Глава 2

Очередь прогремела совсем уж близко.

Первая линия оттягивалась к лагерю. Ещё чуть-чуть, и противник пересечёт зону Иллюзии. И тогда бить уже будет намного прицельнее. Конечно, все основные объекты были накрыты щитами заранее. Но никто не рассчитывал на общевойсковой бой пусть и не в сердце империи, но все-таки в ее границах. Это не слишком походило на операцию «ограниченным контингентом против малых разрозненных групп противника». Так что часть амулетов, перекрывающих наиболее опасные направления уже перегрузились от случайных попаданий. Да и у толпы разной степени обдолбанности бойцов и одаренных, кстати, и крупняк обнаружился. Похоже, что и не один. Про пару дымных «росчерков» гранатометных выстрелов можно было и не упоминать.

И Павел был рад, что вовсе не в его зоне ответственности находился тот факт, что где-то в километре от лагеря десяток одарённых выстраивали хоть и бездарный, но всё же круг, объединяя силы для удара по площади. Гражданских обладателей Аспектов, кстати, такому не учили. В принципе.

Получалось откровенно хреново. Потери при аккумуляции были просто огромные. Но «эхо» готовящегося конструкта ощущал почти каждый одаренный в лагере. Сколько же заемной Силы они бухнули в построения? И отчего-то Волконский совершенно не желал знать, откуда именно эти недоучки взяли столько заемной энергии. Особенно с учетом тяги «Свободы воли» к экспериментам с Кровью.

— У нас тут немного громко, — спокойно сообщил Павел собеседнице, давая понять, что времени на долгие переговоры у него нет.

— Я слышу, господин Волконский, — тут же последовал спокойный ответ.

Где бы ни находилась сейчас женщина, представившаяся старшей сестрой Анной, у неё явно над головой не свистели пули. А цейтнот отмечался скорее умозрительно. Хоть и на нервы давил всерьез.

— Ваши условия, — поторопил Волконский, пытаясь подтолкнуть собеседницу к более… четким формулировкам.

Впрочем, смысла в этом было немного. Не могла же она просто сказать, что ей не по душе та бойня, которая начнётся после того, как лагерь отобьётся. Или не отобьётся. Но тогда придут другие. И они зачистят всё. Подобные события — полноценный повод для вмешательства имперских войск, вернее, специальных подразделений СИБ. Армия внутри страны работать права не имеет. Проблема в том, что штурмовые команды выжгут всё, а теневой поток, чтобы об этом не думали прекраснодушные теоретики, выгоден и императору в том числе. Не было задачи выжечь поле. Воевода прибыл сюда, чтобы установить новые правила игры, а не снести вообще всё.

Разница была как в подготовке квартиры к ремонту и сносе всего дома.

— Облегчу вам задачу, — негромко произнёс Павел. — «Свобода воли» в регионе не является приоритетной целью. Конечно, этот вопрос я тоже со временем закрою. Однако прямо сейчас меня волнует совершенно иные направления.

Павел кивнул своим мыслям. Он был искренен. В конце концов, у него чёткий и ясный приказ от Цесаревича: местные филиалы «Свободы воли» должны перейти под контроль господина Петрова, который отличался куда более удобными императору взглядами на будущее структуры на территории страны. И да, полностью зачищать секту тоже никто не планировал. В ее сетях многим службам было слишком удобно ловить свою рыбку.

Да и «бить горшки» со структурой, братьями и сестрами числятся немало деток элиты и членов кланов различного уровня накануне гражданской войны смысла немного. А ущерб при «резких движениях» ожидается серьезный.

— Чем вы сейчас можете мне быть полезны? — просто спросил клановец.

Раздался топот штурмовых ботинок по бетону. Пятеро бойцов подбежали к Волконскому от штабной палатки.

— У нас приказ организовать периметр, — сообщил один из них.

Парень кивнул. Мол, работайте.

Спецы тут же грамотно распределились по территории курилки, используя остатки стен в качестве укрытий. Видимо, пока нападающие теснили защитников лагеря, Сергей решил, что уже пора приставить к брату охрану. Вернее, личное прикрытие.

— У вас минут пять, — сообщил командир отделения. — Не больше.

Павел кивнул. Если подожмут, они уйдут. Пленника либо утянут с собой, либо, если такой возможности не будет, оставят здесь. В виде тела.

— Я не смогу остановить этих людей, — тем временем произнесла старшая сестра.

— Знаю, — подтвердил Павел, вновь глянув на бывшего майора. — Тогда что вы можете сделать прямо сейчас?

Громыхнувшая фактически под ухом очередь заставила на миг прервать разговор. Бойцы охранного периметра шуганули кого-то либо слишком быстрого, либо не очень умного.

— Норма, — бросил командир в ответ на молчаливый вопрос клановца.

Парень и сам понял, что кто-то дуриком попробовал выбраться из-под прикрытия стволов старого леса, чтобы взять защитников лагеря на рывок.

Не вышло. Сразу несколько групп заставили «торопыг» оттянуться назад.

