Уайлдер

Стоя у обрыва зубчатых скал на окраине Тезмарра, за которыми возвышались черные горы, Уайлдер разглядывал их с ученицей находку.

В то утро он проснулся с дурным предчувствием. За ночь в воздухе произошли неуловимые изменения, а в последние несколько дней в крепости он услышал с полдюжины жалоб на неприятный запах, доносящийся со скал на границе их территории. Учитывая атмосферу в Срединных Королевствах, уже этого было достаточно, чтобы Уайлдер занялся поисками. Тея, не задумываясь, отправилась с ним, уговаривать ее не пришлось.

И вот в свете раннего утра они увидели гнездо вьющихся лиан, проросших вдоль скалы. Отростки цвета темных водорослей, казалось, росли прямо из скалы. В воздухе стояла отвратительная гнилостная вонь.

– Что это? – прошептала Тея у его плеча.

– Губительные силки, – ответил Уайлдер, разглядывая сплетение извивающихся зеленых побегов. Боги, они что-то обвивали своими…

– Это монстр?

Уайлдер кивнул.

– Мне сообщили об одном в Наарве. Я знал, что его появление здесь – вопрос времени. Пока ты была с Одрой, я слышал, как один из стражников жаловался на запах отсюда…

– Он просто отвратительный.

– Запах – только начало. – Уайлдер прошел вдоль одной из лиан, не смея касаться, и попытался рассмотреть, что стало жертвой силков. – По словам алхимиков, сначала сквозь брешь в Завесе попадает семя… Оно находит хозяина и кормится им, набирается сил. Затем монстр разрастается, пожирая все на своем пути.

Тея нахмурилась.

– Но ведь он растет из-под обрыва…

– Разве? – спросил Уайлдер, не сводя глаз с монстра.

Он застыл, поняв, кого поймал монстр.

По резкому вздоху Теи за спиной он понял: она тоже увидела.

В мертвой хватке лиан виднелись перепончатые красно-черные крылья. Сквозь ползучие заросли проглядывались участки человеческой кожи, покрытые черными венами.

– Что это? Оно живое?

Уайлдер с трудом подавил рвотный позыв. Он хорошо знал, кто это, и рассказывать о них своей ученице ему не хотелось. Но он не удержался и поправил ее:

– Он. Это он.

– Что? Там крылья… Силки… Поедают другого монстра, – возразила Тея.

Словно чувствуя их присутствие, силки крепче сжали свою жертву, и существо в их хватке застонало от боли.

– Как думаешь, это ее? Дочь Тьмы прислала его сюда?

– Может быть… – допустил Уайлдер.

Тея шагнула вперед, но Уайлдер преградил ей путь своей рукой.

– Лианы ядовитые. Легкое прикосновение вызывает невыносимую боль. Они могут проникнуть и в мозг – если найдут уязвимую точку, изменят жертву до неузнаваемости.

Ученица вздрогнула.

– Как нам его убить?

Уайлдер собрался с духом.

– Сначала ты избавишь от страданий существо, что попало в его ловушку.

– Другого монстра? Что это вообще такое?

– Нечто вроде тенетворца наполовину.

Он знал: слова ее шокируют, учитывая, с чем они сталкивались прежде.

Как он и ожидал, глаза ее расширились.

– Тогда, может, просто позволим силкам его убить?

– Нет.

– Не знала, что монстр может быть наполовину человеком… – пробормотала Тея, хмуро глядя вниз.

– Теперь знаешь. Ты помнишь, чем отличается обычный тенетворец от жнеца?

– Жнецы – отцы тенетворцев, предводители, – процитировала Тея. – Они больше. Их отличают рога, а также у них больше власти.

Уайлдер кивнул, подавляя дрожь.

– Жнецы – отцы не только полноценных тенетворцев, но и полусуществ вроде этого. Когда в Кровавых лесах жнец потянулся к твоей груди… Он пытался превратить тебя в кого-то подобного или нечто еще хуже, – Уайлдер кивнул на бедолагу, попавшего в силки.

