Сон вел Альфа на север, мимо Хайфилда, в густой лес Фоссвуд. Дорога проходила через лес по пути на Побережье Эллса. Листья уже начали опадать, когда Альф увидел молодого человека, идущего ему навстречу.

В сером небе послышался крик журавля.

Альф и Ольва сидели на земляной насыпи в лесу и рассказывали друг другу свои истории в манере малладейльцев. Истории их земли не были пышными; малладейльцы не славились песнями и буйным воображением. Простые и честные, они говорили то, что нужно было сказать, и ничего больше.

"У тебя нет меча", - сказала Ольва.

"Некрад потерян", - произнес Альф. "И ты теперь превращаешься в птицу".

"Я чувствую здесь силу земли", - согласилась Ольва. "И использую ее с пользой".

"Да, что ж, в других местах магии почти не осталось", - кивнул Альф. "Заступников больше нет. И большинство заклинаний Колледжа Чародейства больше не работают. Они были созданы под знаками Эрлкинга, а Разрушитель Чар их разрушил". Он разворошил пепел в их походном костре. Альф слышал рассказы о демонах, вырвавшихся на свободу в руинах Старого королевства, и о войне на границе Западных Маршей. Задания для других людей.

"У тебя нет Разрушителя Чар, - снова заговорила Ольва, - а на Дервине лежит заклятие, которое нужно снять".

Альф медленно кивнул. Дервин сидел чуть поодаль, слушая вполуха. В этом свете парень совсем не походил на Пейра. Пейр всегда смотрел вдаль, на следующий шаг в поисках. Сейчас Дервин смотрел вглубь, и тень шла рядом с ним.

Ты должен уничтожить его, - сказал голос в голове Альфа, - пока он не стал слишком могущественным и не превратился в нового Темного Лорда.

Ему даже не нужно было говорить этому голосу, чтобы он заткнулся.

"Есть и другой путь", - сказал Альф. "Но это что-то вроде прогулки пешком".

Они отправились на юго-восток, мимо башни Терна. Они избегали других путников на Дороге, что было даже к лучшему, поскольку многие солдаты и даже некоторые рыцари стали бандитами. Дервин плелся позади, обремененный невидимой ношей. По ночам они по очереди присматривали за ним под летними звездами. Со временем они покинули главный тракт и по проселочным дорогам добрались до деревенского постоялого двора на окраине провинции. Альф чуть было не отдал шесть медяков за отдельную комнату на ночь, но Ольва заявила, что цена непомерна, и они прекрасно переночуют в общей комнате за половину этой суммы.

На следующий день Альф повел их по узкой козьей тропе, которая вела к болотам Великой Топи. Оттуда они направились на восток.

Альф вспомнил, что где-то там, в окружении гигантских скал, была скала, немного похожая на великана, и что они должны повернуть на юг, как только найдут ее. Ольва закатила глаза и превратилась в птицу. Она взлетела, сделала один круг и снова приземлилась. "Сюда, - прошептала она.

Они подошли к краю Долины Просветленных. Ян уже не было, но теперь там обитали другие, ища мудрости у источника, более древнего, чем Заступники, более древнего, чем эльфы. Вдоль тропинки, ведущей вниз, в долину, мерцали маленькие огоньки.

Альф подтолкнул Дервина. "Похоже, тебя ждут".

Дервин поднял голову, и в его глазах появился странный огонек. "Я слышал, Альф, что ты остался на страже один, после того как остальные Девятеро пошли своей дорогой".

"Ну да, - пробормотал Альф. "Я был дураком".

Дервин похлопал его по плечу. "Альфрик, всегда верный. Отдохни, старый друг. Пусть другие посторожат немного, и знай, что тебя позовут, когда ты понадобишься". Затем присутствие исчезло, и Альф вздохнул.

Ольва обняла сына, затем мягко оттолкнула его. "Иди, - сказала она, - ты найдешь свой путь".

Сначала нерешительно, затем все быстрее Дервин Форстер спустился в долину. Он оглянулся, помахал рукой и пошел дальше, оставив эту историю позади.

"Что теперь?" - спросила Ольва.

Двадцать три года назад Девятеро сражались здесь с Акрайстом. Они спасли мир. А суть спасения мира в том, что мир не остается спасенным навсегда. Колесо вращалось, конечно, но в основном оно лишь глубже погружало людей в грязь. Не нужен был Темный Лорд, чтобы причинить страдания и несчастья жителям этих земель. Они делали это сами. Да и не было особого смысла винить во всем тайные заговоры и махинации бессмертных, размышлял он. Эрлкинг, может, и ушел, но Альф очень сомневался, что вместе с ним исчезнет все дурное и печальное.

Ламмергейр был очень хорош в убийстве, но в конечном итоге это не принесло особых результатов.

У молодого Дервина были правильные идеи о лучшем будущем, но они были слишком амбициозны. Они начали не с того места. Семена посеяли в зараженную почву, которая им все равно не принадлежала.

"Домой, - сказал сын Длинного Тома, - там есть над чем поработать".

В последующие годы они называли ее просто Вдовой. Когда святилище на холме опустело, а Заступники разбежались, жители деревни приходили к ней за магией, за целительными чарами, заклинаниями и мудрыми словами. В Малладейле ходили слухи, что Вдова когда-то жила в Некраде, легендарном городе эльфов-колдунов, и что в ее доме спрятаны сокровища. Конечно, она часто исчезала на несколько недель, и поговаривали, что она улетает в облике птицы на Великие Топи, где обитают огры, сборища перевертышей и всякие другие чудовища.

Не раз ворам приходило в голову воспользоваться отсутствием Вдовы. Они проникали в ее дом в Эрсфеле, чтобы ограбить.

И не раз брат вдовы обращал их в бегство.

Большой Альф был в отъезде, но теперь он вернулся. Его сестра была странной, но в Альфе не было ничего примечательного. Он всегда был готов протянуть руку помощи, приложить свои сильные руки и спину к работе в Эрсфеле, и деревня процветала своим тихим путем.

Вдова редко приходила в пивную Дженни Селклот по вечерам, но Альф почти все вечера проводил там, слушая песни и истории у огня. И если он иногда проявлял необычное внимание к рассказам о далеких провинциях и странным слухам из Невервуда, то никогда не заговаривал об этом - даже когда в рассказах говорилось о Некраде, где вновь воцарились эльфы-колдуны.

Однажды вечером Ольва сидела у камина и ждала, когда Альф вернется от Дженни. Отблески огня заставляли тени плясать, и она заметила, что одна из них была более постоянной, чем остальные.

"Уходи, - сказала она, - здесь тебе делать нечего. Эти земли теперь для смертных".

Позже она смягчилась и, оставив на высокой полке маленькое блюдце с кровью для рейфа, вышла послушать ветер.