Альбарра. Аххеский пантеон.
Земли великого дома Иан.
Пространственная крепость.
28 марта 4060 года по летоисчислению Вечного Ристалища.
Рассвет…
Двадцать девять часов… – злорадно прошептал Опустошитель. — Тик-так, малыш…
Впервые за последние восемь месяцев врата пространственной крепости оказались вновь распахнуты настежь, но причина такого поступка была далека от приятной.
— Как я и думала… — удручённо декларировала Вивиан, переходя от одной лужи крови к другой, от одного неистлевшего трупа к следующему. — Полубессмертные. Причём все. Их действительно использовали, как обычное пушечное мясо, чтобы просто удостовериться в твоих способностях. Здесь много могущественных воителей и воительниц. Некоторых… я даже знала, — подавленно прошептала отмеченная, качая горестно головой. — Безумие. Форменное безумие.
Впрочем, не только Кристальная Ведьма ходила по полю битвы. В этом ей составили компанию Илай, Эйсон и Рамас. Остальные же столпились у врат и что-то оживлённо обсуждали. Как и всегда, громче всех звучал Ас-Ннай.
— Какой Геенны Огненной мы должны осторожничать, Зеантар? — до ушей донёсся возмущенный голос Зиула. — Пространственная крепость под надёжной защитой. Вскоре сюда прибудет подкрепление. Да и оглянись по сторонам, вас как хранителей никто не встречает. Они прекрасно осознают, к чему всё идёт. Так что предлагаю войти к тем ублюдкам через главный вход и…
Услышав суть речей Ас-Нная, я моментально потерял к ним интерес.
— Твои так называемые знакомые сами виноваты, Ведьма, — сухо обронил я, на пару с Грацией возвращаясь к стенам, а если быть точнее, то к Искриде и Фи. — Их никто не заставлял принимать то дерьмо. Они хотели получить силу, и они её получили.
— Да, я знаю, — раздосадованно кивнула Вивиан. — Но легче мне от этого не станет. Да и судя по тому, что я увидела, эти полубессмертные едва ли понимали, что делают. Их… их просто отправили на убой, — печально заключила отмеченная.
— Благодари за это своих оберегов, — холодно заметил я.
— Когда ты уже поймёшь, что моя госпожа здесь ни при чём! КОГДА, А⁈ — вспылила Кристальная Ведьма. — Она… она же поддерживает тебя…
Пришлось остановиться и обернуться к Вивиан, а к нашей беседе начали прислушиваться все, кто находился рядом. Перебивать разошедшуюся служительницу я не стал и просто продолжил слушать.
— Между оберегами раскол! РАСКОЛ, ТЫ ПОНИМАЕШЬ⁈ Как раньше уже не будет! Сегодняшний день решит, каким именно окажется наше будущее! Именно сегодня разразится война! Как на той проклятой Арене Соприкосновения, ТАК И ВНЕ ЕЁ! Взгляни на них, Ранкар! — вдруг указала та рукой на Эйсона с Илаем. — ПОСМОТРИ НА НИХ ВНИМАТЕЛЬНО И ПОЙМИ, ЧТО ОНИ ХОТЬ И СДЕЛАЛИ СВОЙ ВЫБОР, НО МИЛЛИАРДЫ РАЗУМНЫХ ВСЁ ЕЩЕ НА РАСПУТЬЕ! Всем известный миропорядок, которому больше четырёх тысяч лет будет к вечеру разрушен и в эпицентре всего стоишь ты! ТЫ И ТОЛЬКО ТЫ! Я боюсь, Ранкар! Боюсь того, что грядёт! Мне страшно! И я ничего не могу с этим поделать!
Вивиан резко замолчала, и некоторое время над полем брани стояла мёртвая тишина, а я же прислушивался к себе и понимал, что слова женщины по какой-то причине нашли отклик в моём разуме и сердце.
