Не ревновать?

Оскар отправился на свидание на следующий день — я понятия не имела с кем. На нём была свежая, идеально выглаженная рубашка и новые ботинки. Он даже воспользовался одеколоном, который я подарила ему на прошлый день рождения. На запястье красовался «Ролекс» — он копил на эти часы шесть месяцев, добавив крупную сумму, подаренную родителями на тридцатилетие.

Когда он в последний раз так тщательно гладил рубашку перед нашими свиданиями? Когда он вообще надевал её для меня?

С тех пор прошли годы — и мне это даже казалось милым. Я считала его домашним, своим…

В голове навязчиво крутилась мысль, что он мог организовать эту встречу ещё до разговора со мной. Вдруг она была кем-то особенным, на кого он засматривался уже многие дни? Недели, месяцы?

О том, что он уже мог изменять мне, я старалась не думать — слишком уж довольным он выглядел, предлагая открытые отношения. Будто это было «честное» решение, которое устроит всех.

Оскар прекрасно знал, что я безумно любила его. Именно я сделала первый шаг к знакомству, когда мы оба посещали курсы повышения квалификации. Мы долго встречались, не давая нашим отношениям официального статуса, но потом он пригласил меня на свой день рождения, и я в лоб спросила, как именно он собирается меня представлять.

Тратить время впустую тогда не хотелось. Если он не желал обязательств — так тому и быть. Мне было двадцать шесть, я чувствовала готовность к чему-то серьёзному, а харизматичный, весёлый и высокий Оскар с его необычной внешностью, в которой смешались японская и европейская кровь, казался идеальным партнёром — работящий, из хорошей семьи, с похожей профессией.

На него всегда засматривались, даже мои подруги. Но он оставался верен, был лёгок на подъём и искренне верил, что наша жизнь может быть лучше, чем у других.

— Ты почему такая тихая, Рэй, на тебя не похоже? — подняла брови Акеми, главная интровертка в нашей компании.

Видимо, пока я молчала, ей пришлось активнее участвовать в беседе.

— Всё в порядке, просто на работе проблемы, — отмахнулась я.

Рассказать им о том, что у нас с Оскаром начались открытые отношения, я не могла. Половина сразу присоветует бросить его, вторая начнёт искать в интернете статьи о пользе таких союзов и в итоге решит, что подобные браки действительно крепче.

В конце концов, нам всем уже за тридцать.

— Отстаньте от неё, пусть молчит, если хочет, — вмешалась наша главная красавица Наоми. — Давайте я лучше расскажу вам о своём свидании. Познакомились в приложении…

В приложении для знакомств?!

— Нет, пусть расскажет! Что случилось? Опять твой начальник заставляет всех торчать допоздна? — Саори, единственная замужняя подруга с ребёнком, не собиралась давать Наоми возможность перетянуть всё внимание на себя. — Мало того что повышения не даёт уже два года, так теперь ещё и заставляет чувствовать себя виноватой, если хочешь уйти вовремя!

— Лучше про свидание Наоми, иначе мы тут все в тоске утонем, — отшутилась я, делая жадный глоток коктейля и чувствуя, как в голове немного светлеет.

— Как вы знаете, я ищу только высококачественных мужчин, таких в нашем возрасте крайне мало, к тому же я уже готова создать семью! Так вот, представляю вам… хирурга! Зарплата — только представьте, тридцать миллионов йен в год. Ходит в качалку в Рексер, а после восстанавливается в онсене, членство в котором стоит тридцать тысяч йен в месяц, там горячие и холодные ванны…

Тридцать тысяч в месяц… За один только онсен для восстановления, даже не за саму качалку. Моя доля за квартиру, которую я считала неподъёмной, составляла двести тысяч.

При первой же попавшейся возможности я сбежала в туалет, где закрылась в кабинке с бешено бьющимся сердцем.

Сайт знакомств!

Что если Оскар нашёл своё свидание именно там?

