— Хватит… меня трясти… — откашливаясь, прохрипел Джерд и приоткрыл глаза. — У меня сейчас голова лопнет.

Эйрих, нависая над ним, замер. Губы дрогнули. В синих глазах смешались ужас и облегчение.

— Живой… — выдохнул он и тут же прорычал: — Ещё раз так сделаешь, сам задушу, понял?!

— Что со мной было? — с трудом выдавил Джерд и сел.

Он огляделся. Вокруг стола, на который его уложили, столпились люди. На каждом лице застыло одинаковое выражение шока.

— Умер ты! Вот что! — почти обиженно выкрикнул Эйрих и, ругаясь, отступил назад.

Джерд медленно вытянул руку, осмотрел. Пальцы как пальцы. Ни волчьих лап, ни когтей… Он прислушался к себе — пустота. Всё-таки это был бред. Повернув запястье, он заметил две аккуратные, красные точки у основания ладони. Кожа чуть вспухла и покраснела, но ни боли, ни судорог не было. Ничего, что говорило бы о яде самой страшной змеи на северных землях.

— Ваше Высочество, — негромко произнёс целитель. — Как вы себя чувствуете?

Джерд помедлил с ответом, вновь прислушиваясь к собственному телу. Всё было на месте, если не считать чудовищной усталости, от которой ломило каждый мускул.

— Вроде бы нормально, — проговорил он с сомнением и взглянул на целителя.

Тот деловито кивнул, провёл ладонью перед глазами принца, оттянул веко, затем другое. Ощупал шею, осмотрел руку и, наконец, облегчённо улыбнулся:

— Должно быть, это был детёныш. Их яд не смертелен, хотя и весьма опасен.

— Не смертелен?! — Эйрих подскочил обратно. — Ты сам видел, он не дышал!

— Такое возможно… — начал было целитель, но Эйрих тут же перебил его.

— Возможно?! — рявкнул он так, что все в шатре вздрогнули. — Возможно то, что я сейчас перетрясу весь этот крахенов лагерь и найду того, кто притащил сюда эту тварь. Где часовые?!

— Здесь, милорд! — откликнулся один из солдат у входа.

— Кто был в шатре принца?!

— Никого, милорд! — отчеканил страж — Но мы заступили два часа назад.

— Кто стоял до вас?

— Дорэн и Корт, милорд.

— Обоих ко мне. Немедленно! Остальные вон!

Люди метнулись к выходу, опасаясь попасть под горячую руку.

Джерд опустил ноги со стола и поморщился от ломоты во всём теле.

— Ваше Высочество… — Целитель с тревогой всмотрелся в его лицо. — Вам бы сейчас в постель. Я велю принести горячее вино и… вот, выпейте.

Он протянул небольшой пузырёк с мутной жидкостью, которая едва заметно светилась в глубине стекла.

— Что это? — Джерд повертел его в руке.

— Отвар, который вернёт вам силы. Не слишком приятный, но полезный.

Принц откупорил пробку, принюхался и сделал глоток. Жидкость оказалась противно сладкой, с резким металлическим привкусом. Он проглотил остаток и вернул сосуд целителю.

— Вот и славно. Теперь в постель. И не спорьте, Ваше Высочество, — добавил тот, предугадывая возражения.

— Иди, — устало махнул ему Эйрих. — Я прослежу.

Целитель поклонился и вышел, оставив их вдвоём. В шатре стало тихо, слышно было лишь, как где-то за стенкой потрескивал факел.

— Какого крахена?.. — начал Эйрих, но голос его дрогнул. Он тут же оборвал себя и сжал кулаки.

— Эйрих. — Джерд поднял на него глаза. — Посмотри на меня. Что ты видишь?

Друг замер на миг, будто не знал, что ответить. А потом оскалился, пряча облегчение за злостью:

— Вижу упрямого остолопа, который всё никак не вобьёт себе в голову, что от него сейчас зависит всё! — Голос с каждой словом становился громче. — Я говорил тебе усилить охрану? Говорил! А ты? «Да ладно, Эйрих, ты драматизируешь». — Он зло передразнил принца. — Вернётся Малыш, велю, чтоб от тебя ни на шаг! И только попробуй возразить!

