Уайлдер

Через полчаса они уже оседлали лошадей, и Уайлдер остановился у городских ворот, чтобы поговорить с командиром армии Харента.

– Сообщите королю и отправьте письмо в Тезмарр, что Боевые Мечи Хоторн и Элдерброк уже в пути. Когда сможем, отправим отчеты походным войскам. Понятно?

– Да, сэр.

– В Нотосе соберутся отряды стражей со всех Срединных Королевств, – сказал он озадаченному мужчине. – Скажите королю, что нам потребуется как можно больше людей. Армия Твера маленькая и обособленная. У вас есть морской отряд в порту Поселенцев?

– Да, сэр. Однако они не успеют подготовить кавалерию, припасы и оружие к ночи, чтобы отплы…

– Мы сможем купить проход на торговое судно и опередить официальные войска, – перебил Кипп. – Если проделаем часть пути по морю и поймаем попутный ветер, доберемся быстрее.

– Именно. – Уайлдер уже повел жеребца на юг, Тордж скакал рядом.

– Не хочешь рассказать, что, черт возьми, произошло на холме? – спросил Боевой Меч, когда они перешли на легкий галоп.

– Смотря что ты видел, – ответил Уайлдер; ветер вокруг них усилился.

– Я видел двух девушек в эпицентре бури. Она отвечала им… Уайлдер, что это была за хрень?

Он оглянулся через плечо: Тея, Рен, Кэл и Кипп молча ехали в паре метров от них. Уайлдер повернулся к Торджу:

– Ты знаешь, что это было.

Глаза Торджа расширились: он все понял.

– Наследники Дельмиры… Они живы.

Уайлдер кивнул.

– И все это время они были в Тезмарре?

– Да.

– Боги, Хоторн. Как долго ты знаешь? Как долго скрываешь от Осириса? Это, черт возьми, преступление.

– Я знаю, – не сразу ответил Уайлдер.

– И все, больше ничего не скажешь? Ты втягиваешь меня в это. И я принял активное участие в… – Тордж настороженно огляделся, – …в укрытии одной из дельмирских наследниц, увез ее из Тезмарра. Подальше от Мастера Гильдии, который отдал четкий приказ – привести всех к нему. Какого хрена, Хоторн?

– Я не хотел, чтобы ты оказался в это замешан…

– Но я уже замешан. Хотя бы скажи, что я поступил правильно, что я на той стороне.

Взяв себя в руки, Уайлдер ответил:

– Я еще не знаю. Знаю только то, что пытаюсь обезопасить Тею, подготовить ее к Великому Обряду. Она нужна нам.

Тордж в недоумении покачал головой:

– Ты сошел с ума. Просто едет крыша, черт возьми.

– Вполне возможно, – он встретился с товарищем взглядом. – Ты доложишь Осирису?

Тордж посмотрел на сестер, выражение его лица на мгновение смягчилось.

– Нет, – пробормотал он. – Но если все это всплывет, я буду отрицать свою причастность.

– Справедливо, – согласился Уайлдер.

– И ты мне нормально все объяснишь. Разберемся, как добраться до Твера, и я ожидаю услышать от тебя правду, – угрожающе произнес Тордж.

Уайлдера охватило чувство вины.

– Ты получишь ее.

Крылья носа Торджа задрожали, словно он пытался вынюхать ложь.

– Полагаю, ты доверишь информацию Кэлу и Киппу?

Двое стражей, ехавших за ними, пока об этом ничего не говорили. Судя по их бледным лицам, парни все еще пребывали в шоке.

– Тея доверяет им, значит, и я тоже, – ответил Уайлдер. – Рен действительно угрожала опасность в Тезмарре?

Тордж угрюмо кивнул.

– Теперь очевидно, что тогда я не понимал, о чем говорила Одра. Но, судя по всему, так и было. Она, черт возьми, могла бы мне и рассказать.

– Чем меньше людей знают, тем лучше.

– Ну, теперь к знающим прибавилось еще трое… И, судя по тому, что я увидел, скрывать это становится все сложнее. Такую силу долго не утаить.

Уайлдер промолчал: Тордж прав. Он просто пустил жеребца в галоп. Они со всем разберутся, как только найдут корабль. Тогда у них появится достаточно времени.

