Глава 21

— Да он же меня за задницу схватил!

Полный оскорблённой ненависти крик разнесся по небольшой, но довольно многолюдной площади.

Шлёп!

Следом за возмущенным выкриком в ход пошла хлёсткая пощёчина. Мужчина лет сорока в не слишком модном пиджаке схватился за щеку и отступил на шаг, удивленно моргая. Но и этого оскорблённой миниатюрной красавице показалось мало. Она явно решила до конца бороться за свою девичью честь. Короткий подшаг, и её колено врезается любителю потянуть руки к чужим попкам точнехонько в пах. Да так акцентировано, что и Павел невольно поморщился, словно у него разом свело все зубы.

— Сочувствую, мужик, — только и смог выдохнуть про себя Павел, разглядывая корчащегося на земле «извращенца», с которого вместе с крупными очками слетел и налет интеллигентности. Во всяком случае, сквозь зубы он шипел такое, что не в каждом словаре русского мата встретишь.

Потиравшая после пощечины ладонь Настя, задумчиво покосилась на своего «крестника», явно размышляя, не добавить ли еще.

Павел щелчком пальцев привлек внимание напарницы и показал ей кулак. Мол, не увлекайся.

— Поняла, — заверила Мышь, сместившись так, чтобы видеть всю площадь, но при этом контролировать сжавшегося у ее ног от боли мужика.

«Стерва», — покачал головой Волконский. Но тут же отбросил лишние мысли.

Не было у него времени долго сочувствовать попавшемуся филеру. Вместо этого Волконский принялся быстро осматривать толпу. Прохожий в длинном осеннем пальто? Нет, не похоже. Рядом стоит ребёнок. Девушка в тёмных очках? Нет — моторика явно подсказывала, что, несмотря на ясный субботний полдень, она уже успела чуть поднять себе настроение чем-то сорокоградусным или не отошла от весёлой ночи. Парень в серой футболке и олимпийке, окидывавший хмурым взглядом поле боя? Да, похоже на то. Уж больно характерная растерянность проступала в его взоре.

«На объект смотреть надо, дубинушка! Хотя бы краем глаза» — хмыкнул парень, плавно отступая на шаг назад.

Недаром его долго и упорно учили работать в скоплении гражданских. Пользуясь тем, что наблюдателям явно не до него, Павел скользил среди зевак, словно почуявшая кровь акула, разрезающая водную толщу. Его заметили примерно за два шага до цели и даже успели обернуться. Но вот среагировать — уже нет. Лишь распахнуть глаза чуть шире и попытаться уйти в нырок.

Не сработало. Короткий удар в печень и привычный добивающий в челюсть. Павел бил на автомате. На все две секунда. И, пока никто вокруг не понял, что именно произошло, на тело упал бумажник.

— Вор! — громко объявил Павел. — Кошелёк вытащил!

Народ понимающе закивал. Но большая часть вообще не обратила на потасовку внимания. Все-таки нынешняя экзекуция не шла ни в какое сравнение с тем, что произошла минуту назад. И многим было куда интереснее, сможет ли «пиджачок» подняться после такого удара. Да и Настенька привлекала куда больше внимания, чем крепкий парень.

— Расходимся, граждане! — тут же раздался звучный голос прибывших на шум сотрудников полиции.

«Что-то долго!» — оценил Павел.

Чуть больше минуты. А ведь они тут неподалеку «окопались» — опорный пункт полиции находился прямо на небольшой пешеходной улочке, которую местные гордо называли Красноуральским Арбатом. Их предупредили заранее. С предъявлением вызывающих икоту не только среди рядового состава, но и у их командиров, документов.

Сотрудники довольно быстро помогли разойтись собравшимся очевидцам происшествия.

— Я всё видел. Могу засвидетельствовать, — предложил один из зевак с лихорадочным блеском в глазах.

В тот же миг к полицейским подошли еще двое с предложением рассказать, как оно все было-то. Причем один из них явно работал в связке с невысоким «кепкой» и интеллигентным 'пиджаком.

— Нет необходимости, — солидно объявил старший лейтенант, указав на камеру кругового обзора, вывешенную на одну из световых опор, но номера всё-таки записал.

Ещё и пару благодарственных слов для каждого из неравнодушных граждан нашёл.

— Что вы собираетесь делать с ними, господин? — поинтересовался один из патрульных, наблюдая за тем, как к пешеходной улице подъезжает микроавтобус с тонированными окнами.

Павел ответил не сразу. Он внимательно рассматривал «лжесвидетеля». Тот, заметив пристальный взгляд, постарался затеряться в толпе.

— Берем? — уточнила Настя, сверля «беглеца» не предвещающим ничего хорошего взором.

— Нет необходимости, — хмыкнул Павел и помахал ладонью пытающемуся скрыться «злодею».

Тот явно нахмурился и еще целеустремлённее зашагал в сторону ближайшего проулка

— У нас там четверка работает, — меланхолично выдала Настя.

Клановец только головой покачал.

— Пусть уходит, — бросил он негромко.

Его услышали. И рядом. И в эфире.

Все это время молодой, а оттого не в меру любопытный сотрудник полиции ждал ответ на вопрос.

— Думаю, у нас найдутся темы для разговоров, — наконец озвучил свое мнение парень.

Старший патруля из трёх человек окинул неудачливых «топтунов» долгим задумчивым взглядом. Ничего хорошего в их будущем он не видел.

Если бы спросили Волконского, то парень бы честно признался, что в будущем патрульного тоже видит мало хорошего. Если тот не поумнеет, конечно, и не перестанет задаваться вредными для здоровья и карьеры вопросами. Однако прилагать руку к скорейшему наступлению «безрадостной картины» он не собирался.