Джерд не обращал внимания на колкие слова друга. Знал, что это всего лишь защита. Эйрих испугался и теперь очень жалел, что не справился с чувствами и показал их.

Продолжая неподвижно сидеть, принц прислушивался к собственному сознанию. Он попытался вызвать в голове образ чёрного волка, но ничего не произошло. Отклика он не получил. Выходит, и маг, и зверь, и тот пустынный, замерший в безвременье берег были всего лишь сном?

— …Эта тварь не могла заползти сюда сама, — глухо продолжал Эйрих, меряя шатёр шагами. — В это время нэдры спят в скалах. А значит… — Он резко обернулся. — В лагере враг. И я, кажется, знаю, как эта гадина попала сюда.

— Думаешь, Коналл пошёл бы на такое? — Джерд тряхнул головой, пытаясь прогнать остатки дурноты.

— А с чего тогда здесь разгуливал его пёс?

Принц кивнул, хотя полной уверенности не чувствовал. Возможно, это и вправду дело рук Коналла, но Реджинар тоже не упустил бы шанса. Его шпионов уже ловили возле лагеря. Война не знает чести. В ней в ход идёт любая подлость. Джерд потёр ладонями лицо и решительно поднялся на ноги.

— Ты куда это собрался? — рявкнул Эйрих, видя, как принц направляется к выходу. — Забыл, что сказал целитель?

— Надо успокоить людей.

— Без тебя найдётся, кому это сделать, — раздражённо буркнул друг.

Тут полог взметнулся, и на пороге возник страж. Он торопливо посмотрел сперва на принца, затем на Эйриха.

— Милорд, Дорэн и Корт здесь.

— Тащи их сюда, живо!

Стражник исчез, и вскоре в шатёр вошли двое. Легионеры переминались с ноги на ногу и старались не смотреть на принца. Эйрих смерил их тяжёлым взглядом.

— Знаете, зачем вас вызвали?

— Да, милорд. — Они почти одновременно кивнули.

— Кто подходил к шатру?

— Никто, милорд.

— Никто? — Голос Эйриха стал опасно тягучим. — Тогда, может, вы сами принесли змею? Решили, что принцу пора умереть?

Один из них побледнел.

— Клянусь, милорд, я ни при чём!

— Имя?!

— Дорэн, милорд!

— А ты? — Эйрих впился глазами в другого. — Чего молчишь?

— Мне нечего сказать, — неуверенно выдавил тот. — Я стоял на посту.

— Тут вечером крутился один из рохов. Этот… — Дорэн провёл пальцем по щеке. — С татуировкой.

— Чего он хотел? — Эйрих прищурился.

— Ничего. Не говорил с нами. Просто проходил неподалёку… несколько раз. Я и запомнил его. Ну… из-за крыла.

Эйрих глянул на Джерда, как бы говоря: видишь, я был прав.

— Пост оставляли?

— Никак нет, милорд, — слишком поспешно выпалил Дорэн.

— Ты врёшь, — тихо сказал Джерд. — Говори, как было. Вас не накажут, обещаю.

— Что?! — взорвался Эйрих. — Не накажут? Да я с них шкуру спущу!

— Подожди, — оборвал его Джерд, не повышая голоса. — Пусть говорят.

Дорэн встретил взгляд принца, но выдержал его лишь миг и опустил голову.

— Я отлучался. На минуту… по нужде.

Эйрих зарычал.

— А ты? — Он повернулся к Корту.

— Он тоже, — буркнул Дорэн.

Напарник зло покосился на него.

Эйрих шумно втянул воздух.

— Твой легион, солдат? — процедил он.

— Второй, милорд!

— Твой?

— Десятый!

— Ваше Высочество. — Дорэн поднял испуганные глаза на Джерда. — Вы обещали, что наказания не будет. Простите… такого больше не повторится.

Джерд помолчал немного, посматривая на солдат. Выглядели те так, словно надеялись провалиться сквозь землю.

— Слушайте оба, — наконец произнёс принц, отчётливо выговаривая каждое слово. — Про роха никому. Для всех его здесь не было.

Дорэн нервно сглотнул, Корт уставился в пол.

— Ещё раз оставите пост, — Джерд чуть подался вперёд, — разжалую и пешими погоню по домам.

Он дал им пару секунд, чтобы осмыслить.

— Свободны.

