Авос на Переправе. Золотистый свет падал на беспорядочно разбросанные крыши старого города. На северо-западе Великая река медленно изгибалась дугой, сила ее молодости в горах растрачивалась за долгие мили. Она петляла по большей части Риверленда, не имея четкого направления. В нескольких милях от Авоса она чувствовала запах моря и устремлялась на восток, набирая скорость по мере того, как к ней с холмов присоединялись мелкие ручьи.

Воды здесь были слишком широкими и быстрыми, чтобы их можно было перейти вброд, но имелись острова, один большой и пять маленьких, похожие на ступеньки, и мосты Авоса перекинулись через промежутки между ними. Город вырос по обеим сторонам реки - Северный Авос и Южный Авос, так они назывались сейчас, но были времена, когда на каждой половине правили разные хозяева, и за эти мосты шли сражения. В последние время в Авосе царил мир. Даже в далеком Эрсфеле Альф слышал рассказы о рынках Авоса и тихой святости его улиц. Авос был совершенно негероическим и неволшебным. В отличие от охваченных войной земель Риверленда вокруг, или пылкой набожности Аршота, или пышности и интриг Краунленда, Авос просто занимался делом.

Он побывал там несколько десятилетий назад вместе с Гунданом. Они уехали после одной ночи, посчитав это место скучным.

Над северными воротами развевались военные знамена. Альф различил гербы Эвесленда и Аршота, а также Эвервуда.

"И чего же ты хочешь?" - пробормотал он, а затем снова обратил внимание на Авос. На первый взгляд укрепления города были впечатляющими, но Альф видел, что стены местами обвалились, где растущий город прорвал свои границы и распространился по северной равнине. Внешние районы Северного Авоса быстро падут при любом нападении, но эти стены станут серьезным препятствием. Взять город в осаду тоже будет непросто - пока держатся мосты, защитники северных стен смогут получать подкрепление и пополнять запасы с юга. У Брачана были союзники в Западных Маршах, но Альф сомневался, что им удастся в ближайшее время отрезать южную сторону.

Нет, он мог себе представить, как будет проходить осада. Еще больше заклинательных черепов и монстров из Некрада, чтобы разрушить эти ворота. Уличные бои на всем пути к югу, к мостам. А может, Брачан уничтожит все эти мосты, снова разделив город надвое. В любом случае это будет бойня. Река окрасится в красный цвет.

“Наверное, это глупая идея", - сказал меч, но Альфу нравилось думать, что он слышит в его голосе нотки сомнения.

"Да".

Держись подальше от стрел.

Альф подошел к северным воротам. Справа от него дорога, ведущая к Аршоту, была до жути пуста. Он никогда не видел эту мощеную дорогу такой пустынной. Страх опустошил эту землю.

Неподалеку от города стояли две сторожевые башни. В более мирные времена они служили будками для сбора платы за проезд.

"Кто там идет?" - окликнул часовой с правой башни.

Альф поднял свой щит. "Ты же, черт возьми, видишь это, да?"

"Ламмергейр мертв!"

Альф вытащил Разрушитель Чар и постучал мечом по Дороге. Из клинка вырвался импульс силы, сотрясший землю. Брусчатка треснула. "Простите", - пробормотал Альф.

С обеих башен полетел град стрел. Альф взмахнул мечом в воздухе. Стрелы разлетелись в щепки на лету, осколки дождем посыпались вокруг него. "Не делайте этого", - крикнул он. "Я здесь под флагом перемирия".

"У тебя нет флага!" - крикнул часовой.

"Да, я не смог его найти".

Вокруг него посыпались новые стрелы. Он отбил их.

"Послушайте!" - закричал он. "Я просто хочу поговорить с тем, кто здесь главный. Из города, а не из армии". Он указал мечом. "Я буду вон в том трактире".

Это был придорожный трактир, недавно заброшенный. Альф мог представить, как весть о поражении под Харнсхиллом опустошила это заведение, как посетители и трактирщик бежали в поисках спасения в город. Они покидали его в такой спешке, что там еще можно было найти эль. Альф воткнул меч в устланный соломой пол, по примеру Диких, и сел за стол, чтобы выпить.