— Ты зря беспокоишься, Ведьма, — мягко отозвался я, поглаживая Грацию по голове и с тёплой улыбкой глядя на Искриду с Фи. — Война и вправду случится, но обещаю тебе, что продлится она недолго. На рассвете завтрашнего дня всё закончится. Более чем уверен, что кто-то из оберегов падёт, а кто-то выживет. Я также уверен, что миропорядок изменится, но сам мир… сам мир будет цел и никуда не денется. Ведь в этом мире будут жить те, кто мне беспредельно дорог. Так что будь готова, Вивиан, скоро ты вернёшься к Темиде.
— Каков план, племяш? — подступил ко мне резво Ас-Ннай. — А то с твоим папашей каши не сваришь. Как ни старайся, одно дерьмо выходит. Повар из него такой же, как и хранитель — отстойный.
Впрочем, и Зеантар не заставил себя ждать и объявился тотчас рядом.
— Зиул, следи за словами. Не один Реахзор готов рога тебе пообломать.
— Племянники, вы слышали? — глядя на наследников хранителя, раненым вепрем завыл Ас-Ннай, вновь устраивая клоунаду и тем самым разряжая обстановку. — Ваш папаша мне угрожает…
Пока между хранителем и архидемоном разгоралась мнимая перепалка, я обратил внимание на подошедшего и страшно задумчивого Илая.
— Великий дом Иан бездействует, даже после всего, что здесь случилось. Ни храмовников, ни кого-либо ещё. Боюсь, нам придётся как-нибудь поторопиться. Сам знаешь, путь до Аронтира неблизкий, а у нас осталось всего несколько часов до полудня. И не забывай, что такая падаль, как Вендигал, будет до конца вставлять нам палки в колёса.
— Не переживай, Баламут, — хмыкнул я, хлопнул того по плечу и ободрительно подмигнул Эйсону. — Путь до внутренних земель не займёт много времени. Да и плевать на Духа Бойни. Стоит мне оказаться в столице, и все договорённости будут исполнены.
— Да пошёл ты, Зеантар…
Я и сам не заметил, что пока Зиул и Лазарев выясняли отношения, рядом с нами очутились абсолютно все, кто вскоре отправится в Аронтир, но ближе отчего-то оказалась Бездна, которая не находила себе места.
— Сынок, ты… ты как? — встревоженно прошептала та, то и дело косясь на окровавленный доспех Гидры. — Нигде не ранен?
Проклятье! Снова это обращение. Неужели она не понимает, что я всё равно умру? Пара царапин не изменит ситуации.
«Это глупый вопрос, мой разоритель, — хмыкнула печально Руна. — Какая-никакая, но она… твоя мать».
Слова Альяны отрезвили. Наверное, лишь из-за них я не сорвался на Бездну.
— Я… я в порядке.
— Позволь я помогу? — тепло улыбнулась Инарэ.
Нас разделяло не больше пары-тройки метров, но Бездна в прямом смысле сорвалась с места, а в дрожащих пальцах образовался белоснежный платок. Не прошло и секунды, как та бережно утёрла кровь отмеченных с моего лица и шеи, а после достаточно робко отступила назад.
Не знаю почему, но от вполне обычного жеста что-то встало поперёк горла, и, поджав губы, я благодарно той кивнул:
— Спасибо.
— Я… я была рада помочь, — тепло улыбнулась женщина.
— Так каков план, племянник? — спокойно осведомился Ас-Ннай, оглядываясь по сторонам, между делом упирая руки в бока и неспешно подсчитывая общее количество душ. — Нас тут немало. Незаметно до Аронтира мы не доберёмся.
— К сожалению, ты не о том переживаешь, — спокойно изрёк я. — Мы не просто доберёмся до Аронтира, мы ещё и войдём через парадный вход, но Грации придётся отдать все свои силы для этого.
— Что-то мне это напоминает, — ностальгически рассмеялся Паллад, туже стягивая лоскуты тёмной ткани на левой руке. — Как в старые добрые времена — идём напролом.