К моменту, как они добрались до юго-восточного причала порта Переселенцев, день уже клонился к вечеру. Уайлдер оставил их группу, чтобы купить проход на них и лошадей. Молодой стратег словно прочел его мысли: если ветер окажется попутным, они смогут доплыть от Харента до соседнего королевства всего за пару дней. Боги, как же Уайлдер надеялся, что им повезет.

По заполонившей небо черноте было невозможно определить численность вражеских сил. При одной мысли о том, что они могут опустошить прекрасные земли Твера, кровь в жилах Уайлдера стыла. Пока что возможности поговорить с Теей не выдалось. Отчего-то он был уверен, что она и ее сестра увидели в сердце бури что-то, о чем ему нужно знать.

Уайлдер разобрался с проходом на корабль быстро, хотя ему пришлось поругаться и поторговаться, чтобы лошадей разместили на палубе, а не в душных трюмах внизу. Он бы никогда не позволил загнать тверского жеребца в узкое стойло, да и любую другую лошадь, раз уж на то пошло.

Краснолицый капитан был явно недоволен.

– По расписанию мы отправляемся только через два часа, – прохрипел он.

– Вы отправляетесь, когда скажу я, – ответил Уайлдер, бросая многозначительный взгляд на свой тотем Боевого Меча.

Остальные ждали его там, где он их оставил. Все молчали, Тея и Рен обменивались встревоженными взглядами, будто понимали друг друга без слов – безмолвный язык, которым владеют только родные братья и сестры.

– Поднимаемся на борт «Воли Фурий» через полчаса, – объявил Уайлдер. – Если нужна провизия, у ворот есть рынок. Далеко не уходить. Возвращайтесь заблаговременно. Опоздаете – останетесь здесь.

Он хотел подойти к Тее, но она вместе с Рен бросилась к торговым лавкам, оставляя молодых людей в еще большем замешательстве, чем прежде.

Уайлдер отправился к пирсу, ведя за собой жеребца. Прислонившись к широкой колонне, он взглянул на порт, вдыхая морской воздух и ощущая вкус соли на языке. Он поступил глупо, позволив себе мгновения счастья среди всего хаоса. Ему не следовало забывать о своем долге и единственной цели – бороться с тьмой, уничтожать монстров. Его же целиком охватила Тея и их общее удовольствие. На быстротечный промежуток времени он увидел, какой могла быть его жизнь, будь он другим человеком, будь она другим человеком. Их бы ничто не тревожило, существовали бы только они вдвоем, они бы смеялись, занимались сексом, упивались друг другом. Он бы до конца своих дней узнавал Тею, ее тело, мир, душу… Даже в «Веселом лисе» он тешил себя иллюзиями – притворялся, будто наслаждение обществом товарищей и в самом деле его жизнь. Он даже представил, как называет их друзьями. Друзья. С тех пор, как Талемир покинул Гильдию, это слово стало ему чуждым.

– Отсюда слышу, как мысли роятся в твоей голове, брат, – произнес Тордж, подходя ближе к Уайлдеру и прослеживая за его взглядом, устремленным на сапфировые воды.

– Есть о чем подумать.

– Понимаю.

Уайлдер поерзал у колонны, мечи на его спине неприятно впились в кожу.

– Насчет того, что вы увидели утром…

Боевой Меч весело улыбнулся.

– Что же?

– Я…

Уайлдер вдруг не нашел, что сказать. Что то была минутная слабость? Что этого не повторится? Что это ничего не значило? У него не было сил лгать, к тому же Тордж ему ни за что не поверит. Гроза Медведей знал с самого начала, что между ним и Теей что-то происходит, и никогда не осуждал.

Уайлдер запрокинул голову к небу и тяжело вздохнул, борясь с волнением и стеснением в груди.

– Я не знаю, – наконец произнес он.

Тордж понимающе хмыкнул.

– Я всегда думал, что в любых отношениях тебе будет непросто, но узнать, что она королевской крови… Кажется, ты в полной заднице.

Уайлдер мрачно усмехнулся и провел рукой по изможденному лицу.

– Это твоя профессиональная оценка?

– Вроде того, – Тордж удивленно покачал головой. – Так вот почему вы поехали в Дельмиру.

Уайлдер кивнул.

– Я подумал, это поможет ей что-то вспомнить, понять, что случилось с ней и Рен.