– Боги… – в ужасе прошептала Тея.

Уайлдер не стал продолжать. Он не был готов рассказать ей о своем опыте общения с тенекрылами, или, как некоторые из них предпочитают себя называть, отмеченными тьмой.

Тея задумалась.

– Если он наполовину тенетворец, значит, я должна вырезать его сердце? Не думаю, что смогу до него добра…

Уайлдер покачал головой:

– Должно хватить просто удара в сердце. Он не полноценный тенетворец. – Уайлдер кивнул на кинжал из наарванской стали у нее на поясе.

Ему не хотелось вынуждать ее убивать его, подвергать риску пораниться о лианы, но раз Тея собиралась стать Боевым Мечом, она должна учиться.

Побледнев, она обнажила сталь.

Уайлдер хотел предостеречь ее, но сдержался, подавил желание отобрать кинжал и сделать все своими руками.

Тея разглядывала отростки силков.

– Кажется, у меня не получится попасть прямо в сердце, – неуверенно произнесла она.

Уайлдер злился на то, что собирался произнести.

– Тогда разрежь лианы и вытащи существо из силков.

Тея приподняла бровь.

– Сначала вытащить, а потом убить?

– Да.

Хмуря брови, Тея принялась за дело. Она срезала лианы вокруг тенекрыла, отчего силки пронзительно завыли.

Поморщившись от звука, Уайлдер наблюдал, как Тея разделывается с первым монстром, пробираясь ко второму. Она старалась не задеть лианы, мечами отодвигала их от тенекрыла.

Вдруг в воздухе что-то мелькнуло. Тея удивленно вскрикнула – внезапно взметнулась не лиана, а тень в форме плети, и порождение тенетворца вырвалось из хватки силков.

Тень обвивалась вокруг ее шеи, и Уайлдер в ужасе бросился к Тее.

Ее мечи с грохотом упали на землю, руки метнулись к наделенным черной, обсидиановой силой щупальцам, что норовили ее задушить.

Уайлдер в одно мгновение оказался рядом, однако тенекрыл выпустил больше витков тьмы – сам он, лежа на земле, застонал, голос его напоминал скорее человеческий, чем монстра.

Тея вскрикнула: силы тенекрыла оторвали ее от земли.

Уайлдер взревел.

Он помнил, как то же самое случилось с Маликом. Подобное произошло и с Талемиром. Всего три недели назад другое порождение тьмы почти отняло у него Тею.

Разъяренный Уайлдер рубанул по щупальцам магии теней, отсек их, словно конечность от тела. Они исходили от монстра, которого Тея освободила, будто не имели хозяина, будто своевольно стремились причинить королевствам как можно больше боли, уничтожить, а затем исчезнуть.

Уайлдер наносил удар за ударом, кромсал, боковым зрением отмечая, как ноги Теи дергаются в воздухе.

Нет, Уайлдер не позволит, чтобы еще один человек, которого он любит, пострадал у него на глазах. Он этого не допустит. Потому что не сможет пережить.

Высвободившись из хлестающих плетей силы, Уайлдер неровной походкой подошел к тенекрылу и вонзил свой меч в его грудь, что выглядела как человеческая.

Сталь попала точно в цель.

Тея тут же упала на землю, из глаз ее текли слезы, а на горле выступили красные следы. Она поднялась на четвереньки, кашляя и тяжело дыша.

Уайлдер опустился рядом на колени и положил руку ей на спину.

– Что с тобой? Боги, Тея, говори со мной, прошу.

Сердце его едва не выпрыгивало из груди. Перед глазами промелькнули все разы, что он проигрывал эту битву, неумолимый кулак сжимал сердце в своей хватке. Уайлдер видел слишком много страданий. Если она…

Наконец Тея села, вытирая рот тыльной стороной ладони и смаргивая слезы.