"У меня есть ножны, знаешь ли, - проворчал меч. "Не нужно каждый раз загонять меня в пол".

"Это знак Диких, означающий перемирие".

"Знаю. Сомневаюсь, что кто-то еще в радиусе сотни лиг знает. Я хочу сказать, что с тех пор, как мы покинули Некрад, я проткнул больше полов, чем плоти".

"Вчера мы убили кровавого Рыцаря Роз".

"Это было вчера". Разрушитель Чар вздрогнул. "Я чувствую страх в Авосе. Они предвкушают резню. Зачем отказывать им?"

"Теперь ты будешь вести себя тихо", - сказал Альф.

Он уселся поудобнее и стал ждать. В жаркий день эль был желанным, но ему чего-то не хватало. Альф достал из Некрада флягу с целебным напитком, собираясь добавить в эль немного – у напитка не было настоящего вкуса, но он бодрил, как будто окунаешь голову в стремительный горный поток, - но фляга была пуста. Он хмыкнул и все равно допил эль: бок болел в том месте, куда его ударил Рыцарь Роз. А Ильдорэ ударила его ножом. И линорм. И великан. И еще один линнорм.

И много чего еще.

Он налил себе еще кружку, затем сделал паузу и принес еще одну, которую поставил перед Разрушителем Чар.

"Ты, должно быть, шутишь".

"Будь я проклят, если собираюсь пить в одиночку".

"Я - меч, владетель".

"Зови меня просто Альф".

"Не буду".

Альф поднял свою кружку. "Тогда за отсутствующих друзей". Вокруг стола, разумеется, было восемь пустых стульев. “Ян как-то сказала мне: "Альф, я благословляю тебя, ведь ты несешь надежду всему миру". Как можно сказать такие чертовски ужасные вещи своему другу. Нести надежду мира - кто может сделать это в одиночку?"

"У тебя есть я, Владетель".

"Да. Есть". Альф осушил свою кружку. "Сэр Ламмергейр и черный меч, связанные вместе на все времена. И что хорошего в ужасном сэре Ламмергейре, кроме убийства? Отправляйся на юг, Альф, и защити мечту моего сына. И как же я это сделаю, Ольва? О, неужели убивая людей? Да."

"Мне не нравится твое настроение, Владетель".

Снова послышался стук копыт снаружи. Он потянулся, чтобы убедиться, что Разрушитель Чар в пределах досягаемости, но оставил меч на месте.

В дверях трактира появились двое вооруженных стражников - мужчина и женщина. Они были одеты в ливреи Авоса, а на их табардах был вышит знак моста. У одного было короткое копье, у другой - арбалет, выкованный в Некраде. Они вошли настороженно, словно искатели приключений, проникшие в логово дракона. Ее лицо было скрыто позолоченным шлемом, но Альф узнал Агилу. Арбалет был направлен прямо на Альфа, а палец лежал на спусковом крючке.

"Не надо, - сказал Альф. "Я просто хочу поговорить".

Другой стражник, сжимая копье в дрожащей руке, крикнул: "Безопасно!"

Вошли еще двое. Один из них, судя по великолепию его шляпы, был епископом. Другой, пожилой мужчина, несмотря на летнюю жару, был закутан в тяжелый плащ, на шее у него висела золотая цепь, символизирующая его должность. При входе он оперся на руку епископа. Альф не сразу узнал его.

"Уриен?"

Бывший губернатор Некрада - предшественник Вонда - сжал руку Альфа. "Сэр Альфрик", - прошептал он. "Вернулся из мертвых. Ты меня не удивляешь".

Альф был ошеломлен состоянием своего друга. Когда он видел Уриена в последний раз, тот был крепким парнем - правление Некрадом могло бы пошатнуть рассудок любого смертного, но Уриен всегда говорил, что это бальзам по сравнению с бесконечной враждой в Риверленде. Теперь Уриен был так похож на ходячий труп, что Альфу пришлось бороться с инстинктивным желанием прикончить его. Глаза ввалились, кожа стала восковой и желтой, а зловоние не могли скрыть духи, которыми он пользовался.