– Помогло?

– Не особо.

Тордж переступил с ноги на ногу.

– Она знает, что Дочь Тьмы охотится за ней?

– Нет, – холодно и резко ответил он.

– А ее сестра? – несмотря на тон Уайлдера, продолжил Тордж.

– Насколько мне известно, нет.

– Ты собираешься им рассказать?

– Я планировал это сделать… Когда-нибудь.

– Неужели? – усмехнулся Тордж. – И как ты собираешься это провернуть? Хранить подобный секрет.

– Я привык хранить секреты.

– В этом, брат, я не сомневаюсь, – Тордж пихнул его локтем. – Я не устаю тебе повторять… Однажды тебе придется открыться. Снова довериться людям, понимаешь?

– Я доверяю. Ей. Или, по крайней мере, начинаю.

– Она не единственный человек в твоем окружении, согласись.

– К тебе, Тордж, я подобных чувств не испытываю, – съязвил Уайлдер.

Тордж хохотнул.

– Ты понимаешь, что я имею в виду. Талемир ушел. Малик… Это Малик. Я рядом. Все время был рядом. Еще до того, как ты стал Боевым Мечом.

Уайлдер запустил руку в волосы. Стоявший рядом воин стал единственным, кому за все эти годы удалось подобраться к званию друга ближе всех. Каким был злым и нелюдимым Уайлдер ни был, Тордж оставался рядом. Уайлдер часто считал Грозу Медведей занозой в заднице, но теперь…

– Ты прав, – согласился он.

– Так, может, пора перестать отгораживаться?

Уайлдер заметил Тею и Рен – они возвращались с рынка, держа в руках несколько свертков. Что они задумали?

– Может, – словно со стороны услышал он свой голос.

Тордж с улыбкой наблюдал за тем, как Уайлдер смотрит на Тею.

– Теперь ты лучше понимаешь Талемира? – тихо спросил он.

– Тогда все было по-другому, – резко ответил Уайлдер.

Тордж лишь приподнял бровь.

– Если и есть в мире что-то, что превосходит время, расстояние и все остальное, так это любовь.

Затем он ушел к остальным, оставляя слова глубоко проникать в душу Уайлдера и оседать в его израненном сердце.

Когда компания расположилась на борту «Воли Фурий», уже смеркалось. Несмотря на все обстоятельства, что привели их сюда, и все, что ожидало их в Твере, глядя на Тею, которая стояла в носовой части корабля, в Уайлдере теплился огонек радости. В ее ясном взгляде читался восторг, когда на пирс сбросили канаты и судно начало отдаляться от порта, морской ветерок играл с ее косой.

Через палубу она поймала его взгляд и улыбнулась.

Его безгранично восхищало то, что ей удавалось улыбаться после всего, через что она прошла. И то, что она улыбалась ему…

Уайлдер подошел к ней, и, когда она потянулась к нему, он не отстранился. Встал у нее за спиной и обнял за талию, прижимая к себе, чтобы увидеть это мог весь мир.

Пока она рядом, Алтея Золтейр принадлежит ему. И теперь ему плевать, кто об этом знает.

Наверное, и она должна это знать.

– Ты в порядке? – прошептал он ей в волосы, вдыхая знакомый запах и чувствуя, как в груди разливается тепло.

Рукава его рубашки были закатаны до локтя, и Тея погладила его по открытому предплечью – такое непринужденное и полное близости действие.

– Теперь да.

– Хочешь об этом поговорить?

– Скоро, – тихо произнесла она, все еще всматриваясь в водную гладь впереди. – Как думаешь, стоит им рассказать обо мне и Рен?

Уайлдер крепче прижал ее к себе, вплотную к груди, защищая от холодного ветра. Боги, он хотел никогда ее не отпускать. Он вновь задумался о том, кто она… Мысли вернулись к тем событиям на холме, когда буря рассекала небо, кружила вокруг Теи и ее сестры, а их сознания перенеслись куда-то – в место, ему недостижимое. Он вспомнил, как ее друзья смотрели на нее с раскрытыми ртами и слова Торджа на пристани о том, что нужно доверять людям.

– Возможно, пора рассказать им все.

– Все? – Тея напряглась в его объятиях. – Даже о камне судьбы?