— Ха-ха-ха… — радостно загоготал архидемон Жестокости. — А у племяша-то яйца стальные. Того гляди гравитация на Альбарре скоро изменится. Шары у тебя крепче, чем у одного… кхм… осторожного типа. Стоп! Погоди-ка… — опомнился Ас-Ннай, с вопросом уставившись на меня, а после покосился на оцелоту. — Хочешь сказать, что твоя девчонка сдюжит?
— Ты стала сильной. Очень сильной и способной, крошка, — тепло пробормотал я, присаживаясь перед хищницей на колено. — Да, я чувствую. Ты давно превзошла саму себя. Мифический тип, не так ли?
— М-р-рррр! – радостно проурчала та, уткнувшись головой в мою грудь. — М-рр!
Очень долго я ломал себе голову, почему Грация прогрессирует так быстро, а ответ находился под самым носом. Теперь я понимал по какой причине оцелота становилась сильнее столь ударными и скорыми темпами. Проблема была заключена отнюдь не в ней, а… во мне. Если быть точнее, то в моих техниках и действиях — в Пожирании и в количестве убитых. Слишком часто я убивал могущественных противников, и ранее я также часто использовал Пожирание. Грация связана со мной напрямую. Что-то забирал я, большую часть поглощал Опустошитель, но остальные излишки доставались ей. Не зря она является зверем с потоком Смерти и Пространства.
— Ты большая умница, — тихо рассмеялся я, довольный услышанным. — Прости, что прошу, но давай устроим тем ублюдкам сюрприз, красотка? Справишься?
— М-р-р-р-р-р!!!
Грация ни секунды не раздумывала, а утвердительное рычание оправдало все мои смелые предположения.
— Каков хозяин, таков и зверь, — одобрительно кивнул Реахзор.
— Нет. Совсем нет. Она лучше. Гораздо лучше своего хозяина, — усмехнулся грустно я, поглаживая хищницу по загривку и с вопросом взглянул на Валери. — Княгиня, боюсь, мне придётся побеспокоить вас. Когда мы окажемся в Аронтире, то Грация останется без сил.
— Не переживай, милый, можешь на меня положиться, — радушно отозвалась целительница. — Я позабочусь о ней.
— Хорошенько отдохни, Грация, — после возникшего молчания я воззрился на остальных. — Будьте готовы. Отправляемся через час…
Альбарра.
Аронтир. Внутренние земли.
Край Соприкосновения.
Храм Соприкосновения.
Общий чертог оберегов.
Ранее вражда была потаённой. Совсем недавно здесь собирались все. Но сейчас их было лишь пятеро: Арес, Танатос, Анубис, Гор и Нергал. Остальные просто не пришли. Единство отсутствовало и в прошлом, но сейчас мироздание перевернулось с ног на голову. Бастет снюхалась со своим злейшим врагом Иштар. Темида нашла общий язык с Тиамат. Северяне, вроде бы, держались сплоченно, но всей правды не знал никто. Давние противники становились соратниками, а вчерашние соратники недругами.
— Некоторое время назад я считал, что если избавиться от корня проблем, то всё изменится, — серьёзно заговорил бог Войны, поднимаясь с трона и неторопливо двигаясь к центру чертога. — Так вот… я был слеп. Мир никогда не будет прежним. Перемены напрашивались давно. И знаете почему? — холодно рассмеялся Арес, взглянув на остальных.
— Просвети же нас, — спокойно отметил бог Неба.
— Нас было… слишком много! — свирепо отчеканил бог Войны. — Но теперь нас пятерых хватит с избытком. Они, — оберег рукой указал в сторону, намекая на остальных богов, — сделали свой выбор. Они отвернулись от нас! Что ж, с таким выбором пусть и подохнут. И не говорите мне, что не размышляли о том, что я вам сейчас сказал.