Наоми сидела в каждом из них, наверное, да и Канна нередко туда заходила, когда очередные отношения, в которых они уже были на грани свадьбы, почему-то опять разваливались.

Но хуже всего было то, что у нас с Оскаром имелись общие друзья — напарники по походному туризму, который моих подруг совершенно не интересовал. Многие из них тоже были одиноки и не гнушались пользоваться сайтами знакомств.

Как я смогу смотреть на них? Мы встречаемся через несколько дней, потому что этой осенью собирались вместе ехать в Хакубу.

Сидя на крышке унитаза, я пялилась в телефон, а после вновь и вновь возвращалась взглядом к магазину приложений, просматривая список самых популярных сервисов для знакомств. Желание проверить, как выглядит его профиль, существует ли он вообще, сделалось почти нестерпимым.

Как он пишет о себе? «32 года, рост 188, работаю в отделе моделирования землетрясений, живу в Сейджо»?

Есть ли там приписка — «состою в отношениях, девушка в курсе»?

Другое правило.

«Не проверять, доверять».

Он сказал, что без доверия эти отношения не выживут.

Почему я вообще это делаю? Почему согласна на такие условия?

Возраст?

Как там говорит Саори, нужно встречаться год или два, потом он делает предложение, потом подготовка к свадьбе длиной в год, после ещё год на планирование совместного ребёнка — это минимальные сроки? Не все готовы к такому одновременно, и мужчины созревают для семьи позже женщин.

На то, чтобы встретить кого-то, тоже уходит вечность, вон Наоми одна уже больше трёх лет, несмотря на то, что из всех нас она объективно самая спортивная, с лучшей фигурой.

Нет!

Даже думать о том, что мы расстанемся, я не могла. Я привыкла к его объятиям ночью, к тому, что мы постоянно переписывались и скидывали друг другу мемы в течение дня, у нас были общие интересы, друзья, цели, мы понимали специфику работы друг друга. Я любила и хотела его, мы даже почти никогда не ругались! Мы были лучшими друзьями, я видела всю нашу жизнь вместе.

Решительно закрыв магазин приложений, я вместо этого открыла сервис для поиска работы. Потому что проблемы с Оскаром не отменяли дурацкой ситуации с начальником, который совершенно точно не собирается меня повышать. Жить в нашей квартире, даже не разделяя оплату пополам, мне не по средствам.

<…>

Ведущий специалист по анализу данных и моделированию химических систем (Контракт, 6 мес.) Место: Адзабу.

Проектирование пайплайнов сбора и статистического анализа многомерных массивов физико-химических показателей. Разработка высокоскоростных суррогатных моделей и алгоритмов оптимизации показателей в режиме реального времени.

<…>

Контракт мне не подходит. Не с моими кредитами… Только полноценная занятость в штате.

* * *

Ночью преодолевать получасовой путь от станции было легче — жара не казалась настолько всепроникающей, не душила влажностью, но всё равно стекала ручейками между лопаток. Я сразу увидела, что свет горит в нашей квартире, и поднялась по лестнице, несмотря на усталость.

Просто не представляла, как общаться с Оскаром… которого знала, которого любила, который казался мне самым близким человеком из всех.

— Ты вернулась! Так вспотела, почему не вызвала такси?

Он и раньше задавал такие вопросы, но сейчас его непонимающий тон почему-то полоснул по сердцу. Он прекрасно знал, что отец оставил нам огромные долги и что я помогала их выплачивать, поскольку моё имя тоже значилось в этих займах.

Не стала отвечать, только долго всматривалась в его лицо, изучая и подмечая малейшие изменения. Он выглядел счастливым — окрылённым, будто отчаянно хотел поделиться тем… как удачно прошло его свидание. Так же, как он всегда делился событиями на работе или сплетнями об общих знакомых.

Но он не мог. Потому что существовало другое правило. Не обсуждать детали свиданий между собой. Как и тех, с кем мы встречаемся.