– Все в порядке, – прохрипела она. – Все в порядке, – повторила она, словно убеждая саму себя.

От облегчения ноги Уайлдера едва не подкосились. Он еле сдержался от того, чтобы обнять ее и прижать к себе. Если бы он подчинился своему желанию, то никогда бы ее не отпустил.

Из тела тенекрыла сочилась кровь, она растекалась по скале, бежала ручьями между их ботинками.

Тея встала, хмурясь и с любопытством разглядывая красную кровь, что капала с меча Уайлдера.

– Почему она не черная?

Боги, Уайлдеру придется сообщить обо всем Дратосу. Жертва силков наверняка была из его отряда. Но ему бы никак не удалось спасти тенекрыла. Он пострадал слишком сильно, его рассудок помутился.

– Хоторн? – Тея не сдавалась.

Услышав свою фамилию, он почувствовал, как где-то глубоко внутри образовался ком. Он скучал по тем немногочисленным моментам, когда Тея шептала ему в губы его имя, как улыбалась…

Уайлдер покачал головой:

– Потом.

Он не хотел углубляться в особенности тенетворцев и отмеченных тьмой, и сомневался, что Тея готова все это узнать. Прошло всего несколько недель с того момента, как она сама столкнулась со жнецом, как его темная сила почти очернила ее сердце.

– Уверена, что ты в порядке? – спросил он, стараясь не выдавать волнения в голосе.

Несмотря на то что на ее шее все еще был ярко-красный след, Тея кивнула. Она подняла с земли кинжал и убрала его в ножны на поясе.

Уайлдер расправил плечи.

– Нам все еще нужно разобраться с силками.

– Сожжем их?

Он покачал головой:

– Это верный способ помочь им распространиться. Пыльца осядет на пепле и найдет себе нового хозяина.

– Тогда как нам от них избавиться?

– С помощью молнии.

Тея в удивлении уставилась на него.

– Ты же шутишь?

Уайлдер скрестил руки на груди и, одарив ее холодным взглядом, пожал плечами:

– Одра сказала, что ты должна пробовать, тебе нужно выпускать эмоции наружу. Вот она – возможность. Не сдерживайся.

– Это не так просто.

– Разве? Со жнецом ты справилась вполне успешно. – О том, что сейчас использовать магию для собственной защиты она не стала, Уайлдер умолчал.

– Тогда все было иначе.

Губительные силки извивались, по свежей крови на земле пробирался новый отросток.

– Почему?

– Потому что… – избегая его взгляда, она обхватила себя руками.

– Потому что? – наседал он. – Что тогда было иначе?

– Ты был в опасности. Я… – выпалила она, слова повисли в воздухе. Судя по ее раскрасневшимся щекам, он понял, что это была правда, признавать которую Тея не хотела.

Уайлдер решил поступить достойно и притворился, что не услышал.

– А что насчет того, что было после? На вершинах скал.

– Я не знаю, – отрывисто говорила она. – Не знаю, как это работает. И малейшего понятия не имею.

– Тогда попробуй.

– А что, если я случайно попаду молнией в тебя?

– Думал, этому ты даже порадуешься.

– С каждой минутой эта идея нравится мне все больше, – пробормотала она.

Как же ему хотелось притянуть ее к себе, заверить, что она сможет овладеть своей магией, что буря принадлежит ей. Но это не его роль, он не имел на это права. Его роли – наставник, мастер, строгий учитель.

– Я не собираюсь ждать весь день, – резко заявил он.

Она бросила на него яростный взгляд, и он изо всех сил постарался не вздрогнуть: в глазах ее бушевала буря. Стиснув зубы, ученица обернулась к нему спиной и запрокинула голову к небу.

Напрягшись всем телом, Уайлдер не смел сказать ни слова, не смел шевельнуться. Он заметил, как пальцы Теи сжались по бокам, и услышал тяжелый вздох.