Солдат как ветром сдуло.

— Что будем делать? — Эйрих тяжело опустился в кресло. Еле слышно скрипнула кожаная кираса.

— Ничего.

Джерд тоже сел.

— «Ничего»? — Светлые брови друга мгновенно сошлись на переносице. — Он чуть не убил тебя.

— Но не убил же, — спокойно напомнил принц.

Эйрих сжал подлокотник.

— И ты не собираешься сказать об этом Храбану?

— Сказать о чём? — Джерд чуть склонил голову, будто проверял, насколько серьёзно говорит друг. — О том, что наболтали два испуганных новобранца?

— Коналл будет искать другой путь, — не унимался Эйрих.

— Пусть ищет, — равнодушно ответил Джерд.

Эйрих осуждающе покачал головой, но ничего не сказал. Откинулся на спинку кресла, помолчал, задумчиво глядя, как полог шатра едва заметно колышет ветер, и тихо произнёс:

— Как думаешь, когда вернётся Малыш?

— Пора бы уже. — Принц обеспокоенно взглянул на друга.

В Балкеррине лорд Эктор рассказал им ещё кое-что. Король Валаран незадолго до исчезновения якобы написал указ. В нём говорилось, что трон должен перейти младшему сыну, не старшему. Законы позволяли подобное исключение, если того желал действующий монарх.

А если документ и вправду существовал, Джерд становился законным наследником. Совет не имел права оспорить. Это положило бы конец войне и заставило Реджинара сдаться. Хотя в последнем Джерд глубоко сомневался. И тем не менее это поменяло бы расстановку сил.

Указ-то и должен был раздобыть Фальк. Но отсутствовал он гораздо дольше чем следовало, и Джерд с каждым днём всё сильнее тревожился. Об этой миссии знали трое: Эйрих, Зарг и сам принц. Для остальных была придумана легенда — оруженосец ушёл с суэлами в разведку. На самом же деле он отправился в противоположную сторону, в Сваальдрунг.

По словам Эктора бумага хранилась именно там. В одном из охотничьих замков, в котором Валаран любил останавливаться по пути на север. Кому ещё было известно об указе, Эктор не ведал. Ему показалось, король хотел сохранить это в тайне. Но в королевских делах тайна — вещь зыбкая. Весть могла просочиться к другим лордам и дойти до Реджинара. Тогда бумага, возможно, уже уничтожена.

Но была ли она вообще? Или король лишь делился планами со старым другом? Джерд снова и снова возвращался к этой мысли. Почему Валаран не сказал ему? Передумал? Счёл недостойным? В памяти всплыли глаза отца перед смертью — помутневшие, слепые от горечи.

В тот миг они будто поменялись местами. Грозный король Ауррории, что наводил ужас на соседние королевства, смотрел на сына как провинившийся мальчишка и ждал прощения. Он так и не узнал, что Джерд давно его простил.

Годы у рохов изменили принца. Он уехал туда озлобленным на весь мир. Обвинил отца в предательстве Лиссбет. Не отправь его Валаран к рохам, они с Лиссбет были бы вместе. Так тогда думал Джерд. Не понимал, как чудовищно ошибается, как не понимал и того, почему отец, всю жизнь потакающий Реджинару, относился к нему как к слуге, даже хуже. Но со временем принц повзрослел. Перестал смотреть на отца зверем, перестал ждать очередного унижения и страдать от холодного равнодушия. Просто принял.

Отец был жесток, несправедлив, но оставался отцом. И Джерд, сам того не желая, однажды осознал, что любит его. По-детски неловко, тоскливо, как выброшенный на улицу щенок, который всё равно ластится к руке хозяина. И как бы ни убеждал себя в обратном, всё это время он нуждался в отце и скучал.

Джерд снова подумал о Фальке. Теперь он горько жалел, что позволил уговорить себя отправить мальчишку на столь опасное дело. Но никто не справился бы с этим лучше бывшего вора.

Когда-нибудь из него выйдет первоклассный разведчик. Зарг не раз хвалил парня. Джерд понимал: оруженосцем тот не останется. Рано или поздно Фальк найдёт своё призвание. И, возможно, именно эта миссия станет его дорогой к новой жизни.