На словах об этом проклятом предмете во рту у Уайлдера появился горький привкус, а в груди защемило, но он продолжил прижимать ее к себе.

– Это твой выбор, и я поддержу тебя в любом случае. Но если ты хочешь знать мое мнение… Разве тебе не тяжело? Носить это в себе, взваливать все на свои плечи, не позволять никому облегчить бремя?

– Ты помогаешь облегчить бремя.

– Только я один… – Уайлдер вдруг понял, что говорит как Тордж, и осознал истинность этих слов.

Тея в его руках вздохнула.

– Мы можем где-то собраться все вместе и поговорить?

– Я оплатил нам каюту. Там будет тесно, но зато нас никто не услышит.

Тея изогнулась, поворачиваясь к нему, обхватила ладонью его лицо и погладила большим пальцем по щеке.

– Спасибо.

«Скажи ей, что чувствуешь, – требовал голос в его голове, когда он взглянул в ее глаза, в которых всегда бушевала буря. – Скажи эти слова».

Но слова застряли где-то в горле, не хотели слетать с языка. Если он скажет их – потеряет Тею, как и всех остальных.

Поэтому Уайлдер наклонился к ней и, заправив прядь бронзовых волос ей за ухо, накрыл ее губы своими. Он целовал ее крепко, неистово, словно каждое прикосновение могло передать ей эти слова, чтобы она все поняла.

Вся компания собралась в каюте, которую оплатил Уайлдер, однако поскольку среди них было два Боевых Меча, она оказалась теснее, чем он ожидал. Они находились в узком помещении с двумя двухъярусными кроватями у каждой стены. Когда на край одной из кроватей нижнего яруса присел Уайлдер, а рядом с ним Тея, рама заскрипела.

На кровать напротив сел Тордж, Кэл прислонился к двери, а Кипп, скрестив ноги, уселся на пол. Рядом с ним присела Рен и положила перед собой продукты с рынка, а также ступу и пест[3]. Одним Фуриям известно, откуда она их достала.

Перед тем как все собрались, Уайлдер предоставил Тее и Рен немного времени и в душе радовался, что они воссоединились. Как бы Тея ни скрывала, он знал: она сильно страдала из-за того, как Рен поступила, и очень скучала по ней все последние недели.

– Итак, – громко произнес Кипп, выжидающе всех осматривая, – полагаю, кто-то введет нас в курс дела… Спустя сто лет.

Тея рассмеялась.

– Не знаю, с чего начать…

Уайлдер положил ладонь ей на колено и легонько сжал.

Заметили это абсолютно все. Если кто-то и думал, что между ними все несерьезно, маленький жест развеял любые сомнения.

Но Уайлдер не стал убирать руку и, когда Тея накрыла ее своей, немного расслабился.

Кипп неловко прокашлялся.

– Может, стоит начать с той бури?.. – осторожно предложил он.

– Хорошо, – ответила Тея, глубоко вздохнув.

Уайлдер слушал рассказ Теи, и его переполняла гордость. История брала за душу, сквозила грустью и отчаянием, отчего у всех вырывались тихие вздохи сожаления.

Закончив, Тея взглянула на Уайлдера. Она выглядела уставшей, но отчего-то просиявшей, и он понял: что бы ни случилось дальше, она поступила правильно.

Тордж, растянувшийся на противоположной койке, все это время сохранял невозмутимое выражение лица, а вот Кэл и Кипп… они, как выброшенные на берег рыбы, смотрели на нее выпученными глазами и с разинутыми ртами.

Повисшую тишину нарушил Кипп. Он повернулся к Рен и выпалил:

– Боги, я бы никогда не говорил с тобой так, если бы знал, что ты, черт воз… в смысле, что ты принцесса.

Рен смерила его суровым взглядом.

– Думаю, так не стоит говорить с любой женщиной, придурок.

– Боги милостивые, принцесса только что назвала меня придурком, – восхищенно выдохнул он.

– Если не прекратишь, я назову тебя гораздо хуже.

– Хорошо, Ваше Величество, – промурлыкал Кипп и, все еще сидя на полу, скрестив ноги, умудрился отвесить небрежный поклон.

Рен и Тея раздраженно взвыли.

– Если тебе так хочется подхалимничать – иди к Тее, – Рен махнула на нее рукой. – Наследница она.

