Звук падающих на каменный пол мужских ремней прозвучал как гонг. Мой внутренний биолог окончательно ушёл в отставку, помахал белым флагом и ушёл в закат.

Передо мной стояли трое обнажённых мужчин с пугающе идеальной анатомией. Ни грамма лишнего, только литые мышцы и светящиеся в полумраке татуировки. Если бы я снимала документалку для Animal Planet, это был бы кадр года. Но, кажется, в этой пищевой цепочке главное блюдо — я.

Я сглотнула, чувствуя, как от их потемневших взглядов по телу разливается тяжёлый, пульсирующий жар, а дыхание сбивается.

Дайрен, так и стоявший передо мной на коленях, подался вперёд. Он обхватил мои бёдра своими горячими ладонями и медленно, с откровенным наслаждением провёл шершавым языком от моего колена вверх, слизывая рубиновые капли. Я вздрогнула. Это щекотало и обжигало одновременно. Вино вперемешку с его слюной действовало круче любого транквилизатора, напрочь отключая тормоза.

— М-м-м, сладкая, — промурлыкал блондин. Он уткнулся носом во внутреннюю сторону моего бедра, опаляя дыханием нежную кожу.

Мои колени предательски подогнулись, но упасть мне не дали. Сзади вплотную подошёл Каэл. Огромный, раскалённый, как печка. Он обхватил меня со спины, прижимая к своей широкой груди, и я очень чётко, всем телом ощутила, насколько сильно он возбуждён.

Его тяжёлые ладони легли на мой живот, а затем собственнически скользнули выше, накрывая обнажённую грудь. Большие пальцы безошибочно нашли затвердевшие соски, и я не сдержала тихого стона, запрокидывая голову ему на плечо.

— Пахнешь как самое пьянящее вино в Этерии, — выдохнул Каэл мне в ухо, легонько прикусывая мочку.

Сбоку бесшумно приблизился Торан. Он не стал набрасываться. Его длинные, прохладные пальцы скользнули по моей шее, успокаивающе зарываясь в волосы. Брюнет внимательно, почти изучающе смотрел на моё раскрасневшееся лицо и влажные губы.

— Сердце бьётся как у птички, — негромко заметил он, наклоняясь ближе. Его золотистые глаза лукаво блеснули. — Не бойся.

— Я боюсь только того, что у меня сейчас начнётся тахикардия, — нервно выдохнула я, пока губы Дайрена вытворяли что-то совершенно незаконное с моим бедром, подбираясь всё выше и выше к эпицентру пожара. — И того, что вы меня сейчас просто съедите.

Торан усмехнулся.

— Съедим. Обязательно.

Он накрыл мои губы своими. Медленно, дразняще, пробуя на вкус. Контраст сводил с ума: глубокий, затягивающий поцелуй Торана, жесткие, властные руки Каэла, беззастенчиво мнущие мою грудь, и горячее дыхание Дайрена там, внизу. Моя нервная система просто закоротила от перегрузки. Я обмякла в их руках, плавясь, как воск.

Каэл легко, словно пушинку, оторвал меня от пола. Миг полёта, и моя спина коснулась мягких пушистых шкур на кровати.

Дайрен тут же последовал за мной, грациозно забираясь на постель. Он перехватил мою ногу, закидывая её себе на плечо, и его глаза вспыхнули шальной страстью.

— Моя очередь, — прошептал он, и его пальцы наконец-то скользнули туда, где я изнывала от невыносимого желания. Киска пульсировала, клитор молил о ласках. Одно уверенное, скользящее движение мужчины по влажной плоти — и я выгнулась на шкурах, отчаянно хватая ртом воздух

Каэл навис сверху, опираясь мощными руками по обе стороны от моей головы, а Торан устроился рядом, его губы скользнули по моей шее, находя ту самую бьющуюся жилку.

Мой разум окончательно померк, распадаясь на миллионы слепящих искр. Я утонула в их мужской силе, в их дурманящих запахах и в том невыносимо жарком безумии, которое они распаляли во мне каждым своим касанием.