Однако время шло. И чем дольше не возвращался Фальк, тем сильнее в груди Джерда разрасталось предчувствие, которое он предпочитал не озвучивать даже самому себе.

Под утро принца разбудили голоса снаружи. Мгновение спустя в шатёр шагнул Эйрих.

— Тебе лучше самому на это взглянуть, — хмуро сказал он и, не дожидаясь ответа, вышел.

У дальних костров на окраине лагеря уже собралась толпа. Перед принцем люди расступились.

— Конли? — Джерд не поверил своим глазам, увидев связанного.

— Дозор нашёл его на подъездной дороге южнее Ансвика, — коротко доложил генерал Далрим и добавил: — Пешим, Ваше Высочество.

Джерд перевёл взгляд на кузена.

— Развязать, — приказал он.

Двое солдат тут же шагнули вперёд.

— Мы можем… поговорить? — прохрипел Конли, потирая запястья. — Прежде… чем меня повесят?

Слова давались ему с трудом. Грязные спутанные волосы, сажа на лице и руках, свежая рана на плече. В таком виде он походил на кого угодно, только не на шпиона. Но жалость в военном деле плохой советчик. И всё же, встретив измученный вопросительный взгляд, Джерд кивнул.

А когда они остались вчетвером в его шатре, спросил:

— Что ты делал в Ансвике? И почему один?

— Шёл сюда.

Конли сидел сгорбившись и зажимал рану на плече. Судя по всему она была глубокой.

— Кто это сделал? — Джерд показал на повязку.

— Эйден, — глухо выдавил кузен. Затем сглотнул и покосился на Эйриха.

Тот стоял, скрестив руки на груди, и смотрел на племянника короля тяжёлым, недобрым взглядом. Глаза Конли вернулись к Джерду.

— Они сожгли Фресс… дотла. — Голос дрогнул. — Я пытался остановить, ноон не слушает никого.

Джерд стиснул кулак. Реджинар окончательно обезумел.

— Зачемему понадобилось сжигать собственный город?

— Такон … показал жителям, что любое неподчинение, любая преграда на путиего армии будет караться именно этим. Я пытался… — Конли опустил голову. — За этоон бросил меня под арест. Таррэк помог сбежать. Они… они убили его.

Перед глазами Джерда всплыло круглое, добродушное лицо старика. Таррэк был давним и верным слугой лорда Ортвина. Джерд помнил, как в детстве часто видел его во Дворце. Именно Таррэк по большей части занимался воспитанием сыновей Ортвина, обучал их ратному делу и прочим мужским премудростям, которые положено знать молодым лордам. Конли и Лирнан были крепко к нему привязаны.

— Зачем ты здесь? — тихо спросил Джерд.

Кузен поднял на него осунувшееся, покрытое синяками лицо.

— Джерд, я видел, во чтоон превратился. Я не хочу идти за ним. Пусть цена будет любой, но отныне моя верность — тебе.

— Где гарантии, что ты не предашь нас так же, когда тебе станет выгодно? — прорычал Эйрих.

Конли зло стрельнул глазами в его сторону.

— Гарантии? Никаких. Хотите повесить, вешайте. Какая, к крахену, теперь разница, чья верёвка?

— Слышишь, как заговорил, — скривился Эйрих. — Где была эта храбрость, когда его, — он ткнул пальцем в Джерда, — пытали в Ямах?

— Хватит, Эйрих, — ровно сказал Джерд. — Сейчас не время для старых обид.

Эйрих фыркнул и упрямо бросил:

— Как мы можем ему верить?

Джерд не ответил, лишь перевёл взгляд на Конли:

— Где Лирнан и твой отец?

— Отец в Зорате. Реджинар вызвал его к себе. Лирнан… — Конли дёрнул подбородком в сторону, — в ставке Хейлгара.

— И он допустил то, что с тобой сделали?

— Там всем заправляет Эйден, — глухо сказал Конли. — Лирнану просто не дали вмешаться.

— Он знает, что ты отправился ко мне?

Конли покачал головой.

— Думаю, его уверили, что я мёртв. Когда отец узнает… — Он устало уронил лицо в ладонь, но тут же вскинулся вновь. — Эйден получил от Реджинара полный карт-бланш. Творит, что захочет. Вешает без разбора. И своих, и чужих.

Меняя позу, Конли поморщился от боли.

