Пульс бился в висках, в глазах темнело: мне совершенно не нравилось, в какое положение поставил меня Азавель.

Выходит, я шла по пути тех девушек, для кого связь с демоном закончилась плохо. Ведь я никогда не смогу выполнить главное условие его сделки.

И то, как сильно его разозлило мое последнее появление, ситуацию лишь усугубляло.

Нам принесли свиные ребрышки на гриле, и я отвлекалась на некоторое время от тяжких мыслей, поглощая это простое, но аппетитное блюдо.

Хотя нет-нет да и начинала тревожиться по поводу своего мрачного будущего. И Арль всякий раз реагировал чутко, поглаживая мою руку, отчего мне легчало ненадолго.

Мы говорили о всякой ерунде: о работе, друзьях, досуге в выходные. Бар постепенно заполнялся людьми — в основном, подвыпившими мужчинами.

На большом экране начали транслировать футбольный матч, и слышать друг друга стало проблематично: мы неудачно сели прямо под телевизором.

Пора было уходить, тем более на нас недобро поглядывали посетители.

Ведь мы заняли самый лучший столик, а сидели на нем только вдвоем. В отличие от других столов, за которыми набились по десятеро болельщиков.

— Ладно, по туалетам и домой? — поднялся мой ангелоподобный приятель, поигрывая могучими мускулами под белой рубашкой, расстегнутой на три пуговицы.

Красавец!

— Да, — согласилась я с облегчением, испытывая напряжение из-за того, что вокруг стало слишком много переполненных адреналином мужчин.

Они орали, как идиоты, на каждый забитый гол и на каждый пропущенный. Настоящие неандертальцы, рвущиеся разодрать кому-то глотки.

Арль ушел в уборную, которая была здесь только одна. И я просто ждала.

— Да девушка не против, — оторвался один из болельщиков от своей компании у барной стойки и бухнулся напротив меня. — Не пора ли вам с приятелем свалить из нашего бара?

— Д-да, — промямлила испуганно я, досадуя, что Арль задерживается. — Мы как раз уходим.

— Вот и отлично! — теперь подвалила вся компания, причем они не дали мне подняться и уселись вокруг меня, плотно стиснув с двух сторон.

— Простите, можно выйти? — я старалась сохранять вежливость, но сердце уже колотилось как бешеное.

— Да посиди немного, чё ты. Тебе что, не нравится футбол?

Да где же Арль! Искупаться от там решил, что ли?!

— Дайте встать! — я уже начинала злиться.

Потные, перевозбужденные мужчины, нагло ухмыляющиеся и дышащие в лицо перегаром — не то, о чем мечтает воспитанная девушка, собиравшаяся просто культурно перекусить с другом.

— Дайте ей встать! — прогремел голос Арля над нами всеми, и я испытала кратковременное облегчение.

Очень недолгое, потому что в следующую секунду амбалы, зажавшие меня, поднялись, и угрожающе выступили всей толпой навстречу моему другу.

— А то что?

Прижав свои пожитки к груди, которые, к счастью, не нужно было сдавать в гардероб, я испуганно таращилась на Арля, который был настолько самоуверен, что у него ни один мускул не дрогнул.

— А то как бы тебе штанишки не намочить, — ответил он амбалу высокомерно и предельно спокойно.

От такой наглости компания из шестерых болельщиков радостно загоготола в предвкушении драки. Судя по шевелению на других столиках, остальные тоже будут не прочь поразмять кулаки.

У Арля нет ни единого шанса: бар был полон типичных отморозков, которых будет уже не остановить.

— А может, пойдем? — робко предложила я, поднимаясь со стула.

Но неожиданно была грубо осажена самим Арлем.

— Сядь.

Ой, мамочки, что сейчас будет-то. Все в баре готовились к драке.

Мой друг при этом не выглядел испугавшимся ни на каплю.

Он что, идиот? Их больше, намного. И даже то, что он был на голову выше любого здесь присутствующего, его не спасет, когда на него навалятся кучей.

Обмирая от страха, я плюхнулась обратно на стульчик и постаралась не отсвечивать. Еще не хватало заработать фингал.

Шестерка наступала со сжатыми кулаками, бугры на руках Арля вздулись и перекатывались под рубашкой, бармен звонил ментам.

— Твоя девка что ли? — сыпались оскорбления в мой адрес.

— Моя, — уверенно заявил Арль и бросился в бой, как только на него замахнулись кулаком.

