Натаниэль Роуд

Собственно, я знал, что всё не может быть настолько хорошо. Наверное, поэтому даже особо не удивился, когда мне сказали, что вместо дракона у меня теперь неуправляемый и очень агрессивный монстр.

Даже вернувшееся зрение почти не радовало.

Да, смотреть на Ирэн было счастьем. Я практически перестал спать, стараясь не пропустить ни одного мгновения.

Знал, что это затишье ненадолго.

Когда она засыпала, доверчиво прижавшись щекой к моему плечу, я смотрел и смотрел на неё, словно пытался впитать её образ.

Её кожа в тусклом свете магических ламп как будто светилась изнутри. И мне снова и снова хотелось касаться её.

Казалось, если я хоть на секунду отпущу, она исчезнет. Снова уйдёт в тот мир, из которого пришла ко мне.

Все доводы, которые я столько лет использовал, чтобы не искать истинную пару, сейчас казались такими глупыми.

Я смотрел на неё всю ночь и не мог поверить своему счастью. Но вместе с этим в сердце билась тревога.

Было до одури страшно, что я сделаю ей больно. Что заставлю страдать… по любому поводу. А учитывая то, что со мной творится, это вполне возможно. Почти неизбежно.

Наверное, поэтому я безропотно соглашался на все эксперименты, которые мог придумать коллективный разум Ирэн и Бернарда.

Каждый раз было страшно. А вдруг его заклинания не удержат того монстра, которым я становлюсь. Вдруг я ей наврежу.

И хуже всего — я продолжал отключаться и не помнил ничего.

Только прямо перед пробуждением мелькали какие-то обрывки, словно разум пытался вытянуть на поверхность что-то давно забытое.

В этих отрывочных воспоминаниях всегда было много крови, иногда доносился голос отца, странный запах и дикая боль в глазах.

Но я всё равно делал всё, что придумывали Ирэн с дедом.

Эти двое спелись настолько быстро, словно собрались дружить против меня, а не «за».

Впрочем, ничего удивительного. Как Ирэн может кому-то не понравиться? Если так подумать, было очевидно, что дед будет в восторге от такой невестки.

Умная, решительная, красивая, а её колкость просто очаровательна. Она станет украшением нашей семьи. Как и её сестра.

Я как раз просматривал документы на удочерение Айрис, когда дверь распахнулась и показалась Ирэн с гениальным предложением провести собственное расследование.

Каких усилий мне стоило не начать улыбаться как идиот, любуясь на её раскрасневшееся лицо!

Но представив, сколько колкостей она может отпустить, увидев подобное, я сдержался.

Как-то незаметно тема затронула её родителей, и Ирэн в очередной раз подтвердила, что я не зря считал её умной девушкой. Она не расстроилась из-за того, что отец теперь навсегда потерян для неё и сестры. Наоборот, кажется, обрадовалась этому.

— Для Айрис так будет лучше, — сказал я. — Я прослежу, чтобы он больше не доставлял вам проблем, и вы от него никак не зависели.

Уже хотел рассказать о том, что через пару дней все формальности будут улажены и как только мы официально заключим брак, её сестра станет считаться нашей с ней дочерью. Но не успел.

Пол содрогнулся и инстинктивно подскочил к Ирэн, сгрёб её в охапку, развернул от окна, прикрывая собой от неизвестной опасности.

Что это было? Секундная передышка почти заставила поверить, что мне просто показалось.

Но затем последовал второй толчок, который оказался сильнее первого. Книги полетели с полок, чернильница опрокинулась, заливая документы багровой лужицей.

Паркет под ногами ходил ходуном, будто под фундаментом проснулся гигантский зверь. Третий, четвёртый, пятый толчок…

Где-то с грохотом обрушился шкаф, где-то разбились окна. Всё потонуло в низком, вибрирующем гуле. И в нём я услышал нечто иное — собственное сердце.

Оно не стало биться сильнее из-за страха или паники.

Напротив. Ровный, но слишком тяжёлый ритм разливал жар по груди. Он был отдалённо знаком, словно снился мне когда-то.

— Они идут, — прошептал я, хотя сам не понял, почему.

— Кто?