Воцарилось молчание, а обереги переглянулись.
— Продолжай, — невозмутимо изрёк Нергал.
— Ублюдок хранителя Земли стал катализатором. Он стал мелким камешком, который обрушил лавину камнепада. И знаете что? В какой-то степени я благодарен ему. Не появись он, и мы до сих пор грызли друг другу глотки, но теперь… теперь всё иначе. Участь сопляка предрешена. Нам он не соперник. Я более чем уверен, что их будет немного. Скорее всего, он найдёт какую-нибудь лазейку и явится в Аронтир. Щенка я не опасаюсь, но рядом с ним будут те, кто может помешать.
— Мощь хранителей на нашей земле будет многократно урезана, — задумчиво добавил Анубис.
— Именно! — кровожадно оскалился Арес, а после демонстративно сжал кулак. — И в том наша сила! Бросим в бой смертных против владык Инферно, как и обсуждали, а сами займемся хранителями. Используем их слабость и задавим числом! В наихудшем случае уйти сумеет только Аллейда, но она одна не будет для нас соперницей. Однако Зеантара и Паллада мы обязаны похоронить сегодня же. Я более чем уверен, что остальные обереги поддержат нас, ведь выбора у них не останется. Слава Астралу, они ещё не выжили окончательно с ума!
— А что же будет… потом? — хмуро спросил бог Неба. — Что делать с остальными… после?
— Не будь идиотом, Гор! В час нужды они не поддержали нас! — яростно прошипел Танатос. — Они все проголосовали за то, чтобы мы сразились со смертным. КТО МЫ, А КТО ОН⁈ Смертный щенок, который не знает своего места! Так что они сами избрали свою участь! Уничтожим их одного за другим.
— Кое о чем вы всё-таки подзабыли, — загадочно молвил Нергал. — О сопляке! Полубессмертные, которых мы послали сегодня на разведку, не принесли пользы. Кому-то из нас придётся разобраться с ним, пока другие будут заняты хранителями и архидемонами. Кто выйдет на арену?
— Предлагаю бросить жребий, — произнес будничным тоном Анубис. — Сделаем, как…
— НЕТ! Никакого жребия! — ледяным тоном прошипел Танатос, медленно поднимаясь с трона. — Я буду тем, кто прикончит эту мелкую вошь! Он ответит мне за всё, что сотворил ранее!
— ТОГДА РЕШЕНО! — громогласно рявкнул Арес, глядя на присутствующих. — СЕГОДНЯЩНИЙ ДЕНЬ СТАНЕТ МОМЕНТОМ НАШЕГО ТРИУМФА!!! ПОРА УБРАТЬ ПОСЛЕДНИЕ ПОМЕХИ С ДОРОГИ! УНИЧТОЖИМ ХРАНИТЕЛЕЙ И ПУТЬ В СОСЕДНИЕ МИРЫ БУДЕТ ОТКРЫТ! ПОСЛЕ НАШЕЙ ПОБЕДЫ МЫ ОТБРОСИМ ТИТУЛЫ БОГОВ И СТАНЕМ ИСТИННЫМИ ДЕМИУРГАМИ…
Альбарра.
Аронтир. Внутренние земли.
Край Соприкосновения.
Арена Соприкосновения.
28 марта 4060 года по летоисчислению Вечного Ристалища.
08:23 по времени Земли.
Императрица честно считала, что неделя — это слишком много. Но в том и крылась суть — семь суток миновали как по щелчку пальцев судьи. Она просто не заметила, как пролетели дни. Как и любого другого кандидата времени на отдых у неё всегда оставалось крайне мало — зачастую она не находила времени, чтобы просто заглянуть на родной Эосар. Потому время в данном мирке она решила провести с пользой. Всё необходимое о своей цели она узнала быстро. Чересчур быстро.
