Вот и опять над кремлевской стеной

ночь ожидает сигнала.

И обращается свет соляной

в тусклую желть Арсенала.

Время со мной говорит в мегафон.

Носится говор кромешный

и, опускаясь, как черный грифон,

низко парит над Манежной.