"Теперь мой титул хранитель моста, - сказал Уриен, - синекура для немощных, как я думал до этой войны. Альфрик, это Тарек, епископ Авоса. Тарек, это..."

"Я знаю, кто он", - огрызнулся епископ.

"Пусть твой человек опустит копье, - сказал Альф.

"Твой господин не соблюдает обычаи перемирия", - заявил епископ Тарек.

"Брачан не мой господин, - ответил Альф.

Уриен сделал знак стражнику, и тот воткнул свое копье в пол напротив Разрушителя Чар. На поясе у него все еще висел короткий меч, а у Агилы - арбалет. Тем не менее, обычай был соблюден в достаточной степени.

"Что с тобой случилось?" - спросил Альф. Задавая этот вопрос, он вспомнил, что Гундан передал ему слух. Как-то на Йоль Берис прислала ему особую бутылку вина. После отстранения Уриена Берис удвоила торговлю магическими камнями и реликвиями, переправляя их контрабандой на юг, готовясь к восстанию.

"Дипломатичен, как всегда". Уриен одарил его слабой улыбкой. "Меня отравили, Альфрик. Профессиональный риск для правителей Некрада. Мне сказали, что на моем прежнем месте теперь сидит твой племянник, после того как ты изгнал молодого Вонда. Ты простишь меня, если я не выпью за его удачу".

"Наверняка есть целительная магия, которая может помочь. Блейз мог бы помочь".

"Альфрик. Мы с тобой в состоянии войны. Прекрати пытаться мне помочь". Уриен усмехнулся, но смех перешел в булькающий кашель. "В любом случае, на мне была защита". Он поднял свою цепь, и на ней сверкнули магические камни. "Карбункулы и безоары, защищающие от обычных ядов. Что бы ни было использовано против меня, оно было сильнодействующим, и мне сказали, что ничего нельзя сделать. Однако перед концом я отправлюсь по Дороге в Эвервуд. Там есть исцеление, по крайней мере, для души".

"Да будет благословен добрый Эрлкинг", - нараспев произнес Тарек.

"Странно, - продолжал Уриен. "Когда я заболел, то помню, как лежал в своей постели в Цитадели, корчась от боли, и думал о тебе. Ты отправился странствовать, и я представил тебя на дороге в Эвервуд. Наверное, в горячке я подумал, что ты везешь меня во владения Эрлкинга, чтобы я вылечился".

"Когда все закончится, - предложил Альф, - я пойду с тобой".

"Ты никогда не увидишь Эвервуд", - прорычал Тарек. "Осквернитель! Убийца!"

"Хватит, Тарек. Ты здесь не с кафедры проповедуешь. Я знаю, с кем и с чем имею дело, и скажу тебе, что если Ламмергейр попросит вас о перемирии, а не о поле сражения, вы вознесете все молитвы благодарности, какие только сможете. Итак, скажи нам, что мы здесь делаем, Альфрик?"

"Я хочу", - ответил Альф, а затем замолчал, чтобы собраться с мыслями. Присутствие Уриена беспокоило его, как и пристальный взгляд молодого рейнджера. Менее полугода назад он был по другую сторону подобного перемирия, когда Дикие угрожали осадить Некрад. Это закончилось кровавой трагедией для всех сторон: переговоры сорвались из-за брошенного черепа с заклинанием. Гундан, Турн и многие другие погибли из-за недоверия и предательства. И снова ему показалось, что невидимые силы тянут его за собой, формируя события, выталкивая из него слова, как червяка из яблока. "Я хочу поговорить", - повторил он.

"Что тут обсуждать?" - огрызнулся Тарек. "Ты поднял восстание против лордов Саммерсвелла. Ты общаешься с эльфами-колдунами и предателями. Ты владеешь оружием тьмы".

"Да", - сказал Альф. Он поерзал на стуле и повернулся лицом к Уриену. "Это все правда. А теперь у тебя на пороге армия Брачана, Уриен. У них есть оружие из Некрада. Ты помнишь войну лорда Боуна - эта будет не лучше. Ты не сможешь победить".

"Ты здесь не для того, чтобы злорадствовать", - сказал Уриен. "Что ты предлагаешь?"