— Говорят, это ты изуродовал его. Правда?

Джерд промолчал. В шатре повисла гулкая тишина.

— Что будем делать, Ваше Высочество? — нарушил её генерал Далрим.

— Конли, — медленно начал Джерд. — Я хочу верить тебе. И почти верю. Но мои люди этого не поймут. Поэтому пока ты будешь под стражей. Сколько — не знаю. Если ты сказал правду, я приму твою присягу, обещаю. Тебе окажут помощь и накормят. Но не заставляй меня пожалеть о своём решении.

Он пристально посмотрел на кузена.

— Спасибо… — сдавленно прохрипел тот.

— Генерал, — Джерд повернулся к Далриму, — распорядитесь.

— Ваше Высочество, если позволите, — генерал помедлил, — я хотел бы задать лорду несколько вопросов.

Джерд кивнул.

— Ваша Светлость, какова обстановка в лагере? Как ведут себя лореттийцы?

— Беспрекословно подчиняются королю, — морщась ответил Конли. — У них железная дисциплина. — Он устало потёр глаза. — Страх держит их строй. Хейлгар не терпит тех, кто способен ослушаться.

— А ауррорцы?

— Ропщут. — Разбитые губы Конли скривила горькая усмешка. — Но шёпотом. Никому не хочется оказаться на виселице… или, что хуже, в руках Эйдена. Многим эта война ненавистна.

— Что говорят офицеры? — вмешался Джерд.

— Большинство слишком напуганы. Или ждут, на чью чашу весов падёт перевес. Но… — Конли замолчал на миг и стиснул зубы от боли. — Надеюсь, сожжённый Фресс сможет заставить их открыть рты.

Он снова поморщился и сжал плечо.

Эйрих презрительно хмыкнул, качнув головой:

— И ради этого стоило тащиться сюда? Надеешься, что мы купимся на твои небылицы?

Конли резко вскинул голову, в глазах сверкнул огонь:

— Если бы ты видел их лица, когда пришёл приказ сжечь город, — зло процедил он, упрямо глядя на Эйриха, — ты бы заткнул свою пасть.

Эйрих рванулся вперёд, готовый вцепиться в горло Конли.

— Хватит! — Голос Джерда резанул воздух, заставив Эйриха замереть на месте. Однако ярость в синих глазах не угасла.

— Ты же видишь, он врёт! — На щеках Эйриха заиграли желваки.

— Я сказал, хватит, — холодно повторил Джерд. Его слова прозвучали так, что даже Далрим едва заметно напрягся. — Совсем скоро мы узнаем, правда это или ложь. И тогда решим.

Эйрих тяжело выдохнул.

Джерд перевёл взгляд на генерала:

— На сегодня достаточно.

Затем вновь посмотрел на кузена:

— Конли, сейчас тебя отведут к целителю. Отдохни. Но запомни, если ты солгал хотя бы в одном слове, наша общая кровь тебя не спасёт.

Как только генерал и пленник покинули палатку, Эйрих спросил:

— Ты веришь ему?

— Я никому не верю, — сухо отозвался Джерд.

Эйрих мотнул головой.

— Крахен, вечно что-нибудь происходит. Как рука?

Джерд успел забыть о вчерашнем.

— Нормально, — буркнул он, вставая. — Пойду пройдусь. Прикажи усилить дозоры.

— И ты не велишь надеть на него кандалы?

— Эйрих, ты видел, в каком он состоянии? Конли не воин. Уверен, он до последнего времени и меч-то в руки забыл, когда брал.

— Но он враг!

— Враг, — согласился Джерд. — Только я был на его месте. И знаю, каково это, когда тебя окружает лишь ненависть и подозрения. Когда каждый день ждёшь, что тебя прикончат, и не знаешь, почему до сих пор жив. И когда тебе говорят, что единственный способ выжить — склонить голову. Даже если ты готов перегрызть глотку всем вокруг.

— Ты слишком часто ищешь оправдание врагам.

— Нет, — спокойно возразил Джерд. — Я ищу тех, кто завтра может стать союзником. Потому что врагов у нас и без того достаточно.

Он прошёлся по шатру, задержался у выхода.

— Усиль дозоры. И проследи, чтобы Конли никто не тронул. Если он врёт, мы скоро узнаем.