Всё же смертное недоразумение, которое сейчас семенило следом за ней, оказалась права — на Альбарре не нашлось того, кто не слышал бы о Ранкаре Безродном. Здесь не было тех, кто не проклинал бы Демона Великой Сотни за его деяния. Большая часть разумных столицы ненавидела и презирала того, кто вздумал оскорбить, так называемых, оберегов.
— Дерзкий глупец…
— Именно…
— Обереги бессмертны…
— Они непоколебимы. Их власть вечна…
— Поскорее бы он сдох…
Слушая и внимая всему происходящему, императрица Алого Пламени улыбалась. Улыбалась одному неоспоримому факту — миры хоть и являлись жутко разными, но боги… боги практически повсюду были одинаковыми. Бредили о вечной власти. Грезили о безграничной силе, а все их желания сводились лишь к главному — как бы поскорее уничтожить равных себе, стать демиургами и распространить свою волю и влиянию на более количество душ.
— Да угаснут Искры Эосара на веки-вечные! Небожители и вправду, как под копирку, — выдохнула раздраженно императрица, закатывая глаза и между делом пробираясь сквозь толпы разумных, которые неустанно двигались в Край Соприкосновения. — Эй, смертное недоразумение, — взмахнув гривой огненно-рыжих волос, девушка оглянулась через плечо и отыскала глазами Хёсу. — А ну не отставай! Не хватало ещё тебе потеряться!
— Да, чтимая госпожа! — раболепно закивала бродяжка головой, широко улыбаясь. — Конечно!
«Хотя бродяжка ли она сейчас»? — мелькнули мысли в голове кандидата судьи Пламени, и та осмотрела сироту более внимательно.
Новые вещи, чистая постель и горячая ванна сделали своё дело. Сейчас Хёсу едва ли можно назвать беспризорницей. Лишь её манеры оставляли желать лучшего, ведь вс было написано у девчонки на лице. Она то и дело стреляла глазами в стороны, пытаясь понять и примерно прикидывала в голове, как лучше умыкнуть у того или иного бедолаги нечто ценное.
Деньги не являлись для императрицы Алого Пламени большой проблемой. Впрочем, она уже очень давно не испытывала серьёзных бед. Всё же это не первое её задание и далеко не последнее. Однако девушка вынуждена была признать, что впервые работала в столь отдалённой сети миров.
Шум и гам нарастал. Чем ближе они подбирались к Арене Соприкосновения, тем труднее приходилось. Больше трёх часов они потратили на то, чтобы добраться до непомерно огромного ристалища. Само собой, кандидат могла разогнать весь мешающийся под ногами сброд по щелчку пальцев, но для такого ещё было слишком рано.
Глядя на строение впереди, императрица всё чаще ловила себя на мысли, что столь монументальное строение можно было назвать одним из чудес данного мира, потому как своей высотой оно даже заслоняло небеса. Впрочем, и Храм Соприкосновения, что виднелся вдали, мало чем уступал арене.
Ещё час девушка и беспризорница потратили на то, чтобы попасть внутрь, и, стоило им оказаться внутри, как слух императрицы уловил очарованный шепот Хёсы:
— Невероятно…
— Сложно не согласиться, — хмыкнула кандидат Пламени, оценивая арену изнутри. — До эосарских красот им далеко, но местные изрядно постарались.
Куда ни кинь взгляд, всюду находились разумные — люди, зверородные, тераты. Возведенное ристалище полнилась живыми, как пчелиный улей, а количество магических проекций в небе казалось бесчисленным. Правда, императрицу озадачили не существа, окружающие её, а само строение. На первый взгляд ристалище хоть и являлось огромным, но выглядело вполне нормально, однако один неоспоримый факт не мог не броситься в глаза — разделение. Арену Соприкосновения разделили на две неравные половины. И прямо сейчас меньшая половина пустовала.
