– Основная цель улучшения табло и оборудованием его дисплеем – это дать возможность всем жителям увидеть успехи и достижения нашей спортивной команды. И я рад сообщить, что ни ассоциация родителей, ни школьный совет не будут оплачивать работы по его улучшению – все расходы возьмет на себя наше агентство.

Сэм поерзал, устраиваясь поудобнее. Он даже не подозревал, что папа собирается предложить такое. Но идея была просто отличной!

Примерно половина присутствующих в зале зааплодировала. Затем мистер Калвер прочистил горло и сказал:

– Я собирался также рассказать о благоустройстве окрестностей, но мы с партнерами считаем, что лучше подождать. Достаточно того, что по моей вине и так возникла небольшая путаница, и мы были бы признательны, если бы вы дали нам немного времени, чтобы все исправить.

Оставшаяся половина зала недовольно заворчала.

– Я бы хотел высказаться, – встал тренер Локхарт.

– Это очень-очень плохо, – прошептала Мэйсон на ухо Сэму. Тот вспомнил жаркий спор взрослых на пикнике.

– Возможно, – прошептал он в ответ. – Но давай дадим папе шанс. Он очень хорошо умеет подбирать слова.

Но, вопреки их надеждам, мистер Локхарт поднялся на сцену и сурово уставился на отца Сэма:

– И еще я бы хотел, чтобы вы извинились от лица вашей компании.

Сэм наклонился вперед, а его отец побледнел.

За кулисами с тихим шорохом заработало устройство старателей. Волосы на руках Сэма встали дыбом. Он встал со своего места, забрался на сцену, подошел к коробкам с сочинениями и остановился рядом с ними.

– Не переживай, папа, – сказал он. – Я тоже могу помочь.

– Сэм, – строго сказал тренер Локхарт, – тебе определенно нельзя здесь находиться. У меня есть видеозапись с камеры, на которой отчетливо видно, как ты и твои друзья уничтожают нашу библиотеку. Ты – угроза для Маунт Клауд!

Сэм потупился, разглядывая носы своих ботинок. Тренер в целом был прав – только до конца не осознавал весь масштаб опасности.

Но затем Сэм вздернул подбородок и оказался под прицелом глаз всех его соседей. Миссис Локхарт выглядела так, словно только что съела лимон. Джина закатила глаза, глядя на Сэма, и пыталась что-то прошептать Мэйсон, но та в ответ шикнула на Джину и подняла вверх большой палец, подбадривая Сэма.

Дыши, Сэм, глубоко дыши. Ты сможешь.

– Папа просто хотел помочь, тренер. Он не виноват в неправильно напечатанных листовках или в том, что случилось с вашей библиотекой. – Сэм крепче сжал словесную ленточку на запястье.

– Никто не собирается заставлять тебя избавиться от уличной библиотеки, – сказал папа Сэма. – Это же самое настоящее достояние города.

– Я все еще хочу, чтобы вы извинились. Оба. – Тренер оставался непреклонен.

Гул, издаваемый механизмом старателей, стал еще громче. Сэм слышал, как Джулиус шепчет что-то рядом со сценой, а капитаны шикают на него. До Сэма вдруг дошло, что гоблинов привлекли не только старые сочинения. Они просто надеялись, что Сэм с отцом будут растрачивать еще больше неискренних слов, чтобы избежать гнева жителей города.

«Что ж, – подумал Сэм, – придется дать им то, чего они хотят». Словесная ленточка легко зашелестела, когда он положил ее в рот и разжевал. На вкус она была как опилки.

Сэм сделал шаг вперед.

– Я бы очень сильно хотел… – Он понизил голос до шепота. Запах гоблинов стал невыносимым, когда старатели подошли ближе. Они практически встали на крышку люка.

– Что ты сказал, Сэм? Говори громче! – сказал доктор Вейн.

Сэм подумал о бейсболистах, выбивающих страйк, о трогательных щенках и о шоколаде. На его глазах навернулись самые настоящие слезы. Он так старался быть как можно более неискренним в этот момент! Но все осложнялось тем, что ему действительно хотелось извиниться, чего он точно не мог себе позволить, иначе весь план полетит в тартарары. Сэм призвал все свои актерские способности.

Звук устройства старателей стал еще громче. Сэм уловил легкий зловонный запах, словно один из капитанов гоблинов дышал ему в затылок.

– Я хочу принести свои самые чистосердечные… – начал Сэм, снова переходя на шепот. Теперь механизм старателей было прямо у его уха. Сэм слышал, как тихо поскрипывает люк в полу сцены. Он незаметно сдвинулся на полшага в сторону. Тольвер, стоя рядом со сценой, показал ему поднятый большой палец. Все старатели были на нужной точке, даже капитаны.

