— Астрид!

Прежде чем я успеваю одуматься, я подбегаю и обнимаю ведьму.

— Я так рада тебя видеть.

Хихикая, она неловко похлопывает меня по спине, прежде чем указать худым пальцем на Киарана.

— От твоего портала в моём доме воняет. Но приятно видеть, что твоё зрение восстановилось.

Освободив Астрид из непрошеных объятий, я оглядываюсь и замечаю, что Киаран пожимает плечами, а его взгляд прикован к моей заднице. Кажется, совершенно неважно, что на мне мешковатые брюки, слишком большая рубашка и меховая шуба. Он всё равно пытается использовать своё рентгеновское зрение.

Мужчины.

— И ты. — Уперев руки в бока, Астрид поднимает брови, глядя на меня. — Ты ушла до того, как я закончила.

Я прижимаюсь к Киарану, когда он обнимает меня за талию и притягивает спиной к себе.

— Прости. Я просто была так взволнована.

— Неважно. — Астрид машет рукой. — Я знала, что так и будет. Всё именно так и должно было произойти.

— Что именно происходит? — спрашиваю я, обмениваясь вопросительным взглядом с Киараном и поднимая на него глаза.

Его взгляд задерживается на моём лице.

Он смотрит на меня так, словно до сих пор не может поверить, что действительно видит.

Его глаза смягчаются, а на губах появляется лёгкая улыбка.

Ему нравится смотреть на меня.

Ему нравится моя внешность.

Все мои переживания были напрасны.

— Самый мрачный день в истории Царства Ночи, — торжественно отвечает Астрид. — По крайней мере, с тех пор, как юные принцы были прокляты.

— Звучит не очень обнадёживающе, — необдуманно замечаю я.

Я, конечно, не ожидала лёгкой прогулки по возвращении, но это звучит чертовски зловеще.

Я немного злюсь на Киарана за то, что он пренебрегал своим королевством, пока меня не было, но не могу быть слишком строга к нему из-за этого. Если бы ситуация была обратной, я была бы в таком же плачевном состоянии, как и он.

Возможно, даже хуже.

Привлечённый светом костра, Киаран отходит от меня, чтобы посмотреть на слабое пламя среди поленьев. Он выпрямляется, и его пальцы касаются грубой поверхности каменных стен. Изучая углубления и выемки, он подходит к кухонной зоне и рассматривает несколько тарелок.

Это мило.

И немного пугающе.

Я не привыкла видеть, как Киаран изучает окружающий мир глазами.

Словно почувствовав, что я наблюдаю за ним, он поворачивается ко мне.

Его прекрасные лавандовые глаза встречаются с моими.

Несмотря на предупреждение Астрид, нависшее над нашими головами, он улыбается.

Его взгляд опускается ниже, задерживается на моей груди, а затем скользит ещё ниже.

Мои соски напрягаются, и я с трудом сглатываю.

Щёлкнув пальцами между нами, Астрид делает рассекающий жест в воздухе.

— Ау? Вы меня вообще слышали? Опасность. Смерть. Разрушение.

— Да. — Киаран расправляет плечи, глядя сверху вниз на ведьму, которая почти вдвое ниже его. — Я понимаю.

— Нет, не понимаешь. Сегодня ты будешь выбирать между добром и злом. Ты будешь выбирать между своим народом и своей семьёй. В твоём королевстве грядут перемены, но исправлять их или нет — зависит только от тебя. — Она цокает языком и подходит к своей пустой миске. Надувшись, заглядывает внутрь. — Это один из редких случаев, когда я не могу предвидеть, что произойдёт. Мне это не нравится.

— Объясни подробнее, — просит Киаран.

На этот раз его голос гораздо мягче, чем прежде, и их своеобразная дружба начинает казаться мне почти очаровательной.

— Как бы я хотела, мой король.

— Какой выбор? — вмешиваюсь я, потому что не собираюсь так просто её отпускать. — И при чём здесь его семья?

Медово-золотистые глаза Астрид устремляются на меня.

— Если бы ты тогда не убежала, я бы сказала тебе, кто представляет для тебя наибольшую опасность.

Я подавляю вздох.

Да, я поторопилась.

Да, совершила ошибку.

Но не обязательно напоминать мне об этом каждый раз, особенно если, по её мнению, всё произошло именно так, как было предначертано судьбой.

Я жду несколько секунд, надеясь, что она всё-таки продолжит.

Когда этого не происходит, я бормочу:

— Ну и кто это? Ториус и Кай?

— Это было бы предпочтительнее. Такое исправить гораздо легче. Но, к сожалению, нет. — Она делает драматическую паузу. — Принцесса Гиа — единственная, кто хочет, чтобы ты исчезла.

Тело Киарана напрягается.

На его лице появляется искреннее недоверие.

— Этого не может быть.

— Но это так.

— Ты уверена?

Астрид печально кивает.

— Да.

Пока мы перевариваем эту новость, воцаряется тяжёлое молчание.

Я чувствую, как в Киаране нарастает гнев.

Помню, несколько дней назад я физически ощущала его ярость. Теперь, когда наша связь установлена, эти ощущения усилились в десятки раз.

Я хватаюсь за горло, в котором словно разгорается огонь, и прижимаю руку к скручивающемуся животу.

Мне едва удаётся дышать.

Хрипя, я пытаюсь втянуть воздух, пока Киаран буквально кипит от злости.