— Каковы хитрецы ваши божества, — понимающе рассмеялась императрица, решительно шагая вперёд. — Что ж, признаю, они не так глупы и…
— СМОТРИТЕ! СМОТРИТЕ…
— ДЕМОНЫ…
— ТАМ! ТАМ ДАЛЬШЕ ДЕМОНЫ…
— ЭТО ЖЕ…
— ВЛАДЫКИ ИНФЕРНО…
— ОНИ… ОНИ ВСЕ ЗДЕСЬ…
— ИХ… ИХ МНОГО…
Шум, крики и гам в одночасье усилились и оглушили. Лавина разумных на всей скорости рванула вперёд. Нахмурившись, но не забыв схватить за руку Хёсу, вперёд двинулась сама кандидат, и успела она как нельзя вовремя.
Спланировано это было или нет, императрица не знала, но в той самой пустующей половине арены разверзлось пространство в мир демонов, а земля в прямом смысле разверзлась. Один за другим архидемоны Инферно материализовались на Альбарре в своих истинных и жутко устрашающих обличиях.
— Ничего себе… Какие они… большие… — Хёса от удивления разинула рот и уставилась во все глаза на инферийцев.
— Только не говори мне, что впервые видишь владык Инферно? — негодующе поинтересовалась императрица.
После прозвучавшего вопроса беспризорница будто стала меньше. От нахлынувшего смущения та втянула голову в плечи и виновато шмыгнула носом.
— Простите, чтимая госпожа…
— Хотя о чём это я? Что взять с сироты? — фыркнула изможденно девушка, не сводя заинтересованных глаз с Хёсы. — Кстати, смертное недоразумение, ты так и не объяснила мне, почему приняла сторону того, кого все презирают и ненавидят? Почему ты не хочешь, чтобы Демон Великой Сотни умер? Почему ты принимаешь его сторону?
— Но он… он же… человек, — совсем тихо и робко проговорила бродяжка, поднимая взор на императрицу. — Он… он такой же человек, как и я… Как вы… Как и многие, кто здесь находится…
— И что с того, что он якобы человек? — непонимающе хмыкнула кандидат. — В чём подвох?
— Тут нет подвоха, чтимая госпожа… — лучезарно улыбнулась Хёса, то и дело запинаясь от страшного волнения. — Просто… он человек. Он… не побоялся всесильных оберегов. И он… первый, кто осмелился бросить им вызов… Он смертный, но он очень отважный… И сильный… И храбрый… Ему нельзя умирать… Ведь он вселяет… надежду. В таких… как я… В таких… как мои друзья… Простите, чтимая госпожа, если… если огорчила вас…
— Нет, смертное недоразумение, тебе не стоит просить прощения, — тихо рассмеялась императрица, довольная услышанным. — Пусть услышат нас Великие Искры Эосара, но мне по душе твой ответ и…
— ЧТИМАЯ ГОСПОЖА!!! СМОТРИТЕ-СМОТРИТЕ! — неистово завизжала Хёса, не дослушав императрицу и со всех ног рванула вперёд. — ЭТО… ЭТО ЖЕ ОН… ЭТО ЖЕ ДЕМОН ВЕЛИКОЙ СОТНИ!
Но кто бы знал, что кандидат судьи Пламени ощутила его присутствие ещё за несколько мгновений до крика бродяжки, а ещё она почувствовала… силу. Дикую, необузданную и тщательно скрытую контролируемую мощь. Взор её обострился, и, проделав несколько шагов к краю каменной лестницы, та посмотрела сверху вниз на арену. Сама же арена Соприкосновения почти моментально недовольно загомонила и яростно начала освистывать прибывших.
Именно в самом низу, где совсем недавно материализовались владыки Инферно, появилась ещё одна группа разумных. Среди них она и увидела свою цель:
— Так вот ты какой, — расплылась в холодной усмешке императрица Алого Пламени. — Ну, здравствуй, юный Опустошитель миров. Надо же, и хранители с тобой. Что ж, неплохо. Совсем неплохо. Скучно точно не будет. Как говорит отец: «Первый ход сделан…»