– …изви… – продолжил Сэм, но тут снова возникло это ощущение отсутствующего зуба, и он увидел, как слово начало выскальзывать из его рта, ленточка с ним была уже значительно поблекшей. И тогда он крепче сжал губы.

Устройство загудело сильнее, пытаясь вырвать словесную ленточку прямо у него изо рта. Гоблины еще теснее сгрудились на крышке люка. Тольвер исчез внизу. А Сэм сделал еще два шажочка в сторону.

Ко всеобщему облегчению, крышка люка резко распахнулась. Не успевший далеко отойти, Сэм качнулся на краю их ловушки, пытаясь удержать равновесие.

Папа схватил Сэма за руку, не давая ему упасть, в то время как боглины вместе с коробками, полными сочинений, полетели в подвал.

– Только не мое изобретение, – в ужасе закричал Джулиус. Внизу раздался звук, словно со сцены упало пианино и разбилось в щепки. Сэм услышал еще какую-то возню, а затем – долгожданный стук закрывающейся крышки.

– Попались! – радостно закричала Мэйсон.

Сэм, не мешкая, проглотил свое слово. Белла была права, оно действительно было сладким на вкус.

Бабуля забралась на крышку ловушки и выглянула из оркестровой ямы. В ее руке была зажата блестящая словесная ленточка, которую она протянула папе Сэма. Он взял ее и разжевал.

– Что произошло? – раздался голос тренера Локхарта, когда поднявшаяся пыль наконец улеглась. – Все в порядке?

– Да, – ответил папа Сэма. – Прошу прощения за эту неразбериху. Мы приложим все усилия для налаживания диалога между нами и не будем ничего планировать без одобрения со стороны жителей Маунт Клауд.

– Спасибо, – улыбнулся тренер, его плечи расслабились. – Это все, чего я хотел.

Они пожали друг другу руки, и встреча завершилась на крайне положительной ноте.

Никто, кроме боглинов и Сэма, не заметил, как директор Вейн выскользнул из актового зала.

По сравнению с прохладным залом, снаружи было душно и жарко.

– Я даже не знаю, как с вами связаться, – бормотал директор Вейн, удаляясь по коридору.

– Я разберусь, Сэм, – сказала Бабуля. Но, когда Тольвер и Гилфиллан вышли из боковой двери актового зала, она махнула рукой. – Подожди минутку.

Бабуля повернулась к Тольверу и протянула ему дубовый прутик. Затем она прошептала ему что-то на ухо и вручила кусок бумаги. Глаза младшего боглина изумленно округлились.

Бабуля взяла Гилфиллана за поводок, и вместе они вытащили из зала ящик, в котором сидели старатели. Ящик опасно шатался на тележке, которую они стащили из-за кулис. Тольвер взмахнул прутиком и направил его на директора Вейна.

– Стойте! – крикнул Сэм. – Вы не можете забрать его слова!

– Но он же собирался забрать твои! – возмутился Тольвер.

Сэм понимал, что, возможно, это было бы в какой-то степени честно, как с дразнилками, но он не хотел так поступать.

– Директор из него так себе, конечно, но никто не заслуживает такой участи.

– А еще он сотрудничал со старателями, которые хотели заграбастать наши болота! – продолжал возмущаться Тольвер, но вдруг его лицо прояснилось. – О. Я понял. Ты хочешь, чтобы мы забрали твоего директора с собой и в наказание бросили где-нибудь в нашем мире?

– Нет, – запротестовал Сэм. Тольвер прищурился, пытаясь разгадать его план, в то время как директор Вейн обернулся и заметил Сэма. Несмотря на все случившееся, костюм на нем по-прежнему сидел безукоризненно.

– Здравствуй, Сэм, – забормотал директор, явно ощущая себя не в своей тарелке. – А я тут… с мыслями собираюсь.

Сэм ничего не ответил.

– Ты… эээ… знаешь об устройстве, да? – спросил директор Вейн, неловко переступая с ноги на ногу.

Сэм кивнул, скрещивая руки на груди, и приподнял одну бровь.

– Я просто хотел, чтобы люди использовали слова по назначению, – сказал директор. – Как и вы. Если бы только… – Он всплеснул руками. – Ладно. Правда в том, что эти ваши переиспользованные слова невероятно дорогие! Эти бизнесмены очень хотели заполучить их. И они обещали превратить эту школу в оплот благопристойности!

– Как вы могли так поступить! – воскликнула мисс Мэллой, подходя к ним. – Ученики должны иметь возможность самовыражаться, только так они могут осознать настоящую ценность слов. На них нельзя давить.