Я прошла мимо, не находя слов и чувствуя, что такой формат уничтожает меня. Как… как я могла согласиться? Не сразу, после долгих уговоров и бесед, после того как он предъявил мне статистику и данные о долгосрочности браков, выросших из открытых отношений.

Сделала глубокий глоток воды из стакана и решила отправиться в душ, не веря, что мы превратились… вот в это.

Точнее — превратилась я.

Оскар же выглядел великолепно, так хорошо, как не выглядел уже давно, и буквально светился от радости. Случилось всё, о чём он мечтал?

— Можешь не оставлять стакан с водой на столешнице? Он оставляет некрасивые пятна, — произнёс Оскар между тем, как ни в чём не бывало.

Я же неверяще развернулась, не понимая, как он может говорить о подобном сейчас. Неужели он не осознаёт, что это последнее, о чём я в состоянии думать?

— Разговоры… мой психолог сказал, что это главное в отношениях. Я не хочу больше жить, соглашаясь на меньшее, и не должен.

* * *

Он и раньше не стеснялся говорить, когда ему что-то не нравилось, но делал это… мягче? Просил не мурлыкать под нос, когда я слушала любимую музыку. Или меньше разговаривать во время долгих туристических переходов — просто потому, что мне очень нравилось делиться эмоциями, а ему нравилось слушать природу. Ничего серьезного, просто разные взгляды на рутину, и я никогда не чувствовала даже малейшей обиды. Но сейчас эта просьба…

Стакан я убрала и даже вытерла водный развод, оставшийся на деревянной столешнице, отметив про себя, что на ней и правда виднелось несколько пятен — и от нас, и от тех, кто жил здесь до нас. Вот только я искренне верила, что столешница создана для использования, а не для того, чтобы пустовать. При возврате квартиры после съезда такие вещи, как естественный износ, всегда учитываются, входя в страховку арендодателя. У нас даже не было детей, поэтому дома всегда поддерживался относительный порядок.

Меня вот не раздражало в Оскаре ничего.

Ни носки, валяющиеся около его кровати вместе с трусами, пока дело не дойдёт до стирки, ни манера засыпать сразу после ужина на двадцать минут, пока я убираю кофейный столик, за которым мы обычно ели. Даже не раздражала необходимость перематывать потом любой фильм на эти самые двадцать минут — со временем я просто стала ставить его на паузу.

Этой ночью он не прикасался ко мне, хотя мы спали голыми, как и всегда. Раньше Оскар неизменно прижимался ко мне, пусть даже мы не занимались сексом так часто, как в самом начале. Но я всегда любила тепло его кожи, разговоры перед сном, поцелуи куда придется. Сама я часто целовала его в грудь и плечо, будучи намного ниже ростом.

А с утра он, как правило, прижимался стояком между ягодиц, и долго водил между ними, пробуждая меня. Иногда мы продолжали, но чаще в последнее время просто оба расходились на работу.

Проснувшись, я обнаружила его уже на кухне. Как и на следующий день.

— Не забудь, завтра мы встречаемся с друзьями в Хакушу в Сибуе. Будем составлять маршрут в Хакубу, — напомнил мне Оскар как-то утром.

Кто бронировал это место?

— Почему мы не можем пойти куда-то дешевле? — спросила я, потому что в ресторане Хакушу мы уже один раз были, и средний чек там выходил на восемь тысяч йен. На человека!

Я искренне считала, что в Токио самая лучшая еда и при этом одна из самых доступных в мире, так почему нам постоянно нужно ходить в стейк-рестораны с вагю?

— С нами в этот раз едут Аяно и Риота, куда я должен был их приглашать, по-твоему? — недовольно спросил он. — В фуд-корт? Или Старбакс? В следующий раз бронируй сама!

Я тяжело вздохнула, не понимая, неужели нет какого-то промежуточного варианта. Почему он сразу изворачивает ситуацию так, будто я предлагала идти в какую-то подворотню?

— И буду бронировать в следующий раз, — тихо ответила я.