"Скажи лордам Эвесленда или кому там еще, чтобы возвращались на юг", - сказал Альф. "Скажи им, что река будет границей отныне и навеки и что я даю тебе слово, что Брачан не перейдет ее".

"Я не могу говорить за лордов Эвесленда или любых других лордов".

"Да, но они выслушают. Скажи им, что Авос не желает участвовать в этой ссоре и что ты заботишься только о своем народе".

"Я поклялся служить лордам Риверленда", - тихо ответил Уриен.

“Ну, ты знаешь их лучше, чем я. Что бы им понравилось больше - их торговый город в целости и сохранности или могила среди руин с твоим именем и надписью "он сдержал свою клятву"? А?"

"Даже если мы примем эту нелепую идею, - сказал епископ Тарек, - что остановит мятежников от вторжения в Риверленд и Краунленд, как они осквернили священную провинцию Аршот? Ты говоришь, что лорд Брачан не твой лорд, а, следовательно, ты не можешь говорить за него. Какие у нас есть гарантии, Ламмергейр? Твое слово и ничего больше?"

"Я не могу говорить за Брачана, да", - ответил Альф. "Но Брачан победил в Харнсхилле, потому что у него была магия из Некрада. На подходе еще большее и худшее. Там на троне мой племянник, и если я ему скажу, он отрежет Брачана от поставок".

"Некрад очень далеко", - заметил Уриен, но оглянулся на Агилу, словно ища совета.

Тарек насмешливо хмыкнул. "Теперь мы знаем правду о Ламмергейре. Твое слово ничего не стоит. Ты убил принца Маэдоса из злобы и сговорился захватить Северные земли вместе с остальными Девятью. Теперь ты хочешь разрубить Саммерсвелл и бросить объедки своим союзникам-мятежникам. Знай, предатель: Заступники уже начертали твою судьбу на звездах! Я видел ее в водах грааля. Все, что ты сделаешь, пойдет прахом, и твое имя будет забыто". Он бросил на стол разбитый осколок Клинка Розы. "Вам не удастся запугать нас. Авос - город верных. Он выстоит, чем бы вы ни угрожали. Прислушайтесь к хорам собора, и вы услышите наш вызов".

"Не обращай внимания на этого глупца, - сказал Альф. "Делай то, что нужно для твоего города и твоего народа. Твой долг - защищать их".

"А как же ваш долг, сэр Альфрик?" - неожиданно спросила Агила. "Во время последней войны вы защищали Саммерсвелл. Девятеро принесли предупреждение о вторжении лорда Боуна. Теперь вы снова принесли предупреждение о восходе тьмы - и вы стоите в стороне и не защищаете нас, хотя носите демонический меч. Почему?"

"Мечи делают вещи простыми. Мечи разрубают и уничтожают вещи. Но когда пытаешься упростить весь мир, то приходится много рубить и уничтожать, и все равно все идет не так. Я насмотрелся на это". Альф протянул руку и положил ее на помель Разрушителя Чар. "Я сказал все, что хотел. Брачан в Норбери Грейндж, не далее как в полудне пути отсюда. У тебя не так много времени, чтобы принять решение, но если ты выберешь мир, клянусь, я буду защищать тебя".

Делегация из Авоса отбыла.

Вскоре прибыли всадники Брачана - разведчики, отправленные на охоту за Ламмергейром. Они приблизились осторожно, словно Альф был загнанным в угол зверем, и поднесли свое послание как подношение. Не вернется ли Ламмергейр в Норбери Грейндж, чтобы обсудить на совете важные дела? Не сумев убедить Альфа вернуться с ними, но убедившись хотя бы в том, что он - и Разрушитель Чар - не потеряны, они поскакали обратно через болота. Армия лорда Брачана была уже в пути, и хотя армии двигались гораздо быстрее, чем в молодости Альфа - конные рыцари, усиленные магическими камнями, были быстрее, чем большие пешие полки, - все равно потребуется несколько дней, чтобы все его силы отправились из Харнсхилла и добрались до Авоса. А если придется ждать осадных машин, то и того дольше.