– Она и правда очень хороший учитель, – прошептал Тольвер.

Сэм с энтузиазмом кивнул в знак согласия.

– Как я мог? – усмехнулся директор. – Все дело в том, дорогая мисс Мэллой, что незачем ждать, если можно ускорить этот крайне медленный процесс. Это называется прогресс.

Двери актового зала распахнулись, и из них повалил народ. Собрание было завершено.

– С меня довольно, – сказал Тольвер. Он прочистил горло, взмахнул прутиком и громко произнес: – Прочь.

Однако слова директора никуда не делись. Вместо этого из прутика вырвались маленькие серебристые облачка с крылышками, которые набросились на шикарный костюм директора и его галстук-бабочку. На ткани тут же начали появляться дырки. Директор взвизгнул и начал стряхивать с себя эти облачка, но тщетно. Он попытался спастись бегством.

– Тольвер, у тебя получилось. – Сэм в изумлении наблюдал за происходящим. – Ты сотворил магию!

– Я смог, – прошептал Тольвер и исчез, прежде чем взрослые заметили его.

К тому времени, когда все участники собрания вышли из актового зала, директор Вейн успел добежать до конца коридора и выскочить из школьных дверей. Он рванул на парковку, сжимая в руках остатки своего пиджака и пытаясь прикрыть дыры на штанах, сквозь которые виднелись полосатые трусы.

– Что здесь происходит? – Один из членов школьного совета с изумлением наблюдал за директором. На Сэма никто даже не взглянул.

– Сэм! – Белла выскочила из двери актового зала и налетела на брата с объятиями. – Получилось! Ты смог извиниться! И боглины не украли твое слово!

Глядя на сестренку, Сэм сглотнул. Вкус «извини» все еще ощущался у него на языке. Он чуть снова не потерял свое слово, за которое так усердно боролся. Это того стоило, и, хоть он практически ничем не рисковал, было страшно.

– Я не совсем извинился, – сказал Сэм.

Белла растерялась.

– Это был такой трюк, – пояснила Мэйсон. – Сэм произнес слово не до конца, поэтому старатели не смогли его украсть. – Она улыбнулась Сэму уголком губ. – Изобретательно.

– Спасибо. – Сэм ухмыльнулся в ответ.

– Вот как. – Белла насупилась и уставилась в пол. – А когда ты собираешься произнести это слово полностью?

– Я работаю над этим. – Сэм ковырнул линолеум носком кроссовка.

Белла подбадривающе сжала его руку.

– Белла! – Мэйсон подхватила и закружила девочку. – Ты выговариваешь букву «с»!

– Ура! – с восторгом воскликнула Белла.

После окончания собрания жители Маунт Клауд, продолжая разговаривать, вышли из здания школы, а Сэм и Белла направились в актовый зал.

Миссис Локхарт разыскала Аниту.

– Может, мы еще раз сходим на пикник, например сегодня вечером в парке? – миролюбиво предложила она. – Предыдущий получился так себе. Тем более есть повод для праздника. Я принесу брауни.

Анита улыбнулась и согласилась.

Отец Сэма тоже вышел из актового зала и похлопал Сэма по плечу.

– В городской администрации, – сказал он, – являющейся нашим непосредственным клиентом, согласились сотрудничать с жителями пригородов, чтобы научить их самостоятельно разрабатывать стандарты благоустройства и подходить к этому вопросу творчески. А еще они попросили Локхартов помочь.

Это было очень здорово!

– А еще собрание единогласно утвердило новое табло, – сказал тренер Локхарт. – И, – он покосился на стоящую рядом мисс Мэллой, – ваша учительница объяснила – или по крайней мере попыталась, – что здесь происходило. В любом случае она решительно настаивала на вашем возвращении в команду. Хотите остаться в аутфилде еще на годик и помогать мне с починкой уличной библиотеки, если ее опять кто-то сломает?

– Да, тренер! – Сэм расплылся в счастливой улыбке. Он надеялся, что библиотеку больше не придется так часто чинить.

Когда родители Сэма и Беллы отправились домой за мороженым для пикника, а Локхарты с мисс Мэллой ушли в парк накрывать столы, Мэйсон, Белла и Сэм вместе пошли по тротуару.

Когда они подошли достаточно близко к уличной библиотеке, то заметили, что цветы вокруг нее, которые их родители посадили буквально вечером, были снова растоптаны.

– Великолепно, – с сарказмом воскликнул Сэм. – У миссис Локхарт вообще нет повода на меня обозлиться.