Глаза Киппа опять выпучились, и он вскочил на ноги, кланяясь Тее.

– Прошу прощения, Ваше Величество.

Тордж фыркнул.

– Если хочешь обращаться к ней официально, ее следует называть «Ваше Высочество», потому что она принцесса, – подсказал он.

Уайлдер рассмеялся.

– Я уже выяснил, хорошего из этого ничего не выйдет, – произнес он, взглянув на Тею.

– Ты не помогаешь, – пихнув его локтем, заявила она.

Уайлдер взглянул на Кэла, который до сих пор не проронил ни слова. Бедный страж, судя по всему, пытался переварить услышанное. Уайлдер его не винил. Ведь когда он сам все узнал, то уехал и три недели охотился на монстров.

– Кэл? – обратила его внимание Тея.

Он покачал головой:

– Я просто не могу поверить…

– Не скажу, что сама была в восторге, когда узнала, – призналась Тея. – Как и еще кое-кто, раз уж на то пошло, – она слегка толкнула колено Уайлдера своим, и от смущения его шея покраснела.

Кэл медленно моргал, его лицо по-прежнему не выражало ни одной эмоции.

– Все это время… Все, о чем мы рассказывали тебе, Тея… Что ты видела и слышала… Ты принцесса.

– Я ваша подруга, – уверенно сказала ему Тея. – У меня нет короны, нет королевства. Я страж Срединных Королевств, как и вы. Это ничего не меняет.

– Как скажете, Ваше Высочество, – отозвался Кипп с пола.

Глаза Теи метнулись к нему, и Уайлдер напрягся, узнавая этот яростный взгляд…

Но, заметив в глазах Киппа озорной огонек, Тея расслабилась.

– Придурок.

– Не похоже на слова принцессы, – возразил он.

– Хорошо, что я не принцесса.

– Вообще, если подумать, Тея, ты иногда бываешь немного заносчивой и властной… – с задумчивым видом произнес Кипп.

Уайлдер чуть было не пнул его, но он понимал, что именно молодой человек пытался выразить в своей раздражающей манере. Он показывал Тее, что будет относиться к ней так же, как прежде, он понимал, как ей это важно.

Кэл, наоборот, выглядел взволнованным.

– Боги… Ты же видела мой член…

– Как ты смеешь говорить слово «член» принцессе! – перебив, отчитал его Кипп.

Уайлдер перевел взгляд на ученика Торджа.

– Почему, интересно узнать, она видела твой член, Кэллахан? – в словах прозвучали нотки угрозы.

Кэл густо покраснел.

– Все не так, клянусь… Я-я просто… – пролепетал он, заикаясь. – Что поделать, если приспичило.

Уайлдер понимал, что поступает жестоко, но смотреть на бесконечно смущенного бедолагу было весьма забавно.

Кипп покачал головой:

– А теперь ты говоришь перед принцессой – двумя принцессами – о том, как справлял нужду. Подумать только, она видела, как ты размахивал своим…

– Кипп! Я ничем не размахиваю, черт во… ради всего святого, – поправился он, краснея пуще прежнего. – Ты не можешь с ней так разговаривать.

Кипп сложил руки на груди и повернулся к Тее:

– Ваше Высочество, могу ли я с вами так разговаривать?

– Разумеется.

Он повернулся обратно к Кэлу:

– Слышал? Это прямо королевский приказ – быть самими собой.

Кэл обхватил голову руками и простонал.

Уайлдер не мог сдержаться и рассмеялся, пожалуй, из сочувствия. Он обратился к Торджу:

– Они всегда так себя ведут?

– Да, – в голос ответили Тордж, Тея и Рен.

Они вновь погрузились в болтовню и препирательства. Уайлдер наблюдал за тем, как Тея протянула свой камень судьбы Рен, в ступе которой была какая-то странная паста.

– Что она делает? – спросил он Тею.

Она не сводила глаз с сестры – та покрывала кусочек нефрита толстым слоем варева.

– Обрабатывает тем же средством, что и прежде…

– Чтобы заглушить твою магию?

– Да.

Рен взглянула на него снизу вверх.

– Я уже сказала ей, что считаю это глупой идеей.

Сидевшая сбоку от него Тея вздохнула.