— В общем, — решил поставить вопрос ребром Волконский, — Если у вас есть предложение, то лучше сделать его прямо сейчас.

Дольше задерживаться он был не намерен. Здесь становилось действительно опасно.

— Минута, — четко обозначил коридор возможностей «небожитель».

Старшей сестре потребовалось четверть этого времени на размышления. Еще тридцать секунд понадобилось на само предложение и «утряску» последних условий. За пятнадцать секунд до назначенного им срока Павел выдохнул:

— Хорошо, сейчас сделаю.

После чего переключил на громкую связь и поднес аппарат к лицу пленника.

Голос старшей сестры прозвучал из динамика сухим треском, который резал слух громче, чем автоматные очереди. Владислав слушал не перебивая. Ему не нужно было объяснять, что именно от него требуется. Только окончательное решение. Бывший майор привык выполнять приказы. Но в этот раз слово госпожи Анны совпадал с тем, что он и сам хотел сделать. Жуков кивнул, скорее себе, чем собеседникам. И поднял взгляд на Волконского. Мол, к работе готов.

Дал отбой Павел за две секунды до «часа Х».

— Этого в штаб, — кивнул он в сторону пленника.

«Лохматые» не стали отвязывать Владислава от стула, а подхватили всю «конструкцию» целиком и понесли в сторону штабной палатки. Бойцы периметра принялись оттягиваться вслед за ними. Несколько раз они скупо отстреливались по «зелёнке». Похоже, противник уже в зоне прямой видимости, но ещё не закрепился настолько, чтобы безнаказанно обстреливать территорию лагеря или решиться на рейд вглубь защитных построений.

Где-то совсем рядом грохнул разрыв. Земля дрогнула под ногами. В воздухе смешались запахи гари, сырой земли и кордита. Павел на миг задержал дыхание — пыль лезла в нос. Он так и не понял, был ли это неприцельный удар мага или же кто-то наудачу потратил заряд гранатомета.

Однако никто не пострадал. Все благополучно добрались до цели.

В штабную палатку они ввалились толпой, и Волконский первый шагнул к оглянувшемуся на «гостей» брату.

— Место, — потребовал Павел, указав рукой на развёрнутую интерактивную карту на столе.

Стоявшие возле Сергея несколько человек разошлись в стороны.

— Этого сюда, — продолжил отдавать скупые приказы клановец.

Владислава буквально установили возле общего плана региона, выведенного на большой командирский планшет.

— С системой «Радиум» знаком? — скорее констатировал, чем спросил Павел.

Бывший военный просто обязан разбираться в специфической топографии. Равно как и в системах обработки информации на поле боя. Владислав ожидаемо кивнул.

— Где? — коротко спросил молодой человек.

— Тридцать три-тридцать пять, — даже не глядя на карту, ответил без запинки бывший майор.

У «Свободы воли» была отличная от имперской привязка к координатам и разбивка на месте, но Владислав со своими людьми предпочитал переводить топографию на привычный им по армии лад. Так что не пришлось долго сопоставлять карты, чтобы найти нужное место.

Волконский быстро отыскал названный бывшим майором квадрат.

— Здесь? — ткнул пальцем клановец в, как ему показалось, подходящее место.

Так руку он и задержал.

— Восточнее пятьсот метров

Павел медленно провёл пальцем по интерактивной карте, пока пленник не сказал:

— Здесь. Объект прикрыт скальными образованиями с трех сторон. С земли с учетом постоянного гарнизона из нескольких десятков братьев штурмовать этот «гордиев узел» сегодняшней ночи было бы сложно. С воздуха тоже.

Волконские согласно кивнули. Место для объекта кто-то выбирал с умом. Холмы с обеих сторон неплохо защищали его как от нескромных взоров любителей пошастать по глухим и гиблым местам, так и от части средств поражения. Павел протянул руку, и брат тут же вложил в неё стилус. На карте единым росчерком появилась стрелка.

— Твоё мнение? — спросил у пленника.

Тот сразу понял, что именно молодой клановец имеет в виду. На миг внутри поднялась волна сопротивления при мысли о магистре. Животная часть пленника была отравлена речами знатока человеческих душ — магистром Пито. Пусть рациональная часть была уверена, что он все делает правильно, где-то внутри шевельнулся червячок сомнений. Владислав знал, на что шел, когда принял командование старшей сестры. Он предавал Учителя. Того, кто дал ему новую жизнь после армии, кто поверил в него. Но он также знал, что Пито сошёл с ума. И если не остановить его сейчас, под раздачу попадут все. Без деления на правых и левых. Мужчина выдохнул и кивнул. Пусть ему и потребовалось приложить усилия, чтобы задавить неуместный тремор левой руки.

— Лучше юго-восток, — хрипло выдохнул Владислав.

Вторая стрелка тут же появилась на карте.

— Так будет эффективнее, — согласился пленник.

— Убрать, — буркнул клановец.

На данный вопрос у него больше не было. Хотя он и предполагал, что через некоторое время им вновь придется оказаться по разные стороны одного стола, отстаивая позицию силой оружия.