Аяно и Риота были из наших «походных» знакомых, наверное, самыми успешными — и в карьере, и в отношениях, по крайней мере, так считал Оскар. Риота создал какое-то приложение, после чего они оба перешли на частичную занятость и купили себе квартиру в Акасаке, совсем рядом с любимым Оскаром районом Адзабу. Они постоянно путешествовали, а ещё на Аяно время от времени появлялись дорогие украшения — то браслет-гвоздь Картье, то знаменитый кулон с синим сердечком Тиффани.

Мы с подружками, в принципе, тоже такие хотели. И даже когда-нибудь сможем себе позволить, когда остальные, более важные приоритеты будут закрыты. Начиная с кредитов.

— Отлично выглядишь, — уже в дверях Оскар поймал меня, поправив плотную рубашку и застегнув верхнюю пуговицу. — Очень профессионально. Твой начальник просто не может тебя не повысить…

Может. Он просто не повышает.

Прикосновения Оскара разбудили что-то старое и привычное внутри, и я потянулась к любимому, получив поцелуй в ответ. Глубокий, но…

Я отстранилась. Потому что, скорее всего, эти губы недавно целовали другие. А возможно, не только губы.

— Я люблю тебя, — хрипло сказала я, уходя. Сердце буквально горело, в последние дни я не могла думать ни о чём, кроме Оскара. Будто моя собственная влюблённость увеличилась в сотни раз с момента того дурацкого разговора.

— Я знаю.

* * *

На работе, где я оказалась в семь-тридцать утра, уже присутствовали… все.

Совсем все, даже мой начальник и новенькие, которых, по моему мнению, нанимали скорее для того, чтобы нас пугать.

— Рэй! — услышала я его недовольный голос. — Какой пример ты ставишь коллективу? Они все здесь, а тебя нет, да ещё и уходишь в шесть. Ты же знаешь, какой у нас тяжёлый период. Мы даже планы без тебя уже обсудили.

Вот что со мной не так?!

Услышав это, я почувствовала, как волнение страшной волной сдавило грудь. Обсуждение планов с утра, летучка — это важнейший момент, когда все докладывают о проделанной работе, просят помощи и распределяют задачи на день.

Я бросила взгляд на свой компьютер. Там за ночь моя модель должна была закончить просчёт ста тысяч разных параметров… Лишь бы всё было задано верно, пересчёт займёт ещё часов двенадцать, а я надеялась сегодня уже доложиться.

Государственный клиент… Я уже работала с ними дважды до этого.

— Мне не сообщили, что летучка сегодня раньше, начальник Сато. На той неделе я задерживалась в общей сложности на шесть часов…

— Так все задерживались! И я тоже. Знаешь же, что сейчас происходит с финансированием. Государству до науки дела мало, работы всё больше, а зарплат на дополнительных сотрудников нет, — развёл он руками.

Тревожность, тревожность, тревожность — везде.

С работой сейчас действительно было плохо — и в науке, и в области технологий. Многие списывали массовые увольнения на развитие искусственного интеллекта, но настоящей проблемой, скорее всего, была затянувшаяся экономическая рецессия и жажда совета директоров увеличить доходы.

Я видела, сколько новеньких каждый день подают резюме в нашу лабораторию… Сколько из них в данный момент не наняты. У кого-то уходят годы на поиск.

— Я поняла, начальник Сато. Позвольте мне проверить результаты моделирования?

— Да, иди, из отдела проектов уже спрашивали… А потом начни работать над диффузией водорода в новых композитных сплавах.

Я кивнула, глубоко поклонившись, и направилась к своему рабочему месту. Потянулась к телефону, отправив сообщение Оскару: «Сегодня задержусь».

И конечно же, мемы, несколько смешных. Руки действовали по привычке, в истории чата хранились сотни таких картинок от меня и от него. Обычно он всегда отвечал «Бедная ты», «Твой начальник — садист» или присылал другие поддерживающие слова.

Но сегодня — тишина. Он не ответил ни через пять минут, ни через час, ни через три.

Теперь, получив доступ к другим женщинам, Оскар терял ко мне интерес.