"Он не будет ждать осадных машин", - прошептал меч.

"Сколько раз тебе говорить, - проворчал Альф, - чтобы ты перестал читать мои мысли".

"Это написано у тебя на лице, владетель. Тебе приходится напрягать мышцы лба, чтобы думать. Ворота Авоса будут разбиты не лестницами и таранами. Это будут кидающиеся огнем големы, взрывные черепа и дредвормы".

"Да." Альф прошелся по комнате. "Я рад, что это Уриен. Уриен послушает".

"Уриен послушает. Лаэрлин послушает. Турн послушает", - усмехнулся меч. "Безжалостные, безразличные звезды послушают. Посмотри на себя, владетель, ты бродишь в поисках кого-нибудь, кто избавил бы тебя от этой участи. Ты - мой хозяин, рука Владыки Некрада. Жестокая резня - твое предназначение, как и мое".

Альф пересек комнату, вынул меч из пола и вложил его в ножны, чтобы заставить замолчать.

"Ты знаешь, что я могу говорить, пока нахожусь в ножнах?" - сьязвил меч. "У меня нет рта, владетель. Все остальные разы, когда я молчал, я был вежлив".

"Заткнись".

"Никто больше не слушает, владетель".

"Нет, - сказал Альф, - я имею в виду, помолчи". Он распахнул дверь трактира. Через реку доносились слабые звуки пения. Это было пение хора, голоса которого возвышались в соборе Авоса. Мелодия песни была ему знакома, но он не сразу узнал ее.

Она помазывает наши глаза, чтобы мы тоже могли видеть

глупость смертных.

Теперь мы видим Ламмергейра.

Наконец-то он раскрыт.

Во второй половине второго дня прибыли первые отряды лорда Брачана и расположились лагерем чуть дальше по дороге от трактира Альфа. И снова Брачан прислал гонцов, в том числе и волшебника Хэлигана, требуя, чтобы Альф немедленно вернулся в лагерь и приготовился к битве.

"Передайте Брачану, чтобы он повременил, - сказал Альф. "Передайте ему, что если его армия хоть на шаг приблизится к Авосу, им придется считаться со мной".

"Я... я передам ваши слова, сэр Ламмергейр, - заикаясь, проговорил Хэлиган, - но вы должны знать, что наши шпионы за рекой сообщают нам, что враг идет на подкрепление к Авосу, и если мы не возьмем город и мосты в ближайшее время, то вся надежда потеряна".

"Я уже слышал это раньше", - пробормотал Альф.

Это было правдой; он уже слышал подобные слова от лорда Брачана, когда-то давно, целую жизнь назад, в лагере на краю замерзшего Кладбища. “Эта зима станет для нас гибелью. Мы не можем продолжать осаду Некрада, а наши разведчики сообщают, что с севера идут новые враги. Если мы не найдем способ пройти мимо костров Каменных Драконов, вся надежда будет потеряна".

Пейр нашел способ. Пейр сотворил чудо. Он тайно провел Девятерых через Ямы во вражеский город. Они пробирались тайными тропами, по улицам с рейфами, пока не пришли к крепости Темного Властелина. И там они убили лорда Боуна и спасли мир.

"Давай, - сказал Альф, - скажи Брачану, что я жду чуда".

Вечером третьего дня Берис проскользнула в трактир.

"Бармен, - потребовала она, - ваше лучшее вино, в вашем самом удобном для броска кубке". За шуткой Альф видел, что она едва сдерживает ярость.

"Я думал, ты ушла по теневым делам".

"Так и есть. С момента нашего последнего разговора я проехала четыре провинции. И я не шутила насчет выпивки".

Он принес ей кружку, и она с жадностью выпила. Когда кружка опустела, она постучала ею по столу. "Брачан думает, что ты сошел с ума".

"А ты что думаешь?"

"Я беспокоюсь, что духи шепчут тебе на ухо. Или в твоих снах. Это похоже на Ян".

"Нет. Лишь я".

"Ты просто решил сбежать и спрятаться в трактире?"

"Я не прячусь. Я отправился в Авос и велел им сдаться, как и намеревался Брачан". Альф наполнил ее кружку и налил себе. "Кстати, там командует Уриен".

