлетелась в щепки...
Илиас вошёл в комнату важно и неспешно, словно был не человек, а само воплощение карающей власти. Его белоснежный плащ сиял в свете тактических фонарей Вершителей, нелепо смотрясь на фоне грязных и облезлых обоев. Он медленно обвёл взглядом скромное жилище Саяны, и его ноздри брезгливо дрогнули.
— Брат Амеран, — голос Илиаса был тихим, почти ласковым, но от этого звука по спине рыцаря пополз холодок. — Вы выглядите… неважно. Этот приют для нищих явно не пошёл вам на пользу. Где же ваша гостеприимная хозяйка?
Амеран стоял, тяжело опираясь на край стола, нож для хлеба всё ещё был зажат в его руке.
— Она сбежала, как только услышала ваши сирены, Магистр. Я держал её здесь. Пытался допросить. Она и есть та нить к Гнезду, Илиас. Но мои раны… я не смог её удержать.
Илиас подошёл ближе, обломки двери хрустели под его сапогами. Он достал из-за пояса небольшое устройство в серебряном корпусе. То была Солнечную вспышку. С негромким гулом прибор начал испускать пульсирующий фиолетовый свет.
— Посмотрим, насколько честна была ваша пленница, — пробормотал Илиас.
Призрачный свет вспышки прошёлся по комнате. Там, где Саяна касалась вещей, проступили светящиеся следы — фосфоресцирующие отпечатки на спинке кресла, на подоконнике, на стакане с водой. Комната буквально расцвела следами нечисти. Но самое страшное было не это. Прибор высветил тонкую цепочку следов, ведущую к мусоропроводу.
— Держал в плену, говоришь? — повернулся Илиас к Амерану, и его лицо исказилось гримасой ярости. — Следы говорят о том, что она хозяйничала здесь как дома. А ваши бинты, Амеран… они наложены с заботой, которая не свойственна пленным. Ты предал Свет ради клыкастой твари?..
Саяна приземлилась на кучу зловонного мусора в подвале. Падение нельзя было назвать жёстким, но и приятного тоже было мало. В темноте она услышала тяжелое дыхание и тихий всхлип.
— Баба Нюйра? — позвала она шёпотом.
— Здесь я, детонька, здесь… — старуха схватила её за руку своими сухими, дрожащими пальцами. — Бежать надо. Там, за котлом, лаз есть. Я его годами прикрывала досками…
— Тогда быстро, баба Нюйра! — потянула её Саяна к заветной дыре.
Они почти добрались до неё, когда сверху, со стороны лестницы, темноту подвала прорезал луч ослепительного света.
— Стой! — рявкнул Вершитель. — Всем оставаться на местах!
Нюйра вдруг замерла и выпрямилась. В этом движении было столько неожиданного величия, что Саяна обомлела. Старуха оттолкнула её в темноту, за котёл.
— Уходи, Саяна! Я их задержу. Они старую женщину не тронут…
— Нюйра, нет!
Но та её уже не слушала. Она вышла на свет, размахивая своим неизменным веником, который зачем-то прихватила с собой.
— Куда по чистой помытой лестнице в сапогах?! — закричала она, загораживая проход. — Пошли прочь, окаянные! Нет тут никакой нечисти, только крысы ваши орденские!
Она плюнула в сторону рыцаря, и этот плевок попал прямо на сияющее забрало.
— Схватить старуху! — донёсся сверху голос Илиаса. — Она пособница. Если не скажет, где девка, то сжечь её вместе с домом!
Одновременно с этим улица перед бараком превратилась в настоящий хаос. Варгас и его банда, ослеплённые жаждой мести и яростью Бритвы, не стали разбираться, кто есть кто. Увидев у входа в дом Вершителей, Варгас решил, что Саяна вызвала подмогу, или что Орден забирает его добычу.
— Огонь! — взвыл бандит, вскидывая самопал. — Не отдавать им девку!
Началась беспорядочная стрельба бандитов по оцеплению Ордена. Это вызвало мгновенную ответную реакцию. Вершители открыли огонь на поражение из лучевых винтовок. Воздух наполнился свистом лазеров, криками раненых и грохотом взрывающегося топлива в машинах банды. Этот внезапный бой отвлёк внимание части гвардейцев от подвала. И это оказалось на руку Саяне.
Она ползла по узкому, зловонному коллектору, задыхаясь от ядовитых испарений. Слышала, как над её головой рушится мир и содрогалась от ужаса. Послышались глухие удары, крики и мощный гул пламени. Орден начал Очищение. Они не стали искать её в лабиринтах, они просто решили выжечь весь сектор, чтобы стереть с земли не только её, но и то, что её окружало.
Но она успела сбежать. Когда выбралась в основной тоннель канализации, где текла густая, чёрная жижа, на миг обернулась, чтобы увидеть сквозь решётку вентиляции, как в ночное небо Эль-Дара поднимается столб огня. Её дом, её крохотная комната с фотографиями матери, мадам Нюйра с её ворчанием и добротой… всё это сейчас превращалось в пепел.
В этот момент что-то внутри Саяны окончательно сломалось. Та девушка, которая каждое утро надевала зелёный жилет и улыбалась старику Арни, сгорела там, наверху вместе со старым бараком, который она всю жизнь называла домом. На её месте в холодной тьме коллектора стояло существо с золотыми глазами, в которых больше не было слёз. И жизнь из них постепенно испарялась, уступая место абсолютной пустоте.
Саяна посмотрела на свои руки, перепачканные в мазуте и грязи. Когти не убирались. Жажда больше не была мучительной, как почти все время. Теперь это состояние стало для неё естественным. И внутреннему зверю больше не было нужды прятаться.
— Вы хотели монстра? — прошептала она в пустоту тоннеля, и её голос отозвался хищным эхом. — Вы его получили.
Саяна развернулась и зашагала вглубь подземного города. У неё больше не было дома, не было будущего, но теперь у неё была цель. Эль-Дар ещё не знал, что в его недрах родился хищник, которому больше нечего было терять, кроме своей ярости. А на город продолжал сыпать серый пепел, укрывая собой следы великого преступления Света.