— Я поручил ей управлять королевством в моё отсутствие. Я... доверял ей. — Из него вырывается поток ругательств, когда он обеими руками хватается за затылок. — Зачем ей было причинять вред Куинн?

— Попробуй успокоиться, — шепчу я, покачнувшись и сглатывая болезненный ком в горле.

Неприятное ощущение немного отступает, когда ярость Киарана сменяется беспокойством.

Он мгновенно оказывается рядом.

— Что случилось?

Я открываю рот, чтобы ответить, но говорить оказывается трудно.

К счастью, у Астрид есть объяснение.

Разглядывая нас через увеличительное стекло, она говорит:

— Удивительно. Ваша связь — одна из самых крепких, что мне доводилось видеть.

Затем её внимание переключается на Киарана.

— Тебе нужно научиться контролировать свой темперамент. Похоже, твои эмоции находят физическое отражение в Куинн.

— Ты хочешь сказать, что мой гнев причиняет ей боль? — Он обхватывает моё лицо ладонями и смотрит на меня сверху вниз с искренним сожалением. — Так будет всегда?

— Возможно, — отвечает Астрид. — А возможно, и нет. Скорее всего, со временем она привыкнет.

Киаран проводит рукой по моим волосам, успокаивая одновременно и меня, и самого себя.

— В портал меня вытолкнул мужчина, — добавляю я, всё ещё надеясь, что мы ошибаемся и Гиа ни при чём. — В этом я уверена.

— Это лишь означает, что у неё есть сообщники. — Киаран делает глубокий вдох, прежде чем снова обратиться к Астрид. — Мои люди? Гиа заставила их отвернуться от меня?

— Твои друзья были тебе верны. И остаются верны до сих пор. Гиа просто подстроила всё так, чтобы ты сам их отослал и лишился своей защиты.

Вот это действительно было бы полезно узнать гораздо раньше.

По тому, как дёргается челюсть Киарана, я понимаю, что он думает о том же самом.

И его гнев снова начинает разгораться.

Тогда мне приходит в голову идея.

Я засовываю руку в его карман и достаю шарик.

Положив его в ладонь Киарана, я начинаю перекатывать его под его большим пальцем круговыми движениями, показывая, как сама использую его, когда нервничаю.

Похоже, это помогает.

Напряжение в моём животе начинает постепенно ослабевать, когда он повторяет движение.

Опустив голову, Киаран тихо говорит:

— Я попался на удочку Гии, хотя должен был сразу понять, что происходит. К этому моменту она, возможно, уже завоевала расположение народа. Кто знает, может быть, даже собирает армию. Контроль — это то, чего она хотела с самого начала, а я преподнёс ей желаемое на блюдечке с голубой каёмочкой.

Он смотрит на стол.

И почему-то я уверена, что он всерьёз рассматривает возможность перевернуть его.

Наверное, не стоит разрушать дом Астрид после всего, что она для нас сделала.

Я беру его руки в свои.

Подняв взгляд, нежно касаюсь губами костяшек его пальцев.

В его глазах отражается боль.

Буря эмоций постепенно превращается в глубокую обиду, и эта обида отзывается болью уже в моём собственном сердце.

Не физической.

Эмоциональной.

Я чувствую его предательство.

Не знаю, поможет ли это, но я стараюсь передать ему всю свою поддержку и сочувствие.

— Не будь слишком строг к себе. — Астрид похлопывает его по предплечью. — Как я уже говорила, всё должно было произойти именно так. Мы с тобой скоро снова увидимся, но не откладывай. Боюсь, этот дом вскоре может стать для меня небезопасным местом.

Киаран, кажется, не находит слов, поэтому я спрашиваю сама:

— Ты говорила Киарану о ведьмах. Они действительно к этому причастны?

— Да. — Она снова заглядывает в чашу, затем качает головой. — Но всё слишком туманно. Они узнали обо мне и наложили искажающее заклинание.

— Зачем им объединяться с Гией? — удивляюсь я. — И что ещё важнее — почему Гиа согласилась на подобное?

— Она идеальная пешка.

Ответ остаётся расплывчатым, но всё же даёт пищу для размышлений.

— Некоторые ведьмы считают себя могущественнее членов королевской семьи.

— Так ли это?

Она бросает быстрый взгляд на Киарана.

— Будет ли считаться изменой, если я отвечу «да»?

Киаран обнимает меня и притягивает ближе.

— Не будет, если это правда.

— Тогда да. Многие из нас могли бы стереть вас с лица земли, — прямо отвечает она. — Но нам не свойственно править. Мы не стремимся к вниманию публики. Нам нравится уединение. Однако это не означает, что ковен равнодушен к власти. Они предпочитают быть кукловодами, управляя событиями из-за кулис.

— А будущее? — спрашиваю я. — Можешь рассказать что-нибудь более конкретное? Любая деталь могла бы помочь.

— Я ничего не вижу. — Потирая виски, Астрид выглядит одновременно усталой и раздражённой. Похоже, она совершенно не привыкла оставаться без ответов. — Но ответы, которые вы ищете, уже близко. Очень скоро вы всё узнаете.

Киаран слегка склоняет голову.

— Ты гораздо более откровенна, чем обычно. И на этот раз никаких сделок за новую причёску?

Она тяжело вздыхает.

— Мне будет выгодно, если ты победишь. Если ты выиграешь, я и буду считать это своей наградой.