"Я знаю. Мне всегда нравился Уриен".

"Так зачем же ты его отравила?"

Она поморщилась. "Потому что он пытался помешать мне переправлять магические камни контрабандой на юг, Неповиновению. Потому что он мешал мне, Альф, а дело превыше всего". На этот раз она отпила эля более задумчиво. "Ты достучался до него?"

"Может быть".

"Не удалось", - вставил Разрушитель Чар.

"Там был епископ и... как вы их называете? Шпионы лордов?"

"Рейнджеры". Берис выделила это слово, придав ему ядовитый оттенок.

"Они выступили против меня. Но Уриен – он был с нами в Некраде. Он знает, на что способна магия эльфов-колдунов. Думаю, он поймет, что к чему".

"Ты думаешь". Берис достала из кармана монету и стала подбрасывать ее костяшками пальцев. "Альф думает. Вот это действительно странное предзнаменование".

"Дайте ему несколько дней".

"Несколько дней, и мы рискуем проиграть навсегда, Альф. Я не устаю повторять тебе, что это наш последний шанс восстать против Лесных эльфов. У нас больше никогда не будет такой магии, нам больше никогда не удастся застать их врасплох. Мы потеряем Авос, и они смогут укрепить Аршот. Они снова захватят Краунленд. Отрежут нас от наших союзников в Западных Маршах. Оттеснят нас обратно в Илавентур. И знаешь ли ты, что тогда произойдет, Альф? Ты знаешь, чего нам может стоить твоя принципиальная позиция?"

Альф не ответил. Он уставился в темную глубину своей кружки.

"Всего. Они убьют нас, Альф. Спустись вниз по реке, и ты увидишь руины Минар-Кула, старой столицы. Мы исследовали эти гробницы, когда были молодыми, помнишь? Так вот, через несколько веков какой-нибудь другой искатель приключений сможет отправиться исследовать руины Илавентура, и Эллспорта, и даже кровавого Эрсфеля, Альф, потому что они убьют нас всех за то, что мы бросили им вызов. А эльфы все еще будут там, неизменные, еще более защищенные. Они найдут лучшие способы контролировать человечество, пока наши дети не перестанут даже представлять, что такое неповиновение. Вот чем ты рискуешь, совершая это - это стояние!"

"Есть и другой вариант, - сказал Альф. "Мы возвращаемся домой".

"В Некрад?"

"Да, в Некрад. У Блейза было несколько месяцев, чтобы подготовить оборону города. Мы дополним их. Мы вернемся в Эллспорт и поплывем через залив. В Новых Провинциях полно земли для всех, кто захочет отправиться с нами. Мы вернемся в Некрад, где Заступники не смогут шпионить за нами, а Лесные эльфы не смогут вмешиваться. Там мы будем в безопасности".

По лицу Берис пробежала тень недовольства. Любой другой мог бы этого не заметить, но Альф очень хорошо знал своего друга.

"В чем дело?" - спросил он.

Берис не встретила его взгляда. "Вероятно, ничего особенного. Я слышала, что в Новых Провинциях какие-то проблемы. Уверена, ничего такого, с чем нельзя было бы справиться, но оружие, которое обещал нам Блейз, так и не прибыло".

"Проблемы", - повторил Альф. "Какого рода? С кем ты разговаривала?"

"Из Некрада трудно что-то достать, - защищаясь, ответила Берис, - когда Заступники следят за морями, а на Побережья Эллса царит хаос. Возможно, это пустяк - у нас и раньше бывали задержки".

Разрушитель Чар стоял на своем обычном месте, подпирая стойку бара. Альф потянулся за мечом, но Берис схватила его за запястье и остановила. "Альф, у нас не хватит магии, чтобы взять Авос чисто. У меня осталось несколько заклинаний, но их недостаточно. Брачан готовится к штурму, и он будет тяжелым. Город должен пасть до прибытия подкрепления из Эвесленда, чего бы это ни стоило".

Кончики ее пальцев на мгновение задержались на его запястье, коснувшись шрамов. "Ты нужен нам, Альф. Нам нужен Разрушитель Чар".