Все смешалось в кроваво-адреналиновый клубок. Мужчины падали и тяжело поднимались, били посуду, мутузили друг друга, громко крыли матом.

Пару раз прилетели тела на мой стол, сбили на пол чашки, салфетки и наши неубранные тарелки с свиными косточками.

Я никогда в подобной ситуации не оказывалась. Меня накрыл шок.

Я молилась о том, чтобы не прилетело чем-то тяжелым в лицо. Отодвинулась на самый дальний стул и отчаянно прижимала к груди куртку.

А потом завыли ментовские сирены и дерущиеся, как по щелчку пальцев, бросились врассыпную, используя кто парадную дверь, кто черный ход. Бармены пытались препятствовать, да разве же таких отмороженных остановишь! И сам схлопочешь.

Арль подал мне руку и вытянул из-за стола. Я была слишком напряжена, в голове — полный кавардак. Ужас, паника, дрожь.

— Менты подъехали, сейчас всех загребут. Разбираться, кто начал, будут потом! Хочешь провести ночь в кутузке?! — проорал он мне в лицо в ответ на мой ступор, и это живо привело меня в чувство.

— Нет, конечно! — пискнула я и позволила увлечь себя к служебному входу, через который нас неохотно пропустил перепуганный бармен, как только увидел Арля вблизи.

Там, куда мы выскочили, никого из драчунов, к счастью, не оказалось. Все они уже, наверное, убежали за несколько кварталов от этого места.

— Ты в порядке? — осведомился мой могучий друг, тяжело дыша и дико озираясь по сторонам.

Он сам был на адреналине, но при этом держал меня за руку, и от этого становилось все легче и легче. Страх отпускал, как по мановению волшебной палочки. Мысли приходили в порядок.

— Ты вообще живой? — пригляделась я к лицу Арля в полутьме переулка и не нашла на нем никаких повреждений.

Ну, рубашка была испачкана и даже порвана. Ее он скинул. Штаны тоже грязные.

При этом парень просто сиял, словно получил нереальное удовольствие от драки. Ох, уж эти мужчины!

— Я-то? Да я норм. Видела бы ты тех других!

Он еще и шутить способен после такого злоключения, во даёт! Получается, он боится только замкнутых пространств, а большие гоп-компании ему нипочем?

Мы выдвинулись в сторону улицы, где оставили джип. Нельзя было привлечь к себе внимание копов.

При этом Арль держал меня за руку неотрывно и даже переплел наши пальцы. Но я заметила перемены в его поведении не сразу, поначалу мне просто было не до того.

На самом углу он неожиданно толкнул меня в тень и прикрыл собой. Мое бедное сердце заколотилось как бешеное.

— Что там? Что? — испуганно пискнула я, предполагая или поджидающих отморозков из бара, или патруль ментов.

— Ничего, — он ухмыльнулся и наклонился к моему лицу.

И я осознала внезапно, что он задумал меня поцеловать. Нашел время!

— Нет! — возмущенно оттолкнула, насколько возможно, его массивную и неподатливую фигуру. — Совсем обалдел?!

— А что такого? — смеясь, отступил он.

Похоже, Арль вообще не умел обижаться, потому что я даже не успела словить неловкости из-за его поступка. Он перевел все в шутку, и я тоже посмеялась в ответ.

— Мы друзья, — провела границы как можно тверже.

— Друзья, — посмаковал он, вытягивая меня из переулка и таща к джипу. — Тоже норм.

Норм. Да ему всё всегда норм.

Но с ним было так легко, он мне нравился. Только вот вечно в его присутствии случались какие-то неприятности: то в лифте застрянем, то в драку ввяжемся.

— На Софийскую? — уточнил он еще раз, заводя мотор.

Его глаза до сих пор светились от смеха.

— Что смешного? — пристегнулась я, чувствуя себя до предела опустошенной.

Арль лишь покачал головой.

— Тебя так легко напугать, — счастливо улыбался он, словно вечер для него вышел прекрасным, а не опасным. — Такая эмоциональная девчонка, находка просто.

И почему меня это так сильно покоробило?

Впрочем, мне трудно сейчас было сосредоточиться. По всему телу разливалась слабость, мозг тупил, и очень хотелось спать. Я была как выжатый лимон. В буквальном смысле.

Можно, пожалуй, позволить другу подвезти меня прямо до дома. Думаю, после сегодняшнего события я могла ему доверять: он ведь не бросил меня в беде.