Глава 33

Глава 33

Следующие несколько недель прошли совсем не так, как я представляла в начале месяца. Я привыкла к работе, перестала бояться кассы, научилась спокойно реагировать на недовольных покупателей и даже начала откладывать часть зарплаты, хотя раньше мне казалось невозможным самостоятельно распоряжаться собственными деньгами. Но главное изменение произошло дома: постепенно я перестала быть просто женщиной, которую Богдан когда-то пустил к себе из жалости, а он перестал быть для меня человеком, которому я бесконечно должна за помощь. У нас появились свои маленькие привычки, свои шутки, свои молчаливые правила, которые никто не устанавливал вслух. Я могла сидеть рядом с ним на диване, положив голову ему на плечо, могла обнять его, когда он возвращался особенно уставшим, а он больше не делал вид, что любое прикосновение между нами случайность.

Расследование тоже постепенно вошло в нашу повседневность, хотя Богдан почти никогда не рассказывал мне подробностей. Иногда он приносил домой папки и работал до глубокой ночи, иногда несколько дней подряд выглядел раздражённым и уставшим, иногда, наоборот, возвращался неожиданно довольным и говорил, что появилась новая зацепка. Я не задавала лишних вопросов, пока сама не начала замечать, что мне всё чаще хочется понять, чем именно он занимается. Сначала я просто помогала раскладывать бумаги по порядку, потом стала запоминать фамилии, даты и названия организаций, а однажды Богдан сам попросил меня посмотреть один документ.

— Что скажешь?

Я перечитала его дважды.

— Не знаю.

— Не торопись.

Я ещё несколько минут смотрела на таблицу, а потом указала пальцем на одну строку.

— Вот это.

— Что именно?

— Здесь что-то не сходится.

Он придвинулся ближе.

— Почему?

— Не знаю, как объяснить. Просто цифры выглядят так, будто их составляли не в том порядке, в котором потом свели таблицу.

Богдан несколько секунд смотрел на документ.

— Ты уверена?

— Нет.

— Тогда почему сказала?

Я пожала плечами.

— Потому что вижу.

Он ничего не ответил, но после этого начал иногда приносить мне документы уже специально. Не все, конечно, и не самые важные. Я не лезла в работу, не присутствовала при операциях и не пыталась изображать из себя следователя. Просто смотрела на бумаги свежим взглядом, искала повторения, запоминала фамилии, даты, адреса и связи между вещами, которые на первый взгляд никак друг с другом не пересекались.

И постепенно стало выясняться, что у меня это действительно получается.

Причём настолько хорошо, что однажды Богдан почти час сидел напротив меня, пока я объясняла ему, почему две совершенно разные компании могут быть связаны между собой через одного человека, которого он вообще не считал важным.

— Ты понимаешь, что только что сделала? — спросил он.

— Нашла ошибку?

— Нет.

Он посмотрел на меня совершенно серьёзно.

— Ты нашла связь, которую мы искали несколько недель.

Я растерялась.

— Случайно.

— Не бывает таких случайностей.

Мне стало неловко.

Я никогда не считала это каким-то особенным умением. Для меня документы всегда были чем-то вроде сложного пазла: если долго смотреть, запоминаешь кусочки, а потом они сами начинают складываться в картину. Я просто много лет делала это для Игоря и привыкла считать подобную работу частью домашней рутины, не понимая, насколько ценным может оказаться навык, если использовать его не для чужого бизнеса, а для чего-то совершенно другого.

После этого вечера всё изменилось.

Богдан больше не спрашивал меня только из вежливости. Иногда он специально оставлял на столе несколько документов и говорил: «Посмотри свежим взглядом». Я делала чай, садилась рядом и начинала разбираться, а он терпеливо отвечал на мои вопросы, если я чего-то не понимала. Мы могли просидеть так несколько часов, забыв о времени, а потом внезапно обнаружить, что давно пора спать.

И именно тогда я впервые почувствовала себя не обузой. Не женщиной, которую пришлось спасать. Не временной квартиранткой. Я была ему нужна.

Не только потому, что могла приготовить ужин или купить продукты.

Однажды вечером я отложила очередную папку и посмотрела на Богдана.

— А что будет, когда закончится месяц?

Он замолчал. Я тоже. Мы оба помнили, что срок, о котором он когда-то говорил, давно прошёл. Но ни один из нас почему-то больше не торопился это обсуждать. Богдан протянул руку через стол и накрыл мою ладонь своей.

— Посмотрим.

И я впервые поняла, что мне уже совсем не хочется возвращаться к прежней жизни.

Ни в квартиру Игоря.

Ни к прежней себе.