Глава 27

Я закрыла глаза, и мир поплыл.

Сначала в ушах зашумело, как в морской раковине, потом темнота закружилась, смешиваясь с отсветами костра, и я почувствовала, как мир перевернулся.

Где-то далеко, словно сквозь толщу воды, я услышала голос встревоженный голос Дориана. Он тонул, рассыпался на отдельные звуки, не складываясь в слова.

Я очнулась от того, что кто-то очень сильно, почти до боли, тряс меня за плечи.

— Элоди! — голос был совсем рядом. — Открой глаза! Слышишь?! Немедленно открой глаза!

Я попыталась, но веки были тяжёлыми, словно каменные плиты. Я слышала дыхание Дориана, слышала как потрескивает огонь, как где-то в глубине пещеры капает вода, но мир качался, и я не понимала, где верх, где низ.

— Ты слишком долго пробыла у воды. Тебе не следовало в первый раз подходить так близко и касаться её.

— Я не сплю, — прошептала я, но губы не слушались.

— Очнулась! Слава небесам! Ты была на грани, я не мог добудиться тебя несколько часов, — он помолчал. — У тебя слишком сильная кровь, и магия этого места попыталась подчинить тебя. Но ты справилась и смогла вернуться.

Я открыла глаза. Дориан сидел рядом со мной на корточках, его бледное лицо было совсем близко.

Серебряные волосы выбились из хвоста и падали на лицо, делая его почти человеческим.

Я хотела отодвинуться, но сил не было.

— Твоё тело ещё недостаточно восстановилось, — сказал он. — Магия фэйри забрала у тебя слишком много сил, регенерация вытянула всё, что оставалось.

Я хотела возразить, но он был прав. Слабость была просто чудовищной, и я едва могла пошевелить языком.

Дориан легко поднял меня, будто я совсем ничего не весила, и усадил на мох у стены. Мои руки мелко дрожали, а пальцы не слушались.

— Посиди здесь, — сказал он. — я сейчас.

Через минуту он вернулся и сел напротив меня.

— Ешь, — сказал он, протягивая кусок тёмного плотного хлеба с орехами и сушёными ягодами. Рядом он поставил открытую глиняную бутылку, из которой шёл аромат трав и мёда.

Я протянула руку, попыталась взять хлеб, и это получилось только со второй попытки.

Пальцы всё ещё дрожали, я поднесла хлеб ко рту и заставила себя откусить кусочек. Прожевала и с трудом проглотила. Дориан поднёс бутылку к моим губам, помогая отпить.

Я сделала небольшой глоток, и по телу сразу же разлилось тепло, прогоняя слабость.

— Вот так! Хорошо! — Дориан ободряюще улыбнулся. — Теперь сама.

Он вложил сосуд с напитком в мою руку, и я поняла, что уже могу удержать его сама.

Силы прибывали с каждым глотком и с каждым кусочком хлеба.

— По хорошему, надо было накормить тебя ещё на равнине, но нельзя было останавливаться, иначе бы мы не успели добраться до убежища до заката.

Я ела молча, чувствуя, как жизнь возвращается в моё тело, как тепло разливается по конечностям. Дориан сидел напротив, но не смотрел на меня, устремив взгляд в темноту пещеры, за пределы света костра.

— Спасибо, — сказала я, когда последний кусок хлеба исчез, а в фляге осталось всего несколько глотков.

— У нас не принято благодарить, — ответил он, забирая у меня пустую бутылку. — Я уже говорил.

— Я не за хлеб и травы, — возразила я. — А за то, что ты не оставил меня здесь. За то, что ждал, пока я приду в себя.

Он поднял на меня глаза. На мгновение метель в них стихла, и они стали почти человеческими.

— Ты нужна мне живой, Элоди, — сказал он, и я не услышала в его голосе обычной холодности. — Это не пустые слова.

— Что ты хочешь этим сказать?

Он не ответил. Просто поднялся и протянул мне руку, помогая встать.

— Пора в путь. Солнце уже поднялось. Нужно двигаться, пока погода не испортилась.

Я поднялась, чувствуя, как дрожат ноги, но теперь я хотя бы могла стоять. Слабость отступила, уступая место лёгкой усталости, которую можно было терпеть.

Мы вышли из пещеры, и холодный воздух ударил в лицо, прогоняя последние остатки дремоты. Фенрис и Скади уже ждали, поднявшись и отряхивая с шерсти снег.

Дориан помог мне взобраться на Скади, и я с благодарностью прижалась к её тёплой спине.

Дориан задержался у входа в пещеру. Я смотрела, как он опускается на колени перед проёмом, проводит ладонью по краю ледяной арки.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась я.

— Закрываю проход, — коротко ответил он, не оборачиваясь.

Серебряные нити магии потянулись от его пальцев, оплели края проёма, и я увидела, как лёд и камень начали медленно срастаться, заполняя пустоту. Трещины исчезали, поверхность становилась гладкой, будто прохода никогда и не существовало.

Когда арка закрылась полностью, Дориан поднялся, стряхнул с колен снег и легко взлетел на спину Фенриса.

— Это место запомнило тебя. Ты всегда можешь сюда вернуться, если понадобится убежище.

— Спасибо, — хмыкнула я. — Я там чуть не погибла. Вряд ли я рискну спуститься туда одна.

— Этого не стоит бояться. Древняя магия фэйри не смогла забрать тебя. Теперь это место для тебя совершенно безопасно.

Он щёлкнул языком, и волки рванули с места. Я прижалась к спине Скади, вдыхая запах её шерсти и чувствуя, как ветер снова начинает гудеть в ушах.

Перед нами расстилалась снежная равнина, но теперь я видела впереди тонкую зелёную полосу, границу, за которой заканчивались земли Двора Ледяных Слёз и начинались владения Двора Цветущих Туманов.

Я вглядывалась в эту зелень, и моё сердце билось чаще.

— Это Весенние земли, — подтвердил Дориан, словно прочитав мои мысли.

Примерно через час мы пересекли границу, снег резко сменился травой.

Позади осталась ледяная пустыня, а впереди было бескрайнее поле, покрытое цветами. Они были повсюду: белые, розовые, синие, лиловые, и их аромат смешивался с теплом, которое разливалось в воздухе. Где-то вдалеке послышался смех, похожий на звон хрустального колокольчика.

— Здесь так красиво, — выдохнула я.

Дориан ничего не ответил, но я заметила, что его плечи слегка расслабились.Дорогие читатели!Спешу познакомить вас с ещё одной увлекательной историей про фэйри!

Хелен Кейн “Бал кровавой луны”