Если себя не выроню,

яму себе не вырою —

похожу еще, похожу

по всему этажу.

Кажется, где-то рядом

тихий шумок припрятан,

а какой, не скажу.

Кажется, бесконечно

черная там овечка

мелкой поступью робкой

ходит за загородкой.

Кружит ее, наверное,

шороха шагомер.

Жизнь еще беспримерна —

не с кого брать пример,

чтобы для всех потерянным

камнем не стать и деревом,

снегом не стать и инеем.

С прежним остаться именем.