Он ждал удара грома, вспышки молнии на ее ладони.

Однако ничего не происходило.

Он продолжал ждать.

– Черт! – Тея резко обернулась. – Не получается!

– Сомневаюсь, что истерика чем-то поможет.

– Да пошел ты, – выплюнула она.

Уайлдер в раздражении поднял бровь.

– Ученики так со своими мастерами не говорят.

– У меня нет мастера.

– Нет, есть, – заявил он, повышая тон. – Ты этого добилась.

– Ты – мой наставник.

Уайлдер почувствовал надвигающуюся бурю, насыщенный, землистый аромат переплетался с соленым морским бризом, прогоняя зловоние силков.

– Это одно и то же.

Тея сузила глаза, а затем с удивлением перевела взгляд на свои руки.

На кончиках пальцев сверкали маленькие искры.

– Попробуй еще, – тихо приказал Уайлдер.

Ученица расправила плечи и глубоко вздохнула. Она напрягла пальцы, вновь поднимая лицо к небу.

Одра просила его поговорить с ней, напомнить о дыхании и сосредоточенности, о том, что нужно прислушаться ко внутреннему беспокойству. Но Уайлдер понимал: одно слово – и Тея дойдет до точки кипения, и когда магия ей особенно понадобится, она от нее откажется. Поэтому он молчал.

И снова ничего не произошло.

– Да пошло это все, – в конце концов буркнула она, поворачиваясь к нему. Во взгляде ее читалось обвинение. – Уверена, есть другой способ убить эту тварь. Не видела ни одного повелителя бури, который носится по Срединным Королевствам и убивает монстров.

Уайлдер достал из кармана пузырек, откупорил зубами пробку и вылил на силки несколько капель.

– Любезно предоставлено нашими дорогими алхимиками.

При соприкосновении с жидкостью от лиан вырвались струи пара, и монстр с жутким свистом отпрянул. Воздух наполнился слабым запахом гари. Уайлдер пристально наблюдал за происходящим до тех пор, пока силки не превратились в камень, уродливо дополняя собой скалу.

Он почувствовал на себе пораженный взгляд Теи.

– Что-то не так, принцесса?

– Почему ты просто не сделал этого сразу? – она прожигала его глазами, костяшки пальцев на рукояти кинжала побелели.

– Думаешь, сможешь меня победить? – сухо спросил он.

Ноздри Теи раздулись, она окинула его взглядом, стиснув зубы.

– Не сегодня… Но однажды – обязательно.

– Ты умрешь, если попытаешься.

Ее грудь поднялась и опустилась, а с ней и камень судьбы.

– Нет, не умру.

Уайлдер мгновенно сократил расстояние между ними и обезоружил ее, выхватив кинжал брата у нее из-за пояса. А затем угрожающе покрутил им в своих пальцах.

– Твой прежний образ жизни никуда не годится, – в словах его сквозил холод. – Ты не можешь вести себя как беспечная идиотка только потому, что думаешь, что не умрешь. Есть судьбы хуже смерти. И Боевой Меч может и будет противостоять им всем. Твое безрассудство – обуза, я не собираюсь тренировать человека, который беззаботно мчится навстречу опасности. Это бестолковая трата моего времени.

Тея беззвучно хлопала ртом, и Уайлдер, несмотря на свои жестокие слова, заметил, что наклоняется к ней в отчаянном желании провести языком по изгибу ее губ, вдохнуть пьянящий аромат. Но не позволил маске слететь.

– Ты поняла?

Ученица, казалось, боролась сама с собой, и Уайлдер мог поклясться, что снова ощутил исходящую от нее бурю.

– Я спросил: ты поняла?

Наконец, она взглянула в его глаза.

– Предельно.

А затем сжала в своей руке рубашку Уайлдера и потянула на себя, накрывая его губы своими.