– Рен, я не могу ее контролировать. Ты видела, что произошло в Харенте. Буря поманила меня, и я пошла, как наивный ребенок. Шла на зов, была как-то связана с ее хаосом. Если бы ты не вырвала меня оттуда…

Уайлдер пристально посмотрел на нее. Так вот что произошло? Молния захватила Тею? Он мало что знал о королевских родах, но ведь магия, заключенная в Тее, могла противостоять любой естественной буре?

– Я не могу допустить, чтобы это повторилось, – продолжила она. – Только не сейчас, когда у нас и так куча проблем.

– Если бы мы хорошо подготовились, то смогли бы поразить эту армию с неба, – сказала Рен.

Тея крепче сжала руку Уайлдера.

– Я знаю…

Уайлдер впервые услышал, как Тея вот так обсуждает свою магию и то, насколько она глубока. Конечно, он уже видел ее действие своими глазами: на утесах Тезмарра, в руинах Доринта, когда Тея сразила жнеца молнией, спасая его. Но ни разу не говорила о магии, не признавалась, насколько она сильна…

– Такая магия нам бы помогла, – мягко произнес он.

– Да, если бы я знала, как ее сдерживать, как контролировать.

– Ты никому не причинила вреда, – попытался успокоить он. – Ты спасла мне жизнь… Дважды.

– Я ранила Рен на тренировке, – возразила она.

– Нет, не ранила, – отрезала Рен. – Со мной все было в порядке.

Словно не слыша сестру, Тея продолжила:

– Что касается руин… Я не понимала, что делала. Я просто…

– Следовала своим инстинктам. Возможно, именно это тебе и следует делать.

Уайлдер заметил, что остальные снова притихли. Вспомнив, кто сидит среди них, они слушали с восхищением.

Однако Тея покачала головой:

– Я не стану рисковать.

Уайлдер мысленно ругал Одру, задаваясь вопросом, не на том ли занятии, когда библиотекарь жестоко воспользовалась против Теи ее любовью, в ней поселился такой страх.

Однако Рен, по-видимому, приняла решение сестры.

– Он должен полежать в пасте ночь, – сообщила она, указывая на камень судьбы в ступе. – Должно сработать, как и раньше.

– Ты уверена?

– Насколько могу быть уверенной, – ответила алхимик.

– А с этим можно что-то сделать? – спросил Тордж, кивнув на камень судьбы, и поднял глаза на Уайлдера.

В его взгляде читалось понимание, и Уайлдер внезапно ощутил облегчение: наконец-то кто-то еще, помимо него самого, знал о его мучениях. Знал, что после стольких лет он встретил Тею, и вскоре выяснилось, что она с ним не навсегда, что вдобавок к прочим тяготам Теи ее судьба уже предопределена.

– Нет, – напрямую ответила Тея.

– Должен же быть какой-то способ, – серьезно начал Кипп.

– Нет, – беззлобно ответила Тея. – Я прочла все книги, какие только смогла достать. Моя смерть высечена на этом камне – вы видите предсказание так же четко, как и меня перед собой. И она настигнет меня, как бы сильно я ни боролась, – Тея потерла виски. – У кого-нибудь еще есть важные новости или секреты, в которых необходимо признаться?

Лишь благодаря годам тренировок Уайлдер сидел смирно, хотя волнение теснило грудь и он ощущал на себе взгляд Торджа.

Не поддавшись эмоциям, он обнял Тею за плечи.

– Думаю, на сегодня достаточно.

– Слава богам, – пробормотала она, ложась на узкую кровать.

Уайлдер ее остановил.

– Ты ночуешь не здесь.

– В смысле? – нахмурившись, спросила Тея.

– Ты же не думала, что я допущу, чтобы потерянная наследница Дельмиры спала среди сброда в этой дыре?

Рен прокашлялась, поднимаясь с пола.

– Эм-м… А что насчет другой потерянной наследницы?

Тордж усмехнулся.

– Значит, теперь ты принцесса?

Она одарила его испепеляющим взглядом, и Уайлдеру пришлось подавить смешок.

– Ты переживешь, – ответил он Рен.

– Может, на этот раз запрете дверь? – предложил Тордж.

От этих слов Кипп громко рассмеялся.

Тея уже поднялась на ноги.

– Веди, Боевой Меч, – произнесла она с лукавым блеском в глазах.

И Уайлдер повел.