Жуков застыл, явно опасаясь, что приказ будет выполнен буквально. Однако «лешие» лишь подхватили его и вынесли из палатки.

— Чего они ждут? Ты что-то решил? — спросил Сергей, едва штабную палатку покинули все посторонние. В том числе и обе «кукушки». — Ты не подумай, что тороплю, но… Нам бы не помешал какой-нибудь план. Первая линия уже дважды отходила на запасные позиции. Вторые ещё держатся. Но вот-вот ожидаем площадное…

— Так, — Павел поднял руку, призывая брата замолчать. — Я не слышу.

— Кого? — удивился молодой курсант.

— Себя, — отрезал Шут, вновь доставая аппарат ЗАС размером с пару поставленных друг на друга пачек сигарет.

Чуть повозившись, Павел подключил гарнитуру и набрал длинный код абонента.

Сергей же в это время ответил на очередной вызов одной из требовательно взвизгнувших раций. Запросы сыпались с частотой градин в ненастный день.

— Круг развален, — спокойно доложил он, едва выслушав донесение от диверсионной группы.

Это работу взяли на себя действующие офицеры СИБ. Пузо, Стих, Тишь, Гладь и Мышь под командованием Князя без особого труда вырезали несколько «секретов», защищающих пытавшихся «сложить Силы» одаренных, после чего вышли на дистанцию прицельного огня и тупо высадили по магазину каждый. Благо стояли маги кучно. Для их схемы требовался физический контакт друг с другом. Проводником Аспектов служила все та же Кровь.

Ушли просто. Едва построения разрушились, вся накопленная энергия разом вырвалась из-под контроля. Если бы не стрельба, то и они бы услышали громыхнувшей в полутора километрах от штабной палатки взрыв.

Пользуясь возникшей паникой, диверсанты отступили, между делом накрыв еще одну «штурмовую группу», довольно грамотно выходившую на стартовую позицию.

А вот ответный шаг старшей сестры услышали все.

— Братья и сёстры! — разнёсся усиленный десятком мегафонов голос над лесом.

Частота стрельбы со стороны противника сменила тон с осмысленных коротких очередей до спорадических выстрелов. Кажется, чисто пропагандистский ход сбил нападающих с темпа. Или просто этот голос был им знаком.

— Магистр мёртв, — объявила старшая сестра. — Я отменяю прошлый приказ. Командирам подразделений переданы координаты эвакуационных зон. Отходите и ждите дальнейших указаний. Теперь «Свобода воли» — это я. Слушайте меня, братья и сёстры!

Сергей сделал резкий красноречивый жест.

Его прекрасно поняли. Акустик навел направленный «луч» на «зеленку», с глушением звука свыше ста децибел и вывел канал на динамик.

Со стороны леса донеслись сначала растерянные громкие голоса, потом — несколько одиночных выстрелов. Кто-то спорил, кто-то кричал, приказывая отходить. Темп атаки явно захлебнулся.

— А он мёртв? — резко обернулся к брату Сергей, делая знак рукой.

Акустик тут же отключил динамик. Главное командир уже услышал.

Павел пожал плечами и глянул на часы.

— Пока нет, — вздохнул клановец. — Но вот-вот. А уж к рассвету так и вовсе непременно.

Сергей хмыкнул невесело. Но уточнять не стал. Вместо этого он проверил взаимное расположение команд защитников лагеря и дал указания нескольким отрядам на перегруппировку или смену позиций.

— Работаем, — бросил в рацию Волк.

Надеяться на призыв старшей сестры никто не собирался. Конечно, найдутся и те, кто послушает мудрых слов и тем даже спасётся. Однако вся акция была задумана вовсе не для этого. Страшная весть действительно многих выбила из колеи, особенно с учётом расшатанной эмоциональной составляющей интересными химическими составами. И без того слабая организация буквально посыпалась.

— Давим по плану, — бросил в рацию Сергей.

Павел переключился на другой канал. Сейчас его интересовал листок с координатами и выделенная линия оператором цесаревича.

Тем временем где-то на северо-востоке от лагеря в лесу вновь вспыхнула стрельба. В этот раз куда более осмысленная и плотная. Заранее сформированный клин буквально вскрыл оборону нападающих. Пленных бойцы сводной группы не брали.

И да, этот момент тоже был частью договорённостей со старшей сестрой Анной. Одарённые и засвеченные бойцы были сейчас для неё исключительно головной болью. И её вполне устраивал вариант, при котором все они полягут в этом лесу.

Павел убрал коммуникатор в карман. В «зеленке» всё ещё стреляли. Но это были остатки очагов сопротивления. Никто уже не пробовал бросаться в атаку под шквальный огонь защитников лагеря. Кто-то пытался организовать отход. Спецы зарегистрировали несколько столкновений имеющих разное мировоззрение групп друг с другом…

К рассвету здесь станет тихо. А потом начнётся совсем другая работа. Волконский вновь посмотрел на часы. Главный вопрос сегодняшней ночи должен решиться вот-вот.