Глава 32

Глава 32

На следующий день Богдан ушёл ещё до того, как я успела толком проснуться. На кухонном столе осталась записка, написанная его привычным коротким почерком: «Не жди. Вернусь поздно». Я перечитала её дважды и почему-то улыбнулась. Раньше такая записка показалась бы мне сухой и почти безличной, теперь же в ней было что-то совсем другое: он действительно предупредил меня, потому что знал, что я буду смотреть на часы, а значит, наконец перестал считать это моей проблемой.

Рабочий день прошёл тяжело. Я несколько раз ловила себя на том, что думаю о вчерашнем разговоре, о его руках, об объятии и о том, что он сказал перед тем, как уйти. «Теперь мне есть ради кого возвращаться». Я старалась не придавать этим словам слишком большого значения, но получалось плохо. Они сидели внутри, как маленькая искра, которую невозможно затоптать, сколько ни убеждай себя, что ничего особенного не произошло.

Домой я пришла около восьми и обнаружила, что Богдан ещё не вернулся. Я приготовила ужин, поставила его порцию в холодильник и занялась своими делами, стараясь не смотреть на часы. В половине одиннадцатого всё-таки услышала ключ в замке и почти сразу вышла в прихожую.

Богдан выглядел усталым, но на этот раз в его лице было что-то совсем другое. Он снял куртку, положил ключи на тумбу и посмотрел на меня.

— Мы нашли связь.

Я сразу перестала улыбаться.

— С Лисицыным?

— С ним и ещё несколькими людьми.

Он прошёл на кухню, сел и несколько секунд молчал, словно собирался с мыслями.

— Тот адрес, который я показывал тебе вчера, принадлежит компании, которая официально занимается хранением и перевозкой оборудования. Ничего подозрительного. Несколько владельцев менялись за последние годы, бухгалтерия чистая, налоги платятся.

— Но?

— Но один из предыдущих владельцев умер шесть лет назад. А за два года до смерти он начал регулярно встречаться с человеком, которого мы сейчас пытаемся найти.

Я поставила перед Богданом тарелку.

— Лисицыным?

— Нет. Другим.

Он достал телефон и показал мне фотографию с камеры наблюдения. Мужчина выходил из автомобиля, лицо было видно плохо, но снимок оказался достаточно чётким, чтобы различить его одежду и сумку.

— И что в ней?

— Не знаю. Камера зафиксировала его возле этого здания три раза. Каждый раз в один и тот же день недели.

— И каждый раз примерно в одно время?

Богдан посмотрел на меня.

— Да.

Я задумалась.

— Тогда это может быть не встреча.

— Почему?

— Если он приходит по расписанию, значит, ему не обязательно встречаться с конкретным человеком. Он может забирать что-то.

Богдан несколько секунд молчал.

— Мы тоже так подумали.

— А что там вообще хранится?

— Формально — оборудование для игровых автоматов.

Я медленно подняла голову.

— Игровых?

— Да.

Мы посмотрели друг на друга. Теперь это уже не выглядело случайностью. Богдан откинулся на спинку стула.

— Завтра будем проверять складские помещения.

— Опасно?

— Возможно.

Мне не понравилось это слово. Совсем. Я подошла к нему и остановилась рядом.

— Тогда пообещай, что будешь осторожен.

Он поднял голову.

— Я обещал.

— Я хочу ещё раз.

Богдан улыбнулся.

— Хорошо.

Он взял меня за руку и потянул к себе. Я оказалась между его коленями и на мгновение совершенно забыла, что собиралась сказать. Его ладони легли мне на талию, осторожно, будто он всё ещё спрашивал разрешения, хотя мы оба уже давно знали ответ.

— Ты опять переживаешь, — тихо сказал он.

— Конечно.

— Не надо.

— Не могу.

Он посмотрел мне в глаза.

— Тогда оставайся рядом.

Я не успела ничего ответить. Богдан наклонился и поцеловал меня. На этот раз не почти. Не случайно. Не в щёку и не в висок.

Его губы коснулись моих мягко, осторожно, будто он всё ещё боялся сделать лишнее движение, и я сама подняла руки, обняла его за плечи и ответила. Поцелуй длился всего несколько секунд, но после него мне показалось, что в квартире стало совершенно тихо.

Богдан первым отстранился. Наши лица всё ещё оставались близко.

— Всё нормально? — спросил он.

Я улыбнулась.

— Да.

— Точно?

— Если ты сейчас снова начнёшь спрашивать, я передумаю.

Он тихо рассмеялся.

Я тоже.

И впервые эта близость не казалась чем-то неправильным. Но спустя несколько минут Богдан снова стал серьёзным.

— Ева.

— Что?

— Завтра я могу вернуться поздно.

— Я знаю.

— И если что-то случится, не вмешивайся.

Я посмотрела на него.

— Я и не собиралась.

Он провёл большим пальцем по моей щеке.

— Хорошо.

Я кивнула. Он снова поцеловал меня, уже совсем коротко, и только потом отпустил. Я смотрела, как он убирает телефон в карман и снова открывает фотографии с камер наблюдения.

Теперь я понимала: между нами действительно что-то началось. И одновременно понимала другое. Чем ближе Богдан подходил к разгадке, тем сильнее мне хотелось, чтобы он от неё отступил.

Потому что впервые за долгое время у него появилось то, что он мог потерять.

Я.

А у меня появилось то, что я совершенно не хотела терять.

Он.