– Это моя вина. – Рядом, неловко улыбаясь, возник Тольвер. К подошве его ботинка прилип желтый лепесток тюльпана. – Но я помогу все исправить. Это как раз последняя партия, – кивнул он в сторону. Стараясь не отстать, Гилфиллан и Звездинка тащили сани, сделанные из обломков Отклонения. На них стояли ящики, в которых, судя по звукам, сидели старатели. По сигналу Тольвера пуки запрыгнули в уличную библиотеку и исчезли с легким хлопком.

– Что с ними будет? – спросила Мэйсон.

– Ну, для начала им нужно оплатить их путь домой. Услуги Звездинки и Гилфиллана стоят недешево. Поэтому какое-то время старателям будет точно не до навороченных кораблей, – усмехнулся Тольвер. – А тем временем мы с Бабулей постараемся научить всех в Городе Счастья и болотных землях использовать написанные слова, которые не исчезают у тех, кто неаккуратно их употребляет. Мисс Мэллой была права. В архиве хранилось множество переиспользованных слов. Мы сможем преобразовать их, и они какое-то время нам послужат.

– Значит, никакого больше воровства? – Мэйсон скрестила руки на груди и улыбнулась зеленому мальчишке с серебряными волосами, когда он следом за пуками забрался в библиотеку.

– Вы же знаете, мы не крадем у друзей. – Тольвер махнул им на прощание и исчез.

В тени большого тополя в парке было многолюдно. Все весело гомонили, обмениваясь тарелками с разнообразными десертами. Сэм пытался собраться с мыслями.

Возможно, на деревьях все еще прячутся боглины. Возможно, он неправильно подсчитал количество ящиков, которые Тольвер, Бабуля и пуки забрали на ту сторону.

И другие старатели могут когда-нибудь вернуться за словесными хряками. Сэм не мог заколотить все уличные библиотеки и почтовые ящики, чтобы закрыть проход для боглинов, ворующих слова.

Но Бабуля сказала, что слова таили в себе магию. Что это последние крохи волшебства, оставшиеся здесь, в этом мире. Сэм верил в это. И он знал, что Белла совершенно справедливо обиделась на него за то, что он на самом деле не извинился во время собрания. Да, его трюк удался, но он так и не довел начатое до конца. Сэм раздраженно пнул землю и глянул наверх, на ветки дерева, все еще забавно изогнутые после крушения Откоса.

– Где ты там застрял, Сэм? – крикнула Мэйсон, сидя на одной из скамеек. – Иди сюда и захвати с собой мороженое!

Слова были важны для тренера Локхарта. Когда папа Сэма извинился, атмосфера собрания сразу потеплела. И даже если Мэйсон об этом не сказала, Сэм знал, что и для нее слова имеют значение.

На предложение снова стать друзьями она сказала: «Посмотрим», но согласилась помочь. Может, стоило рискнуть быть честным сейчас. Засунув руки в карманы, Сэм подошел к столу для пикника, за которым сидела Мэйсон.

– Что? – Она приподняла брови.

– Сейчас я не боюсь, что боглины украдут мое слово, – наконец произнес Сэм. – И я говорю это не для того, чтобы избежать неприятностей. Я просто хочу, чтобы ты знала.

– Знала что? – Мэйсон отложила свою ложку.

– Мне действительно жаль, – тихо произнес Сэм. Его щеки обдало жаром, но он решил, что не будет обращать на это внимания. В кои-то веки он не хотел провалиться со стыда – только не тогда, когда произносил такие важные слова. – Я не хотел тебя обидеть. Я просто увлекся всеми этими поддразниваниями, но я больше так не буду. Я знаю, как много значила для тебя твоя бабушка.

Лицо Мэйсон просветлело, а в глазах на долю секунды промелькнула грусть.

– Спасибо, Сэм. Она была действительно замечательной. – Мэйсон подвинулась на скамейке, освобождая ему место. – Как ты думаешь, мы увидим их снова? Боглинов, я имею в виду.

– Возможно. Может быть, нам стоит устроиться на лето в службу по устранению боглинов.

– Может быть, и стоит. – Она толкнула его локтем. – Я подумаю над этим, если ты научишь меня управлять одним из этих словесных хряков.

В тот вечер Сэм съел два брауни, каждый из которых был увенчан шариком мороженого. Он, Мэйсон, Белла и сестра Мэйсон, Спот, ловили светлячков в парке. Мисс Мэллой сообщила его родителям, что директор Вейн уехал из округа и что у Сэма больше нет проблем в школе. Чтобы отпраздновать это событие, они все собрались на заднем дворе дома Сэма и смотрели «Охотников за привидениями 4», подпевая музыке, пока миссис Локхарт не прикрикнула на них, чтобы они замолчали.

А на следующее утро Сэм надел свою темно-синюю с белым футболку «Маунт Клауд» и пошел играть в бейсбол.