Ирэн, замершая в моих руках, опомнилась и начала оглядываться. Толчки затихли, но я знал, что самое страшное впереди.

Мы оба подошли к окну, повинуясь каким-то странным инстинктам. И я видел, как открываются ворота в иной мир, как рвётся реальность.

Эти трещины светились так ярко, словно приглашая открыть двери.

А потом появились они.

— Мать моя женщина! — выругалась Ирэн.

— Логично, — выдавил я из себя. — Отойди от окна.

Это единственное, что я мог сказать. А как по-настоящему её защитить, не знал.

О демонах я только читал и никогда не думал, что придётся столкнуться так близко с этими тварями… кровь которых живёт и во мне.

Они были огромными. Я бы сказал — около трёх метров. Хотя скорее всего, больше, потому что они стояли не в полный рост.

Хищная сгорбленность делала их визуально чуть ниже, но при этом ещё более устрашающими.

Длинные руки, свисающие почти до колен, и развёрнутые плечи, вытянутые волчьи черепа. Чёрная матовая кожа, казалось, поглощала свет, создавая вокруг фигуры едва заметный ореол искажённого пространства.

Единственные яркие пятна — сеть выпуклых прожилок на теле, которые отдалённо напоминали вены. Хотя скорее это было похоже на трещины в застывшей лаве. Они пульсировали, словно в такт моему сердцу.

Но самым пугающим в этих монстрах были глаза. Два глубоких провала, через которые тянулись те самые прожилки. Казалось, все «нити» на телах демонов берут своё начало именно в глазах.

Они тускло светились, и создавалось ощущение, что вместо глаз у них два горящих факела.

— Откуда они взялись? — дрожащим голосом прошептала Ирэн.

Она не видела, как рвётся пространство?

— Тебе нужно спрятаться. А ещё лучше уходить отсюда. Не пешком. Рорена, где дед, когда он так нужен?

— Что?

Она ещё немного посмотрела на то, как появляются демоны. Один, второй, третий. Всего четыре огромные смертоносные твари вышли из своего мира в саду перед моим замком.

— Натаниэль! — вскинулась Ирэн. — Не смей превращаться! Даже не пытайся, слышишь! Сейчас в твоей крови слишком много адреналина, ты и без моей крови обратишься!

— Знаю, — ответил я.

А потом подхватил Ирэн на руки и, невзирая на её сопротивление, понёс в подземелье. Не в то, где темницы располагались, а туда, где я изволил в монстра превращаться.

Она колотила меня по спине, называя самыми разными словами. Я половины не знал, но решил, что «наглая Наташка» — это было оскорбление.

Тем не менее я не успокоился, пока не закрыл её в той самой просторной клетке, где превращался в мутировавшего дракона.

— Если эти руны не пропускают демона наружу, то и внутрь не пустят, — сказал я.

И ушёл как можно быстрее. По пути поймал бегущего в панике слугу и приказал привести в это же подземелье Айрис.

Самому было не до этого. Там демоны вовсю мой замок громили. Точнее — пытались. Всё же у меня стоит неплохая защита.

Выбежав на улицу, я увидел, что от замковой гвардии осталась всего пара человек. Дед в облике дракона кружит над замком, а земля в месте битвы уже обуглилась.

Закрыл глаза на секунду, а когда снова открыл их, мир изменился. Не было привычного неба, солнца, деревьев. Только кровь.

Словно всё в этом мире состояло из неё, в том числе и эти твари.

Они крушили обитателей этого мира так легко, словно те были мухами. Один из демонов вытянул руку, сформировав в длинных пальцах что-то багрово-красное, а затем ударил этим о землю.

Я видел, как импульс прошёл через землю и в телах всех живых существ в радиусе тридцати метров вскипела кровь.

Теперь замковая стража была полностью уничтожена.

Сжав зубы, я вытянул руку, начав формировать меч. Он получился не привычным ледяным, а багрово-чёрным. И что-то мне подсказывало, что это не плохо. Именно такое оружие сможет причинить этим монстрам хоть какой-то урон.

Заметив краем глаза, как пикирует дед в своём драконьем обличии, я перехватил рукоять и ринулся вперёд.

Бой начался.