— Благодарю за содействие, капитан, — официально произнёс Павел, чуть заметно склонив голову. — Дальше мы сами разберёмся.

В этом сотрудник полиции не сомневался совершенно. Особенно при виде сосредоточенных ребятушек в гражданской одежде, но отчего-то одинаковой обуви. Пассажиры микроавтобуса деловито рассредоточились вокруг места происшествия и тут же принялись «винтить» обоих «счастливчиков».

Тем временем побитый «пиджак» начал приходить в сознание.

— Вы что творите? — глухо выдавил из себя «извращенец», обхватывая голову руками. Кажется, по ней пролетело сильнее, чем по известному месту.

Он неуклюже уперся ладонью в асфальт, пытаясь подняться на ноги. Павел обернулся к доброй девочке, замершей за спинами пленников. И отчего-то никто не сомневался, что в любой момент она была готова, как «простимулировать» беседу, так и закончить её окончательно. Никаких особых терзаний по любому из этих поводов она не испытывала.

— Нет ничего более жалкого, чем попавшийся топтун, — вежливо объяснил Павел.

Конечно, если речь идёт не о профессионале, воспитанном серьезной конторой. Впрочем, для любителей оба филёра были очень хороши — во всяком случае, клановец заметил не сразу, что его ведут. Да и Мышь тоже. Постарались специалисты из второго круга наблюдения.

Они этого ждали. Слишком много «зацепок» получил Дмитрий Яковлевич, чтобы оставить Павла в покое. Так что вопрос был вовсе не в «если», а в «когда» и «какими силами».

— Ну что, побеседуем? — негромко предложил Павел попавшимся филерам.

Пленники переглянулись. Кажется, они были против. Вот только Волконский оформил вопросом свое пожелание исключительно из вежливости. Естественно, никакого выбора собеседникам он не оставлял.

— Здесь, что ли? — плюнул в сторону сгустка крови «извращенец».

Строго говоря, не виноват он. Мышь сама едва ли не бросилась на шею «топтуну», а потом еще и во всяком нехорошем обвинила.

Но тут сами виноваты. Слишком уж грамотно скрывались. Их же даже «второй круг» не сразу за метил, когда именно за воеводой увязался хвост.

А ведь они готовились. Недаром последние несколько дней «выздоравливающий» Павел выходил прогуляться в город в сопровождении спутницы… Старательно используя предсказуемые маршруты и всячески содействуя скорейшему обнаружению.

Влад, как начальник личной охраны, едва за голову не схватился, услышав план сюзерена. Особенно после атаки «смертницы». Вопрос решился удвоением физзащиты и пятью парами снайперов, отслеживающих каждое движение клановца.

Именно они, кстати, и обнаружили хвост. Отчего их коллеги из технического отдела уже готовились к знатному разбору полетов.

Кстати, именно ловкость филеров привела к этой неприятной сцене. Уж больно было интересно всем присутствующим, как среагируют наблюдатели на провокацию. И какие шевеления произойдут вокруг.

Судя по докладам технарей, «парочку» вели аж три сменных команды, управляемые из резко рванувшего с места седана.

— Перехватим? — уточнил Влад в эфире.

— Пускай уходят, — разрешил Павел.

Конечно, с координатором было бы интересно побеседовать. Но, во-первых, куда он теперь денется с подводной лодки? А, во-вторых, скорее всего, ничего особенного «топтун» и не знает. Лишь задачу.

Во всяком случае, Волконский не заметил и намека, что филеры хотя бы подозревают, с кем именно говорят.

— Слушай, друг, давай договоримся! — потребовал шпик, лишь подтверждая теорию, подняв разбитое лицо. — Не трогали мы эту девку!

«Девка» даже ухом не повела, всем видом давая понять, что слова смертников ей неинтересны.

— Конечно, договоримся, — уверенно пообещал Павел. — Даже не сомневайся.

«Пиджак» поскучнел. Зато ожил его напарник:

— В лес потащишь? Пытать будешь? — глухо сплюнул он.

Клановец чуть удивленно пожал плечами:

— А чего далеко ходить? Вот рядом и бар имеется. Там и поговорим.

Филеры разом обернулись к неприметному входу в небольшое питейное заведение.

— Закрыто, — ехидно прокомментировал «метр в кепке», первым заметив соответствующую табличку на двери.

— Мне кажется или к кому-то начало возвращаться присутствие духа? — задумчиво процедил Волконский.

Мышь стремительно метнулась к филеру. Ей хватило пары секунд, чтобы «топтун» вновь скорчился на асфальте.

Сотрудники полиции поморщились, но промолчали. «Интересно, кем они нас считают?» — про себя оценил их реакцию Волконский. Ведь это был тот самый случай, когда оказалось легче раздать несколько «подарков», чем официально оформлять операцию по всем правилам.

— Тоже есть замечания по моему предложению? — спокойно перевел взгляд на «пиджака» молодой человек.

Тот тут же слепил на лице выражение полного согласия с нынешним раскладом. Мол, молчу. Делай как знаешь. Вот где-то в глубине его глаз поселилось ехидство. И обещание припомнить все случившееся, когда загонщик и жертва поменяются местами. Он все еще верил в своего босса и был убежден, что совсем скоро сможет спросить с «охреневшего сопляка» за сегодняшний день. И девка эта расплатится. Он уже знал, как именно.

Крамольные мысли прекрасно читались на лице «топтуна». Однако Павел возмущаться не стал. Сейчас-то зачем? Время «стимуляции» придёт позже. Поэтому он просто обернулся к табличке «Спецобслуживание» на двери и протянул к ней руку.

— Для нас все дороги открыты, — прокомментировал парень, убирая табличку в сторону. — Прошу за мной.